Валерий остановился у покосившихся ворот и перевёл дух.
Жуля, верная его спутница, облезлая овчарка с умными глазами, села рядом, прижалась к ноге. Будто понимала: вот оно. Шанс на ночлег.
База отдыха «Озёрная» выглядела как он сам, честно говоря. Забор местами рухнул, крыши домиков поросли мхом, вывеска висела на одном гвозде и скрипела на ветру. Мёртвое место. Заброшенное.
Но там была будка сторожа. А это надежда, что, теплится жизнь.
– Слышь, есть кто? – крикнул Валерий, стучась в калитку.
Никто не откликнулся. Только где-то в глубине двора жалобно мяукнула кошка.
– Эй! Хозяин!
Дверь будки распахнулась с таким грохотом, будто её выбили изнутри. На пороге появился мужик – грузный, небритый, с налитыми кровью глазами. От него за версту несло перегаром и злобой. Вот такой концентрированной, въедливой злобой.
– Чего припёрся? – рявкнул он. – Милостыню собираешь?
Валерий сглотнул. Гордость кольнула где-то под рёбрами, но он её придушил.
Не до гордости.
– Переночевать можно? Я в обмен помогу. По хозяйству. Что скажете – всё сделаю. Чинить умею, убирать, копать.
– Ха! – сторож скривился, будто лимон раскусил. – Слыхали мы про таких помощничков. Переночуешь – утром полбазы вынесешь!
– Да я...
– Проваливай, пока по-хорошему говорю! – рявкнул мужик и шагнул вперёд. – Вон отсюда! И псину свою забирай, а то я её...
Жуля зарычала. Негромко. Предупреждающе.
Валерий положил руку ей на холку:
– Тихо. Тихо.
Он развернулся. Поплёлся прочь. Ноги подкашивались от усталости – километров двадцать сегодня прошагал, не меньше. А куда идти дальше?
Озеро. Заночуют у озера, если не замёрзнут. Октябрь на дворе, ночи уже холодные.
За спиной хлопнула дверь. Потом что-то звякнуло. Валерий обернулся – и замер.
Сторож вышел во двор. В руках у него была цепь. Тяжёлая, ржавая. Он размахивал ею, ухмыляясь:
– А ну-ка, шавка, поближе подойди! Научу тебя, как на хозяйских порогах рычать!
Жуля прижала уши. Оскалилась.
– Не надо! – Валерий шагнул вперёд, заслоняя собой собаку. – Мы уже уходим! Слышите? Уходим!
– Поздно, – процедил сторож. И замахнулся цепью.
Жуля взвизгнула, рванула назад. Валерий схватил её за ошейник, потянул за собой.
Бежали. Сквозь бурьян, мимо покосившихся домиков, мимо старой лодочной станции. Пока сторож не скрылся за воротами.
Только тогда Валерий остановился. Рухнул на землю. Жуля легла рядом, положила морду ему на колени.
– Ну что, – прохрипел он. – Кажется, нам отказали.
Он гладил её по голове. И думал: вот она, та самая точка. Когда дальше некуда.
Утром всё изменилось.
Валерий проснулся от рёва мотора – к воротам базы подкатил джип. Чёрный, блестящий, явно не из местных. Из машины вышел мужчина лет пятидесяти. Спина прямая, движения чёткие – военная выправка считывалась мгновенно.
– Где сторож? – спросил он, оглядывая территорию.
Валерий поднялся с земли, отряхнул штаны. Жуля настороженно встала рядом.
– Там, наверное, – кивнул он в сторону будки. – Спит ещё небось.
Новый хозяин – а это точно был хозяин, Валерий почувствовал нутром – направился к будке. Дёрнул дверь. Сторож вывалился на порог, зевая и чертыхаясь.– Ты кто такой? – пробурчал он, щурясь на свет.
– Собственник. Купил эту базу неделю назад. А ты кто такой?
– Я сторож здесь. Год уже работаю.
– Работаешь? – хозяин обвёл взглядом двор. – Забор рухнул. Крыши текут. Мусор по всей территории. Это ты так работаешь?
Сторож дёрнулся:
– Да кто вас вообще сюда звал! Я тут один справляюсь, никто не помогает!
– Вчера здесь мужчина с собакой был. Просил ночлег. Ты его выгнал. И собаку чуть цепью не убил.
Валерий вздрогнул. Откуда он знает?
– Соседи видели, – пояснил хозяин, будто прочитав его мысли. – Рассказали. Сказали, ты тут всех гоняешь, матом кроешь, выпиваешь на рабочем месте.
Сторож побагровел:
– Да они всё врут! Завистники!
– Собирай вещи. Уволен.
– Как уволен?! Вы не имеете права!
– Ещё как имею. У тебя трудовая книжка есть? Договор? – хозяин выдержал паузу. – То-то же. Час даю. Чтобы духу твоего здесь не было.
Сторож что-то прорычал, развернулся и скрылся в будке. Хозяин подошёл к Валерию:
– Ты тот самый? С собакой?
– Я, да.
– Работать хочешь?
Валерий опешил. Открыл рот. Закрыл. Снова открыл:
– Хочу. Только я, документов у меня нет при себе. Паспорт потерял давно, восстановить не могу – прописки нет.
– Разберёмся. Временно побудешь здесь, приведёшь территорию в порядок. Еда, жильё. Если справишься – оформлю как положено. Идёт?
– Идёт! – Валерий чуть не задохнулся от волнения. – Спасибо! Я не подведу!
Хозяин протянул руку:
– Игорь Петрович. А ты?
– Валерий. Просто Валерий.
Первые дни пролетели в работе.
Валерий чинил забор, латал крыши, убирал территорию. Руки помнили – когда-то он работал на стройке, до того как всё покатилось под откос. До развода. До бутылки. До улицы.
Жуля крутилась рядом, охраняла инструменты, а по вечерам к воротам приходили местные дети – гладить её, играть с ней. Собака расцветала на глазах.
Дачники поначалу смотрели косо. Перешёптывались. Но когда Валерий починил забор у соседки, бесплатно – просто так, из благодарности за миску борща, – лёд тронулся.
Кто-то принёс старую куртку. Кто-то – инструменты. Кто-то просто здоровался.
А старый сторож затаился.
Валерий видел его иногда – бродил возле базы, что-то высматривал. Один раз даже мусор подбросил ночью – наутро Валерий нашёл у ворот гору пустых бутылок и окурков.
Убрал молча.
Не хотел проблем.
Но проблемы пришли сами.
В конце недели на местном форуме появилась тема: «Кражи на дачах! Будьте бдительны!» Сначала у одних пропал генератор. Потом у других – садовый инвентарь. Потом – вообще из сарая вынесли всё подчистую.
И все указывали на одного человека.
На Валерия.
– Бывший бездомный, – говорили. – Кто его знает, что у него на уме?
– Откуда вообще взялся? Документов нет. Прошлого нет. Может, из тюрьмы сбежал?
– А собака? Специально выдрессирована, чтобы чужие вещи таскать!
Валерий слышал эти разговоры. И от них в груди разрасталась тяжесть.
Вот оно. Снова по кругу.
Только-только поверил, что можно начать сначала – а жизнь опять ставит на место.
Игорь Петрович вызвал его в контору. Лицо хозяина было мрачным:
– Валерий, скажи честно. Это ты?
– Нет! Клянусь! Я даже на соседние участки не хожу!
– Поверить хочу. Но дачники требуют. Говорят, пока ты не уедешь, кражи не прекратятся.
– И что теперь?
Игорь Петрович вздохнул:
– Дам тебе ещё пару дней. Если не докажешь невиновность – придётся расстаться.
Валерий вышел на крыльцо.
Жуля подбежала, ткнулась мордой в ладонь.
– Что делать, девочка? – прошептал он. – Как доказать, что это не я?
Собака посмотрела на него.
И вдруг рванула к воротам, яростно залаяла.
Жуля лаяла так, будто увидела самого дьявола.
Валерий бросился за ней – собака неслась к дальнему углу территории, туда, где стояли старые сараи. Те самые, которые он ещё не успел разобрать.
– Жуля! Стой!
Но она не слушала. Царапала лапами дверь покосившегося сарая, рычала, скулила.
Валерий распахнул дверь – и замер.
Внутри, под грудой старых досок и брезента, лежали вещи. Генератор. Инструменты. Садовый инвентарь. Всё то, что пропало у соседей за последние недели.
– Господи, – выдохнул он.
Кто-то подставил его. Нарочно свалил краденое сюда, на территорию базы, чтобы обвинить именно его!
– Вот и поймали вора! – раздался торжествующий голос за спиной.
Валерий обернулся.
У сарая стояла целая толпа – дачники, соседи, даже Игорь Петрович. А впереди всех – старый сторож. Ухмылялся во весь рот, глаза блестели злорадством.
– Я же говорил! – кричал он. – Говорил, что это бродяга-ворюга! А вы не верили!
– Это не я! – Валерий шагнул вперёд. – Клянусь, я не брал этих вещей!
– Да ну? – сторож ткнул пальцем в сарай. – А чьи они тогда? Сами прилетели?
– Ты подбросил! Ты всё это подстроил!
– Я?! – сторож изобразил оскорблённое удивление. – С чего бы мне? Я тут вообще не работаю! Меня уволили, если помнишь? Из-за тебя!
Дачники зашумели. Кто-то кричал, что надо вызывать полицию. Кто-то требовал выгнать Валерия немедленно.
Игорь Петрович молчал. Смотрел на Валерия тяжёлым взглядом – и в этом взгляде читалось разочарование.
– Я не виноват, – тихо сказал Валерий. – Поверьте мне.
– А кто тогда? – спросил Игорь Петрович. – Вещи в твоём сарае. На участке, где ты один живёшь.
– Не один! Сюда кто угодно мог пробраться ночью!
– Кто? Привидения? – хохотнул сторож.
Валерий кулаки сжал. В висках стучало. Хотелось врезать этому гаду – врезать так, чтобы навсегда заткнулся. Но он знал: стоит поднять руку – и всё, конец. Докажет только, что он агрессивный бродяга.
Опасный.
– Погодите, – вдруг раздался женский голос.
Из толпы вышла пожилая женщина – та самая соседка, которой Валерий чинил забор.
– Я видела, – сказала она. – Позавчера вечером. Кто-то шастал возле этих сараев с фонариком. Я подумала – Валерий работает. А теперь...
– Теперь что? – Игорь Петрович повернулся к ней.
– Теперь я вспомнила. Валерий в тот вечер у меня был. Полку чинил на кухне. До десяти вечера точно. А я того человека видела около девяти.
– Может, ошиблись? – пробурчал сторож. – Темно же было.
– Не ошиблась.
Сторож побледнел.
Жуля вдруг рванула вперёд. Обежала сарай. Уткнулась носом в землю возле задней стенки.
Валерий подошёл. Нагнулся.
Там, в земле, виднелся след – отпечаток ботинка. Крупного. С характерным протектором.
– Игорь Петрович, – позвал Валерий. – Посмотрите.
Хозяин подошёл. Посмотрел внимательно. Потом перевёл взгляд на сторожа:
– А ну-ка подними ногу. Покажи подошву.
– Да вы чего?! – сторож попятился. – Какое вы имеете право?!
– Покажи, говорю!
Игорь Петрович шагнул вперёд – и сторож сдался. Поднял ногу.
Протектор совпадал. Один в один.
Толпа ахнула.
– Это ничего не доказывает! – залепетал сторож. – Мало ли у кого такие ботинки!
– А камеры? – вдруг спросил кто-то из дачников. – На соседнем участке же камеру поставили месяц назад! Может, она что-то засняла?
– Точно! – подхватил другой. – Она как раз на дорогу смотрит, мимо базы!
Игорь Петрович достал телефон:
– Сейчас позвоню хозяину. Попросим запись.
Сторож дёрнулся. Развернулся. Попытался уйти – но дачники окружили его плотным кольцом.
– Стой, голубчик. Погоди. Давай дождёмся записи.
Запись пришла через двадцать минут.
На экране телефона чётко было видно: сторож пробирается к базе. В руках у него мешок. Он проходит к сараям. Оглядывается. Скрывается внутри.
Потом обратно появляется. Без мешка.
– Ну что, – Игорь Петрович посмотрел на сторожа. – Будешь отпираться?
Тот молчал. Лицо серое, губы дрожат.
– Я хотел отомстить, – еле слышно выдавил он. – Он занял моё место! Я хотел, чтобы его тоже выгнали!
– Подставив невиновного человека?
– А мне какое дело?! – вдруг взорвался сторож. – Мне плевать на него! Плевать на всех! Я тут год вкалывал, а меня как собаку выгнали!
– Вкалывал? – Валерий шагнул вперёд. – Ты пил. Базу запустил. Людей гнал. Собаку мою чуть не убил!
– Пусть бы сдохла!
Жуля зарычала.
Игорь Петрович достал телефон:
– Всё. Вызываю полицию. Кража. Подлог. Клевета. Думаю, найдут, что тебе предъявить.
Сторож рухнул на колени:
– Не надо! Я всё верну! Я больше не буду!
Но никто его уже не слушал.
Полиция увезла сторожа через час.
Валерий стоял у ворот, смотрел, как машина скрывается за поворотом. Жуля сидела рядом, прижав морду к его колену.
– Ну вот, девочка, – прошептал он. – Кажется, мы остаёмся.
Игорь Петрович подошёл сзади, хлопнул по плечу:
– Валерий, прости. Засомневался в тебе.
– Да ладно. На вашем месте каждый засомневался бы.
– Нет. Не каждый. – Хозяин протянул руку. – Пойдём в контору. Надо документы оформить. Официально. По трудовой.
– Но у меня же паспорта нет.
– Восстановим. Я знаю людей в паспортном столе. Поможем с пропиской – временной пока. Зато работать будешь как положено. С зарплатой, с больничным. Идёт?
Валерий сглотнул. Кивнул.
Прошёл месяц.
База «Озёрная» преобразилась. Забор починен, крыши не текут, территория убрана. Дачники теперь здоровались с Валерием первыми, приносили пирожки, благодарили за помощь.
А ещё он восстановил паспорт. Получил официальное место работы.
И – самое главное – позвонил сыну.
Тот не взял трубку с первого раза. Со второго тоже. Валерий не сдавался. На пятый день сын всё-таки ответил:
– Папа?
– Привет, Лёша. Я просто хотел сказать, что больше не пью. Что работаю. Что у меня всё налаживается. И что я скучаю.
Молчание на том конце. Потом:
– Где ты?
– На базе отдыха. Сторожем. Если хочешь – приезжай. Летом. Можем вместе порыбачить, как раньше.
– Подумаю, пап.
Этого «подумаю» хватило Валерию, чтобы поверить: не всё потеряно.
Весной Игорь Петрович повесил на воротах новую вывеску. Яркую, красивую.
А под ней – табличку. Валерий читал её вслух, и голос дрожал:
«Здесь рады каждому».
– Нравится? – спросил хозяин.
– Нравится, – кивнул Валерий. – Только я бы добавил: «И каждой собаке тоже».
Игорь Петрович рассмеялся:
– Добавим. Жуля заслужила.
Собака виляла хвостом, будто понимала каждое слово.
А Валерий смотрел на эту табличку и думал: вот она, новая жизнь. Без бутылки. Без улицы. С работой, с крышей над головой, с надеждой на то, что сын простит.
С преданной Жулей рядом.
Потому что каждый заслуживает второго шанса.
И хорошо, когда рядом есть собака, которая помогает этот шанс не упустить.
Друзья, спасибо, что читаете! Если есть желание и возможность поддержать проект символическим донатом, буду признательна за внимание и поддержку https://dzen.ru/kotofenya?donate=true!
Подписывайтесь, чтобы читать другие добрые и эмоциональные рассказы о животных!
Например такой: