Живет и творит в РСО-Алании осетин, создающий шедевры, позволяющие прикоснуться к истории наследников скифов, посредством артефактов, выходящих из-под его руки.
Однажды у нас состоялся разговор с Аркадием Тебиевым, мастером по камню и другим материалам, выполняющий грандиозные шедевры: часы, сувениры, подставки и пр. столь искусно, что равных ему в этом, с учётом того смысла, вложенного в свой труд, я еще не встречала.
"Помнишь, когда нарт (богатырь) Урызмаг потерял своего сына по причине нелепости, которая произошла в царстве Донбеттыра, и как он страдал после этого? Помог ему камень, на который он ложился и предавался забвению, чтобы хоть немного облегчить свои страдания. Камень тот диабаз, именно он лежит в основе моих работ, чтобы теперь каждый человек, мог прикоснуться к нему, к этому камню, и почувствовать облегчение в трудные моменты. Каждый человек проходит в жизни сложные моменты, в моих же силах хоть так облегчить их переживания и боль. Мы живем, а значит и оно живо, наше достояние!...", – таковыми были слова асетина (осетина).
Мои проницательные читатели, давайте я вкратце напомню, как всё было.
В час ненастный, в год неурожайный, без добычи, пропитанья, опухал от голода нартовский народ.
Видя, как немощь поражает люд, воротился Урызмаг домой с собрания печальный. К нему Сатана обратилась, узнав, что за грусть сердце нартовское гложет. И вмиг открыла кладовые, куда еду тихонько собирала с веселых тех пиров, предчувствуя гибель в год голодный, наступивший, никого не оповестив.
Ох, какое изобилье у Сатаны в тайниках хранилось: мясо вяленого много, сыр, лепешки и напитки, всё к столу несёт хозяйка, не жалеет ничего. Тут и Урызмаг взбодрился, и на радостях глашатая велит зайти в хадзар (дом). "Ты скорее насыщайся и зови сюда народ, не забудь о тех, кто ходить не в состоянии, пусть несут и их сюда за стол", – молвил богатырь приободрённый и давай очаг посильнее разжигать.
Вот уже и пир организован, за столами стар и млад сидят, наедаются бедняги, речи праздные срываются с их уст, тост за тостом поднимают, благодарят Всевышнего, Небесных Духов, хозяйку дома, что не оставили в беде, верной смертью погибать. Урызмаг на всё взирает умилённо, но пора б ещё в очаг дровишек побросать, взяв топорик заострённый, он пошёл во двор деревяшек поколоть.
Вдруг, откуда ни возьмись, подлетел к нему орёл суровый, сделав круг над нарта головой, ухватил его за плечи мощно, устремившись снова вверх, полетел, неся недоумевающего Урызмага.
Опустила птица нарта в час, когда достигли брег скалистый моря, что же делать Урызмагу? "Погибать здесь аль спуститься мне под воду в Царство славного Тагимасада (осет. Покровитель Донбеттыр). Что ж, пойду-ка окунусь, может что-то нужно сделать иль кому-нибудь помочь", – с этими словами погрузился нарт под воду, сдвинув камень, он увидел дом роскошный с перламутровой отделкой, пол и стёкла переливались яркой бирюзой.
"Доброго вам вечерочка или может быть денечка, не могу я разобрать, что за время ныне суток", – обратился Урызмаг к хозяйке безупречного жилья.
"Пусть в любое время суток обойдёт тебя печаль, а сейчас располагайся, ведь и мы тебе родня", – промолвила хозяйка дома стихии столь неоднозначной.
Вот уже слажены столы для гостя, торжество в самом разгаре, веселится, празднует народ, стихия Покровителя марины буйной пустилась в столь волнующий, безумный пляс.
На этом же пиру мальчонок бегал, озорничал, все не нарадуются ему, такой шустрый, добрый, просто восхищенье.
С самых древних пор обычай был у богатырей, на острие ножа ребенку мяса дать кусок, чтоб рос сильным и могучим. Что и сделал Урызмаг, взял мяса он кусок и протянул к ребёнку на кончике своего меча с тостом к Хуыцау (рус. Бог, скиф. Папай) обратился, а после произнесённых слов Творцу, позвал мальца откусить сей посвящённый кусочек мяса.
Малыш на радостях пустился к нарту и вдруг нечаянно спотыкнулся, и прям на острый, как лезвие, меч упал. Мне сложно будет описать те страшные минуты, как маленький погибал, как душа над телом взвилась, полетела в Мир Иной. Аминон врата открыл, Покровитель Царства Мёртвых Барастыр на свои колени посадил несчастного ребёнка.
За столом в Подводном Царстве стихли все, перед глазами случился ужас, жизнь была и нет её, безутешное событие. Омрачён Дзерассы сын, не нашёл поддержки он в словах хозяйки, молча встал, покинул дом и вернулся на скалу, откуда вновь забрал его орёл и понес обратно в нартское селение.
Приземлившись у охапки дров, взял их и зашёл в свой дом, сел на место Урызмаг сер, как туча, мучила его потеря без возврата. Здесь веселье продолжалось, сыт народ, народ ликует, речи праздные ведёт, никто даже не заметил, как хозяин покидал хадзар.
Не сдержался Урызмаг, поведал, где он был и что стряслось. Всем словам вняла Сатана, застонала, затряслась, слёзы потекли рекою, сквозь ту удушающую боль, объяснила, что когда хозяин был в походе, родила Сатана сына и отдала на воспитание к родне морской.
А теперь сынишка Урызмага и Сатаны, света белого не видя, был отправлен в Мир Загробный по нелепости простой.
Дни проходят, за днями ночи, нет покоя Урызмагу, мучается, размышляет: "Лучше б на месте сына, оказался я, нерасторопный".
Находил нарт успокоенье, в миг, когда ложился на камень он забвенья, забывал печали сердца, прислоняясь головою ниц.
С тех пор тот камень служит людям, при касании к нему, заостренному вниманию на рельеф своеобразный, узоры и прочие детали пород природных, воображение начинает рисовать то легкий бриз у моря, то ветер с гор, срывающий облака, то рек бурлящие течения.
Вот и Урызмаг такому лечению придавался, и нарты вторили ему слова: "У всех случается беда, стоит ли так долго по горю убиваться?". Камень, время и слова, как бальзам, душу излечили, а в скором времени совсем мальчонка позабыли, поминки перестали по нему справлять, но он ведь богатырь, настал тот день, когда явился нартовский ребёнок, чтобы напомнить о себе. А это уже следующий аспект нашего повествования.