Давайте снова вернёмся к нашей истории и вспомним, какие дары скифы отправили персидскому царю Дарию I, и как эти подарки изначально были расценены. В "Истории" Геродота описан этот сюжет.
Сюрпризами оказались: мышь, птица, лягушка и стрелы. Скифский гонец оставил их и немедленно удалился без объяснений, тогда Дарий принялся сам размышлять: "Моё могущество устрашило стрелков, значит данные символы могут означать предзнаменованием поражения саков, поэтому: мышь – земля; птица – воздух; лягушка – вода; стрелы – военное мужество. Эти неугомонные решили угомониться и отдать свои земли (мышь, птица, лягушка) и военные атрибуты (стрелы) в мои владения. Молодцы, сразу бы так. А то играть надумали со мной, с владыкой великолепным, блистательным, неповторимым, со мной, с повелителем всех повелителей, братом Солнца и Луны, наместником Бога, с предводителем всех предводителей, царём средь всех царей..."
Но главнокомандующий персидской армии Гобрий оказался умнее царя и объяснил смысл подарков:
Если вы, персы, не улетите как птицы в небеса или подобно мышам не скроетесь в земле, или подобно лягушкам не спрячетесь в озёрах, то назад не вернётесь, а попадёте под удары наших стрел.
Что было дальше, я уже писала, но в скором времени мы снова вернёмся к этой теме, а пока мне бы хотелось напомнить одно сказание из эпоса, которое, возможно, созвучно с этой страничкой истории, а может быть и нет, но почему бы нам порой не вспоминать наше достояние, там же столько всего интересного...
Так вот, настигла старость нарта Урызмага, главою богатырь поник, вспоминая года былые в безудержных сраженьях, походы, безупречные победы, славу, что трубила по всей земле. Теперь присутствием на ныхасах (собраниях) нарт вовсе тяготился иль встреча с молодёжью вызывала стыд. Ох, уж эти, былые нравы, нерасторопность, дряхлость, бесполезность для народа насмешки вызывали, осужденья, спасением для старых являлись нравственность, мудрость иль хотя бы ум, на поучение младым, драгоценный клад, не так ли, мой внимательный читатель?
Наш Урызмаг был умным молодцом, а сколько раз сноровка, хитрость выручали, сейчас же он почувствовал не нужность в обществе своём, никто не вопрошал его совета, главой всему была жена его – мудрая Сатана.
Не выдержал однажды нарт бремя своего и на совете призвал он молодёжь соорудить ему сундук, в котором он отправится в последний путь, чтоб никому здесь на глаза больше не являться.
Нашлись в селении и те, кто не хотел прощаться с Урызмагом, считая, что в селении таких, как он, больше не найти. Но мужское слово, оно такое, сравнимо с воробьём, сорвалось с уст мужских, проще воробья словить, чем сказанное нарушить.
Поэтому сундук по велению Урызмага был поспешно сделан, туда положена еда, чтоб с голоду вовсе не загнулся наш герой. Залез туда Дзерассы сын и крышкой сверху нарта от души заколотили, спустили по морю столь необычное судно гулять, по велению Донбеттыра гоняли волны старика, не поглощая в пучину стихии порою столь жестокой.
А вот и буря, тут как тут, разгневалась, разбушевалась и, как ненужное тряпьё, вышвырнула сундук с таким размахом, что раскололся он о сушу. Урызмаг же встал, размял онемевшие от неподвижности части тела и обнаружил, что оказался у места водопоя, во владениях черноморского царя.
Собрав судно своё вновь воедино, прилёг уставший нарт от вояжа отдыхать. С утра на водопой явились слуги поить своих коней, увидев в сундуке, как почивает человек, они, непременно заинтересовались такой находкой.
"Ну что вы взглядом поедаете меня? Я Урызмаг из нартского селенья", – им нарт спокойно дал ответ, на что слуги молча удалились и устремились во дворец к царю оповестить благую весть, зная, как ненавистен Урызмаг для черноморского владыки.
На что царёк им приказал, вести его во владения роскошные свои, покрепче привязав, чтоб не удумал что-то выкинуть опять, чтоб неприступные стены остались стоять на месте.
Одев покрепче кандалы, ведут богатыря прислужники царёвы, рисуя в голове своей, какое им за это будет вознагражденье. Идёт наш Урызмаг с понурой головой, его такое положение не тревожит, тревожат лишь его лета, что привели к такому бесславному финалу.
Заточили слуги нарта в башне у дворца, проделав щель в двери, чтоб туда еду класть старику, гуманность в этом есть, нехорошо, когда люди с голода погибают.
Сидит, сидит Сатаны муж в столь удручающем заточении. "Та ну, чтоб я вот так влачил свои года? Скорее здесь от скуки в Мир Иной уйдёшь, чем старость жизнь мою погубит", – внезапно мысль такая пронзила богатыря. Он принялся план поинтереснее в голове своей седой воссоздавать, и вот пришла на ум одна идея.
Несёт ему слуга еды в раз очередной, а нарт вместо глубокого молчанья, завёл свою заманчивую речь.
"Эй, ладно ты, умом своим особо и не блещешь, но как ты можешь прислуживать глупому царю? Он повелел заточить меня, чтоб я здесь в тишине года свои просиживал в одиночку, а ты и мне прислугой был, неся сюда пропитанье по приказу. Эх, ну согласись, царёк твой глупее всех, что мне по жизни попадались. Он мог бы за меня сорвать огромный куш, за возвращение моё у нартов потребовать хороший выкуп. Но, увы и ах, я просто здесь умру, и тело предадут земле иль сожжённый прах развеют по дуновенью ветра".
Слуга, услышав подкупающее предложенье, бежит, спотыкается, но на всех парах летит к царю пересказать услышанное дословно.
Царь моментально всё обдумал, у виска перстом своим провёл, велел: "Сбивай колодки с его ног, веди сюда богатыря, хочу и я послушать, что тебе глаголить начал".
Приказанье выполнено, стоит наш старый нарт перед царём, готов свой план ему поведать.
"Что ты немощный о выкупе говорил? А ну-ка, теперь мне перескажи, я готов тебя послушать!"
"Я думал, ты и сам своей главой блеснешь и додумаешься до гениальной сей идеи, – так начал нарт царю свой план вещать, – у нас, у нартов, богатая земля, каких только сокровищ там не сыщешь. Как только прознает мой народ, что их гордый Урызмаг в заточение попал, готовы будут выкуп предложить сполна. Вот ты и не скупись, проси побольше, прикажи отправить к нартам двух гонцов, одного – рыжего, иного – с чёрными власами. Достигнув обильной нартовской земли, гонцы пусть пламенный не забудут передать привет от Урызмага. Пусть они упомянут о том, что ты меня в сумасшедшей схватке в плен свой заточил, теперь за жизнь мою ты просишь выкуп. Напомню, не скупись, требуй: сто раз по сто однорогих, сто раз по сто двурогих, сто раз по сто трёхрогих и такое же количество четверорогих, пятирогих крупного рогатого скота. Усвоил? Пусть всё стадо чёрный и бурый быки ведут в твою страну, они у нас хорошо дорогу знают, если один устанет иль с верного пути уйдёт, пусть чёрному главу отрежут и на шею бурого повесят, тот вмиг к тебе в стойло многочисленное стадо приведёт. Ну что, как тебе мой план, царь черноморский? Обдумай, сейчас в стране всё столь нестабильно, сегодня ты на коне, а завтра...? Так ты и репутацию свою поднимешь, народ твой оды о тебе сочинять начнёт, как обвел ты богатырей вокруг трёх пальцев. А мне надоело сидеть в сыром плену, поэтому я тебе поведал путь к обогащению безвозмездно".
"Ай да, нарт, ай молодец, хоть дряхлый, а котелок ещё твой варит. Велеть гонцов двух снарядить, да, чтоб власы их рыжие и чёрные были шелковисты, чтоб там у них в стране увидели, каков царский нрав, каких красавцев в своём войске держит!" – такой приказ был отдан в сей же миг царём.
Отправились гонцы к нартовской земле с посланьем особо важным. Долго, коротко был их путь, но вот они уже у цели, успели прям на ныхас (собрание) попасть с повесткой о том, что тут стар да млад сидят, совещаются о чём-то, а там их Урызмаг в темнице дни свои считает. И если хотят они видеть нарта живым и невредимым, пусть выкуп поскорее собирают. И началось перечисление гонцами о стаде столь великом, где сто раз по сто однорогих, двурогих, трёхрогих, четверорогих, пятирогих рогатого скота, а во главу поставить чёрного и бурого быков, которые укажут им точную дорогу. А коль бычки собьются с верного пути, отрезать голову одному, на шею бурого повесить, тогда тот смело приведет туда, куда и нужно было.
Напоив и накормив посланцев черноморских, отправили нарты их на ночлег, а сами на совете думают они, как им стада собрать такие. "Ну ладно, мы отрежем у быков по рогу, и получится сто раз по сто однорогих, с двурогими всё и так понятно. Но, что же делать нам со скотом, где старший запросил три рога на голову одну или четыре, пять рогов? Ох, задача непростая, – думали нарты, размышляли, ничего в голову их толкового не шло, решили в гости к мудрой матери наведаться, – Сатана по-любому что-то знает".
