Глава 5 Первая любовь (продолжение 2)
Максим ждал её у выхода. Одного взгляда на его бледное лицо хватило, чтобы понять — он всё видел.
— Насть... — он сделал шаг навстречу, но не решился коснуться её.
— Ты видел?
— Да.
— И что скажешь?
Он долго молчал, а потом произнес:
— Мне было страшно. Ты была чужой. Безжалостной.
— Это я, Максим. Настоящая я, — она намеренно сделала голос жестким, выстраивая стену.
— Нет... ты не такая...
— Я такая! Всегда была! Просто пряталась за платьями и улыбками! А теперь я показала правду! Мир жесток, Максим! Любовь — это слабость!
Он смотрел на неё, и в его глазах Настя увидела то, чего боялась больше всего. Страх. Настоящий, ледяной страх перед ней.
— Ты... ты не та, о ком я мечтал, — он отступил на шаг. — Мне нужно подумать.
— Думай! — крикнула она ему вслед.
Он ушел, не оглядываясь. А Дарья внутри торжествующе смеялась.
***
Её дисквалифицировали на месяц. Ольга Ковалева оказалась в больнице с тяжелым сотрясением. Настя пыталась прийти к ней, но тренер Ольги преградил путь:
— Убирайся. Ты не боец. Ты животное.
В университете начался ад. Шепотки за спиной стали громче. «Салтычиха показала лицо». «Настоящая психопатка».
Даже Катя смотрела на неё теперь с опаской:
— Насть... я говорила, что нельзя быть мягкой. Но так сорваться...
— А как иначе? — Настя вызывающе вскинула подбородок. — Зато теперь никто не посмеет пикнуть.
***
Ночью Настя не могла уснуть. Пустота внутри разрасталась, поглощая всё.
— Дарья.
«Да?»
— Я приняла твою правду. Мир жесток.
«Наконец-то. Учись быть сильной. Чтобы боялись. Чтобы уважали. Чтобы не смели поднять руку».
— А Максим?
«Забудь. Он слабый. Ищи того, кто не испугается твоей тьмы. Или будь одна».
Настя закрыла глаза. Боль в висках стала почти привычной. Она засыпала, и ей приснился сон.
“Она идет по темной улице. Навстречу — пьяный мужчина. Проходя мимо, он по-хозяйски хлопает её ниже спины. Настя разворачивается. Вспышка ярости. Удар с разворота в висок. Мужик падает мешком. Глухой стук головы об асфальт. Суд. Решетка. Тюрьма...
— НЕТ! — Настя проснулась с криком, обливаясь холодным потом. — Нет! Ты не права! Я не буду тобой!
***
Вечером она пришла в зал. Не для тренировки.
— Тренер, я хочу уйти из бокса. Мне здесь не место.
Тренер медленно снял очки, вытирая их краем футболки.
— Уйти? И куда ты денешь свою агрессию, Настя? На близких? На будущую семью?
— У меня не будет никакой агрессии... я не такая...
— А какая? — он подошел вплотную. — Кто, по-твоему, идет в бокс? Святые? Сюда идут те, кому нужно приручить своего зверя. Ищи баланс, Настя. Это тяжелая работа, тяжелее, чем любой бой. Тебе нельзя без бокса. Зверь внутри тебя должен иметь клетку и время для охоты. Иначе он съест тебя живьем.
— Я пойду к психологу, — упрямо шепнула она.
— Ходи, кто мешает. Боксу это не помеха. Сейчас сессия, отдохни, остынь. Подумай хорошенько. Решение должно быть трезвым, а не от страха перед самой собой.
Настя кивнула и вышла в сумерки. Ей предстоял самый долгий бой в жизни — бой за право остаться человеком, имея внутри зверя.