Люда промолчала, не сказала матери и бабушке, а вот Алексею написала, но тоже просила ничего не говорить своим родителям о ее интересном положении. А он порывался, сразу предложил пожениться. Но решили, как придет со службы, так и поженятся.
И вот вернулся Алексей, а дома родители уже невесту ему присмотрели, понятное дело, силой не заставишь жениться, но уговаривать взялись. Алексей понял, Люду они в штыки примут, вот и уехал в город. Конечно, сына видел, сразу звал ее. Но Митя совсем маленький, а дома все родное, воздух какой… да и где жить. Алексей на стройку устроился, быстро на очередь встал, теперь дни считает, когда Люду заберет с сыном. А родители пусть как хотят, если нравится им, пусть хоть до пенсии «собачатся».
Первая глава здесь:
Люда уже сколько раз порывалась сказать матери, но когда слышала, как презрительно она отзывается о Тамаре, матери Алексея, сразу желание пропадало.
Расставшись с Алексеем, договорились что в следующий раз признаются родным и уедут вместе; Людмила легла в ту ночь спать совершенно спокойной, ведь решение принято.
***
Неделя прошла в трудах и заботах, можно сказать, быстро пролетела. Люда в пятницу легла спать, как и Зоя, уже по темному, когда устав от огорода, как говорится, рады месту.
Митя давно посапывал в своей кроватке. Люда подумала, что не договорились они, где встретятся, а ведь сегодня Леша приехал, наверняка, придет. Она прикрыла глаза, решив немного вздремнуть - услышит ведь, когда стукнет в окошко. Матрена вроде успокоилась, убедила её Людмила, что никто здесь не ходит, в палисаднике все в порядке.
И вот сквозь сон слышит, будто кто-то стучит, глаза открыла, сразу поняла, Алексей в палисаднике. Встала тихо, убедилась, что мать спит, Митя тоже, накинула лёгкий халатик и так же через окно вышла и сразу оказалась в объятиях Алексея, а потом почувствовала его поцелуи.
И стоят они, мнут траву, не обращая внимания на кусты и на цветы…. И вдруг шумно опустился веник на спину парня.
– А разве же я не говорила, что ходют тут всякие… говорила же! – И снова хлесткий удар.
Люда вскрикнула, а Алексей промолчал, сразу все понял, закрыл девушку своим телом, чтобы ему больше этим веником досталось.
- Уходи! – Сказала Людмила, обращаясь к Алексею.
Но он оставил Люду и повернулся навстречу удару, схватив рукой веник и вырвав его. – Ну хватит, Матрена Степановна, понял я, не через окошко, через дверь буду входить.
Тут старушка ахнула, узнав в парне сына их заклятых врагов.
- Это чего деется? Это ты с кем? А? Стоишь тут бессовестная, а у тебя дитё в люльке…
- Наше это дитё, - сказал Алексей, - и вообще, женимся мы. Раньше поженились бы, да ваша вражда достала уже. – Он повернулся к Людмиле: - Собирайся, сына забирай и уезжаем.
- Ночью?
- Да хоть ночью, домой только вещи зайду забрать, а то ведь узнают, крик будет на всю улицу. Короче, мы отдельно живем от них, а они пусть как хотят.
Матрена слушала и охала от свалившегося на нее известия. А ведь они гадали, от кого дитё у Людки, а оно вон что оказалось, от Лешки дитё… и что теперь делать.
- Да как же ты, внуча, могла? Папка твой сколь с ними бился, сердце надорвал, а ты… под кого легла… ах ты, бесстыжая.
- Хватит стыдить! – Прикрикнул Алексей. – Вы вместе с моими родителями свою совесть в том огороде закопали, который теперь никому не нужен. А у нас с Людой новая жизнь, и раз так вышло, не будем больше прятаться.
На шум вышла Зоя, она проснулась от этого шума, к тому же теперь пес Кирька усердно лаял. А ведь раньше молчал, видно, Алексей приручил его, прикормил.
Зоя и Матрена теперь уже вместе накинулись на молодых, но тут уже Людмила вступилась: – Вы что хотите, чтобы мой сын без отца рос? И так из-за вас по кустам прячемся… да сколько можно? Всё, уезжаю!
- Куда? Где ты жить будешь?
- Комнату скоро дадут отдельную, а пока времянку снимем, так что всё можно решить. Это вы, да мои родители никак не можете клочок земли забыть, который уже давно никому не нужен. А у нас с Людой своя семья без этих ваших дрязг.
- Ишь какой зубастый! – Удивилась Зоя, пытаясь разглядеть Алексея. Тяжело ей было принять, что отец Мити как раз и есть этот злополучный Алексей. Нет, она, конечно, рада была бы, если у мальчика папка появится, но такому отцу не рада. Пока что не рада.
- Мама, я уезжаю, и не отговаривай, - сказала Люда, Алексей так и держал ее за руку.
И тут Матрена с Зоей поняли и завыли в голос, даже лай Кирьки заглушили. – Куда же ночью?
- Ладно, тогда утром, - сказал Алексей, вот ровно в девять утра приду, на автобус пойдем. – И он к изумлению Зои и Матрёны, поцеловал Люду в щеку, - собери сыну самое необходимое.
- Оставьте Митю, - попросила Зоя, - куда его потянете, он ведь маленький, пусть пока дома поживет.
- Ну как же я его оставлю? – теперь со слезами спросила Люда.
- Нет, Зоя Николаевна, сына мы не оставим, хватит что столько времени без отца, так еще и без матери… нет, забираем.
До самого утра ни Матрена, ни Зоя не уснули, так и сидели на кровати, переговариваясь. Людмила тоже ворочалась, она уже знала, что возьмет с собой, только боялась, как бы не начали снова отговаривать. Упреки она тоже выслушала от матери и от бабушки за любовь к Алексею, за то, что промолчала, за то, что ребёнка родила будучи не замужем, - одним словом, Люда теперь чуть ли не предатель, против семьи пошла.
Людмила не спорила, молчала, несмотря на молодость и эмоции, чувствовала, лучше промолчать лишь бы дали вещи собрать, - уехать скорей хотелось, а иначе как пожениться с Алексеем, если обе стороны против.
Утром Алексей, как и обещал, пришел в девять. Людмила уже собрала чемодан, позавтракав, все сидели молча. Зоя с горечью думала, что из всех парней на селе, выискался этот Лёшка, сделал ребенка Людке и теперь еще и увозит их.
Но, с другой стороны, когда есть отец, это лучше, чем без отца. К тому же парень он, вроде, хороший, вон как заявил вчера, прямо вцепился в Людмилу.
- А вот ведь я говорила, что ходют тут, ходют, - причитала Матрена, когда Алексей взял чемодан, прежде подняв сына и поцеловав его. – Ну, что, подружимся мы с тобой, - сказал он мальчику.
Зоя с Матреной так и шли к автобусу следом, думая о том, как же быстро все случилось – вдруг уезжает дочка.
И вот на остановке, где уже стоял народ, заметили они, что и родители Алексея стоят в сторонке. Молча стоят, смотрят на них, с Зоей не поздоровались, а сами на Митю смотрят. Это, видимо, Алексей все им рассказал. Радости у них на лице не было, только обиду и упрек можно прочитать.
- Что же ты, сынок, бросаешь нас? Родители тебе теперь не нужны, у теперь новая родня.
- Да уж и нам такая родня не нужна, - сказала Зоя, не сдержавшись.
- Вы если снова поругаться решили, то идите по домам, не надо нас провожать, - строго сказал Алексей. Видимо за это время, что они с Людой вместе, допекла его эта несуразная ситуация, ребенка родили, а вынуждены прятаться от собственных родителей, потому что ненавидят две семьи друг друга.
Все замолчали, услышав слова Алексея. Митя оглядывался по сторонам и куксился.
- Дай мне, - попросила Зоя, - видишь, не хочет он ехать.
- Ничего, он с родителями едет, - ответил парень.
Тамара смотрела на малыша, пытаясь вспомнить, насколько он похож на Алексея, когда тот был в таком же возрасте. Новость на родителей Алексея тоже скатилась как бочка грохочущая, чуть не раздавила эта новость. Всю ночь выясняли отношения и несколько раз Тамара высказала сомнение, Алексея ли это сын. А если и сын, то хороша Людмила, когда согрешила до свадьбы, не красит этот поступок ее. При этом Тамара с мужем совсем забыли про самого Алексея, будто и ни причём он тут.
Но утром все же пошли проводить его, чего раньше не делали. А теперь, узнав, что уезжает с невестой и сыном, тоже пошли, чтобы посмотреть бесстыжей Людке в глаза, упрекнуть за то, что Алексея от них увозит (хотя все наоборот, это Алексей Людмилу забрал к себе).
И вот стоят они, полные решимости, сказать колкие слова, испепелить Людмилу взглядом и смотрят на маленького Митю. Волосики у него такие же как и у Алексея, когда маленьким был, и глаза такие же, ну что тут скажешь, похож. Да и какой резон Людмиле обманывать, к тому же никто в селе не припомнит, чтобы она с кем-то встречалась. Но как теперь выяснилось, кроме Алексея, ни с кем.
- Доча, ну ты там смотри за ним, одевай хорошо, не гляди, что лето, продуть может, - наказывала Зоя.
Матрена же стояла, опираясь на палку и вытирала глаза, слеза то и дело появлялась. Теперь ей жалко было внучку, готова все слова обратно взять, лишь бы дома осталась.
Вот и автобус, а две семьи так и стоят, не подойдя к друг другу. Тут Зоя и Матрёна Митю поцеловали еще наказали смотреть за дитем, а родители Алексея стоят в стороне, только и смогли, что своего взрослого сына обнять. И вот уже молодые к автобусу пошли, сейчас сядут, двери закроются и уедут. Люда мимо Тамары будто специально прошла, зная, что не жалуют ее… но остановилась, Митя на руках у нее, Лёша вместе с водителем чемоданы в багажное, что внизу, укладывать пошел.
- Хотите подержать? – спросила вдруг Люда Тамару, отец Леши рядом стоит.
Тамара растерялась, не ожидала, что Людка первой заговорит и так запросто предложит внука на руки взять. – Еще есть время, - сказала Люда, оглянувшись на автобус.
- А пойдет ли ко мне? – спросила Тамара, глядя на малыша.
- Пойдет. Митя, иди к бабушке, ну-уу, иди, - она подала мальчика Тамаре, и та осторожно взяла его. Отец Алексея тоже приблизился, поглядывая на Митю, а потом взял внука на руки.
Зоя с Матреной замерли, наблюдая эту сцену, а Люда думала о том, лишь бы ничего не сказали мать и бабушка, чтобы ни одним словом не нарушить это краткое перемирие.
- Ну что, все? – спросил водитель. И Люда снова забрала сына, Алексей, уложив чемоданы, тоже пошел к ней и взял Митю на руки. Они сели в автобус и теперь уже махали родным вместе.
Обе семьи так ничего и не сказали друг другу, молча разошлись. Но родители Алексея были под впечатлением от встречи с внуком. Однако не было мысли бежать скорей к Зое и мириться, да и Зоя не горела желанием.
Алексей и Люда не приезжали домой на протяжении месяца. Расписались они тихо, без пышных торжеств, без гостей, даже родителей не было. Они за небольшой отрезок времени столько намучились, не зная как сказать родителям, что рады были просто поставить штамп в паспорте.
А потом они приехали домой. Не зная, у кого остановиться, Люда предложила пойти к своим, а Алексею к своим родителям, а на следующий день он придёт к ним, а потом они втроем пойдут домой к Алексею ненадолго.
Но они не знали, какой подарок придумали две семьи. Пока молодые жили в городе, старшее поколение договорилось расчистить участок, где был тот злосчастный огород, и построить там дом для молодой семьи. Зоя тоже вызвалась помочь, но помощь не такая большая, потому как теперь она без мужа. И все согласились.
И это было удивительно, что, наконец, пришли к единому мнению. Как оказалось, делить теперь нечего, только объединяться для помощи.
Алексей и Людмила, узнав новость о строительстве дома, сказали подумают, посовещаются, и тем самым удивили родителей. Чего тут совещаться, такому подарку любой будет рад. Но на другой день Алексей и Людмила осторожно начали разговор про дом.
- Спасибо, но мы откажемся, - известил Алексей изумленных родителей.
- Сын, ты не понял, - начал отец, пытаясь объяснить, что нет никакой вражды, что теперь они помогают молодой семье.
- Вы не обижайтесь, - сказала Люда, - но мы с Лёшей хотим в городе жить, нам комнату скоро дадут, а потом на очередь и на квартиру встанем, предприятие жилье строит.
- Да, мы так решили.
Ни та, ни другая сторона не могли понять, удивились и даже расстроились, ведь внук остается с родителями, а значит видеть будут редко.
- Мы приезжать будем, - пообещал Алексей, - помогать будем. А участок… можно, конечно, облагородить, а потом продать, вы уж тут сами смотрите, как лучше.
Больше всех удивлялась бабушка Матрена, что отказались жить в селе, ведь помирились родители, так чего же надо. Но потом смирилась и уже просто была рада, когда приезжали в гости втроем. Алексея она полюбила и потом часто напоминала: - Я как знала, что кто-то ходит под окнами, вот не зря же говорила… а за то, что веником тебя тогда ты уж, внучек, прости, не поняла я сразу-то.
Татьяна Викторова
Канал "Ясный день" в мессенджере МАХ, можно подписаться: