Анна стояла у окна, заламывая руки с театральным отчаянием, которое стало её привычной позой за долгие годы.
— Пятнадцать лет! Пятнадцать лет жизни отдано алкоголику! — голос её дрожал, наполняя гостиную подруги Марины тревожными вибрациями.
Марина молча подала чашку чая, зная, что сейчас начнётся знакомый монолог.
— Это страшный человек, — Анна понизила голос до доверительного шёпота, хотя кроме них в квартире никого не было. — С виду-то идеальный: содержал семью, на основной работе пропадал, да ещё и квартиры людям ремонтировал по вечерам. Нашу Леночку обожал, с рук не спускал: настоящая папина дочка.
Она сделала глоток чая, её пальцы нервно барабанили по фарфору.
— Родителям моим помогал — то крышу на даче починит, то грядки вскопает, то лекарства привезёт. И в театр меня водил, на концерты... А сам... — её голос сорвался на высокой ноте. — Сам каждую пятницу пиво пил! Две, а то и три бутылки!
Марина осторожно спросила:
— И всё? Только по пятницам? После работы?
— Да! — воскликнула Анна, как будто это было самое ужасное признание. — Я алкоголь даже в виде десертного вина не переношу! А он... он пил. Как я могла жить с алкоголиком? Я же чистюля, мне противно это всё!
В её словах была непоколебимая уверенность. Для Анны мир делился на чёрное и белое, а её бывший муж Виктор прочно занял место в тёмной половине.
Развод она инициировала стремительно, непреклонно. Виктор пытался говорить, объяснять, но она лишь затыкала уши: "Нет, нет и нет! Я не хочу жить с пьяницей!"
***
А жизнь, меж тем, писала свою версию этой истории.
Виктор после развода действительно недолго оставался один. Через год он встретил Ларису. Женщину спокойную, с мягким взглядом и тёплой улыбкой. На их первой встрече он, смущаясь, признался:
— Я, знаешь, иногда пиво люблю по пятницам выпить. После тяжёлой недели.
Лариса улыбнулась:
— Мой отец тоже любил. Говорил, что после труда и отдых должен быть.
Они поженились. И живут вместе уже двадцать лет. Лариса часто говорит подругам:
— Мой Витя — золотой человек. И руки золотые, и сердце. Работает много, заботится. А в пятницу вечером садимся на кухне, он бутылочку пива, я — сок или чай. Хотя, иногда, если настроение совсем праздничное, я тоже могу составить ему компанию и выпить фужер пива. Но это редко, скорее — жест, знак того, что мы вместе, что его маленькие радости — это и мои радости тоже. А в основном — мой сок, его пиво. И мы разговариваем по душам. Обо всём: о прошедшей неделе, о планах, о пустяках, о важном. Эти часы — наше тихое пристанище. Лучших вечеров не придумаешь.
Когда-то она спросила его о первом браке. Виктор помолчал, потом сказал тихо:
— Аня была... другой. Она хотела идеального мужа из журнала. А я был просто живым человеком. Устающим, иногда ошибающимся... И да, любящим холодное пиво в конце рабочей недели. Для неё это стало мерой всего. Знаком порочности.
***
Иногда кажется, что в этой истории нет правых и виноватых. Есть просто два разных мира, столкнувшихся в одном браке.
Анна искала в муже безупречного человека, соответствующего её строгим внутренним критериям. Для неё принципы были важнее человека, идеал — реальности.
Виктор же был просто человеком — трудолюбивым, любящим, устающим. Его "порок" в виде нескольких бутылок пива по пятницам для одной женщины стал символом падения, а для другой — обычной человеческой слабостью, не затмевающей достоинств.
Возможно, дело вовсе не в пиве. А в том, что порой мы разучились видеть человека за своими ожиданиями. Ищем в другом то, чего нет, и не замечаем того, что есть.
Анна так и осталась одна со своими идеалами. А Виктор обрёл простое человеческое счастье. И жизнь, как мудрый автор, расставила всё по своим местам — не по принципам, а по любви.