Нет ни одного человека, чья молодость пришлась на 60-е, 70-е или 80-е годы в СССР, кто бы не вздрагивал от сладкого слова «фирма». На витринах обычных магазинов могли стоять бесконечные ряды одинаковых ботинок «Прощай, молодость» и костюмов цвета асфальта, но в толпе вдруг мелькал человек-молния: в джинсах, которые «стоят» сами по себе, и в кроссовках, которые пахнут не резиной, а заграничным счастьем.
За этим счастьем всегда стоял он — фарцовщик.
Эти люди не были просто спекулянтами, и уж точно не были бандитами в классическом понимании. Они были кем-то вроде магов-посредников между закрытым «железным занавесом» и сверкающим миром капитализма. Фарца — это была параллельная экономика «мелких чудес», где из дефицита делали культ, а из обычных штанов — религию.
ОТКУДА ВООБЩЕ ВЗЯЛОСЬ ЭТО СТРАННОЕ СЛОВО?
Версий много, и одна интереснее другой. Самая ходовая связывает название с английским выражением, которое иностранные туристы бормотали, озираясь по сторонам.
НО ОБ ЭТОМ ЧУТОЧКУ ПОЗЖЕ.
А пока давайте вспомним, с чего всё началось. А началось всё с «Большого взрыва» 1957 года. В Москву приехал Всемирный фестиваль молодёжи и студентов. Представьте: в серый, дисциплинированный город ворвались тысячи иностранцев в ярких рубашках, с невероятной музыкой и манерами. Советские стиляги буквально потеряли дар речи.
Сначала это был невинный чендж: значок на значок, сувенир на жвачку. Но русский ум быстро смекнул: если за одну импортную кофту внутри страны готовы отдать месячную зарплату инженера, то это уже не просто обмен, это бизнес!
ЧТО БЫЛО В «ВОЛШЕБНОМ ЧЕМОДАНЧИКЕ»?
Фарцовщик торговал не вещами, он торговал статусом. Список «святынь» выглядел примерно так:
- Джинсы (Levi’s, Wrangler, Lee). Это был абсолютный топ. Настоящий деним должен был «тереться» (если провести по нему мокрой спичкой, она синела) и иметь ту самую «фирменную» посадку. За них отдавали по 150–200 рублей при средней зарплате в 120.
- Винил и кассеты. «Deep Purple», «Led Zeppelin», позже — диско. Музыка была пропуском в закрытый клуб. Пластинку покупали, переписывали на «бобины» сотню раз, и каждая копия стоила денег.
- «Мелочёвка» для форса. Зажигалки Ronson, импортные сигареты, жвачка (которую жевали неделями, перепродавая друг другу), целлофановые пакеты с красивыми картинками (их мыли и сушили на веревочках!).
- Косметика и парфюм. Французские духи «Climat» или помада, которая не пахнет старым воском, — за это советские женщины готовы были простить фарцовщику что угодно.
ГДЕ БРАЛИ ТОВАР: ОТ МАТРОСОВ ДО ДИПЛОМАТОВ
Добыча «фирмы» была похожа на шпионский триллер. Основных каналов было три:
- «Утюжка» (работа с туристами). Фарцовщиков часто называли «утюгами», потому что они «утюжили» тротуары возле гостиниц «Интурист». Нужно было подойти к иностранцу, заговорить на ломаном английском и уговорить его продать одежду или валюту.
- Моряки загранплавания. В Одессе, Ленинграде и Мурманске фарца процветала особенно бурно. Моряк привозил из рейса пару чемоданов шмоток — и обеспечивал себе безбедную жизнь на полгода.
- «Березки» и чеки. Существовала элита, имевшая доступ к спецмагазинам, где торговали за валютные сертификаты. Это был высший пилотаж — связать тех, у кого есть чеки, с теми, у кого есть рубли.
ЗАКОН И СТРАХ: ЦЕНА ВОПРОСА — ЖИЗНЬ
Советская власть фарцовщиков не просто не любила — она их боялась. Потому что они показывали: официальная торговля не справляется, а «загнивающий Запад» шьёт штаны лучше, чем наши фабрики.
Самая страшная статья — 88-я, «валютная». Если за обычную перепродажу джинсов могли дать срок за спекуляцию, то за операции с долларами светила «вышка». В 1961 году прогремело дело Рокотова, Файбишенко и Яковлева. Эти парни построили настоящую империю. Итог был показательно жестоким — расстрел. После этого страх перед валютой стал почти физическим, и многие фарцовщики перешли на чистый товарный обмен, подальше от «зелёных бумажек».
ТАК ПОЧЕМУ ЖЕ ВСЁ-ТАКИ «ФАРЦА»?
Ну что, набрались терпения? Раскрываю карты. Самая логичная и красивая версия гласит, что слово произошло от искаженного английского «for sale» (для продажи). Иностранцы, понимая, чего от них хотят русские парни, часто спрашивали: «Is it for sale?» или сами предлагали вещи с этой фразой. Советское ухо превратило «фор сейл» в «фарсейл», а потом и в короткое, как выстрел — «фарца».
Есть и одесская версия от слова «форсануть» (выпендриться), но версия с английским корнем куда лучше передает суть этого международного бизнеса на коленке.
КУДА ВСЁ УШЛО?
К концу 80-х романтика исчезла. Появились кооперативы, «варенки» начали шить в каждом подвале, а в 90-е границы открылись и «фирма» хлынула на рынки тоннами. Фарцовщик как класс вымер, потому что исчезла его главная суперсила — монополия на дефицит.
Но память о тех временах осталась. Ведь фарца — это не про жадность. Это про дикое желание быть свободным, ярким и хоть капельку «заграничным» в мире, где всё было по ГОСТу. Это была эпоха, когда цена вещи измерялась не в рублях, а в дерзости её обладателя.
А вы помните свои первые «настоящие» джинсы или ту самую жвачку? Хотите, чтобы я рассказал, как в СССР умудрялись подделывать «фирму» так, что даже опытные «утюги» не всегда могли отличить подделку?