Вот уж у порога дома Урызмага, Сатана их встречает умилённо, вопрошая: "Зачем пожаловали, солнышки мои, чем я могу быть вам полезна?"
"Твой муж, тот ещё шутник, в плену сидит и выкуп просит грандиозный. Что делать с однорогими и двурогими быками мы уже решили, но это ещё не всё, он просит сто раз по сто трехрогих, четверорогих, пятирогих, такое впечатление, что Урызмаг на старости с ума сошёл, ещё рыжий и черноволосый гонцы просили передать запрячь вперёд двух быков: одного бурого, другого чёрного, как смоль, якобы они дорогу к земле той знают, а если спотыкаться аль с пути сбиваться будут, отрезать голову чёрному быку, повесив бурому на шею, тогда он без особого труда достигнет край тот черноморский".
"Эх вы, – Сатана, улыбаясь, начала детально объяснять, что имел в виду заключённый нарт, находясь там в добром здравии, – как сможете вы без хитрости Урызмага обходиться, если вдруг его не станет? Вы поняли его совсем не так, нашёл наш богатырь пристанище врага, взывая вас столь символично войско собрать и отправляться за добычей, так вот: однорогие быки – это пешие бойцы; двурогие – конные стрелки; трехрогие – копьеносцы; четверорогие – то кольчужники одни; пятирогие – оруженосцы, и всех их должно быть сто раз по сто. Дорогу же укажут вам присланные гонцы, как только им на ум придёт, что обмануты они, начнут они запутывать дорогу к цели, тогда рубите голову черноволосому гонцу и вешайте на шею рыжему посланцу. Он, испугавшись за жизнь свою, вмиг сопроводит вас ко дворцу без единого сомненья".
Нарты так и сделали, как им Сатана повелела, собрали армию сто каждых по сто раз и отправились на вызволенье Урызмага. Отъехав недалеко от нартского селенья, гонец с чёрной головой вдруг догадался, о каком скоте Урызмаг вещал царю, а тот и рад без трудностей обогатиться. Что делать им теперь? Конечно же, запутывать свой путь. И это было предусмотрено суженым Сатаны. Недолго думая, лишили нарты черновласова главы, повесив её рыжему на шею, тот испугался и вперёд помчал в свою страну, за ним и устремилось войско нартов.
Что в той стране делает сейчас наш герой? Они с царём на башне высматривают, когда бык бурый выкуп многочисленный пригонит. "Смотри, вон! Поднялась чёрная пелена, а грохот от плетей, что погоняют выкуп твой сюда уж слышен, но заметь, нартский скот особым нравом обладает, если ты решишь его с оружием встречать, то разбежится он кто куда, днём с огнём его не сыщешь, вина будет твоя, а не моя, я ведь предупредил тебя!"
Царь выслал с палками, плетьми войско своё навстречу своему подарку. Увидев комедию сию, с коней пока со смеху не попадав, пустились нарты в безжалостный бой, расчищая путь свой к высокой башне.
Царь прищурился немножко, видит он там дым завесой чёрной вдалеке повис. "Что такое? В чем же дело? Почему всё так там потемнело? Где же выкуп мой? Скажи!" – владыка черноморский к нарту, суетясь, нервно обратился.
"Ну что ты, царь, не видывал, как тучный скот порою может от своих копыт такую пыль поднять? Неделю после шествия такого ничего не видно", – с ухмылкой Урызмаг ответил на вопросы.
Но, чувствуя, что что-то здесь не так, уже и шум поднялся не бычий и даже не овечий, а людской, царь снова старшего из нартов вопрошает: "А это что за шум? Не схож он с шумом стада".
"Так мычит воловье стадо, грузный скот, добротный скот, ускоряется, стремится поскорее в стойло к тебе попасть", – Урызмаг ответил снова, понимая, что близка победа он дополнил: "Высоко стоишь ты от подарка. Негоже! Нужно у порога выкуп свой встречать".
Все силы Урызмаг собрал в кулак и пронзил царя неожиданным ударом, тот зашатался, но не упал, тогда нарт в сей же час поднял его, над головой владыку взвил, и взяв размах, пустил его вперёд. Черноморский повелитель лишь успел издать: "Как можешь ты!" И тишина...
С той страны множество скота и прочего добра с излишком нартские молодцы доставили домой. По их прибытии был организован широкий пир, и так продлилось целый год, беды да голода не знали нарты. На том пиру был упомянут Урызмаг, уже не как немощный старик, а как тот, кто мысль здравую несёт в народ, с того времени прекратились над ним насмешки.
Да и мораль сиих преданий не так уж и сложна, кого-то с детства учат думать головой, иного ею о пол биться.