Для тех, кто любит читать, а не смотреть - подробное интервью с основателями лечебно-оздоровительного центра «Джанака» — врачами с десятилетиями практического опыта, которые работают на стыке классической медицины и интегративных оздоровительных подходов, а также вегетарианцами уже более 20 лет, с Ниной Ивановной и Андреем Николаевичем Моисеенко
Надежда (Vegeterian):
Добрый день! Здравствуйте, Нина Ивановна! Хочется вас представить нашим слушателям. А можете ли вы рассказать о себе всё самое важное, что важно о вас знать, про ваш опыт медицинский, про квалификацию?
Нина Ивановна:
Я в 1980 году закончила Куйбышевский медицинский институт. Моими преподавателями были люди, врачи, которые становились врачами во времена Сталина. Даже не Брежнева - Сталина. Это мне повезло, потому что это были старые врачи с уникальным опытом, на их эпоху пришло становление антибиотиков.
То есть, когда возникли антибиотики, они это постигали, они с нами делились своим опытом, когда они не могли лечить столь серьёзные заболевания, какая была смертность. Как было тяжело.
То есть, это было поколение врачей, которое благоговело перед такими достижениями медицины, как антибиотики. Они часто рассказывали о своих учителях, то есть учителях царской, дореволюционной эпохи. Которые, я слышала такие рассказы, сколько людей погибло во времена революции от гриппа обычного.
И как они не могли спасать людей. И вот сама я вышла на клиническую арену в восьмидесятом году. Это была Брежневская эпоха. Это были годы, когда мы постигали кардиологию, когда кардиология становилась сильной наукой, когда были изобретены самые сильные средства, которые позволяли нам не терять пациентов именно в это время.
Я ещё застала ту эпоху, когда в стране было очень много обострений язвенной болезни желудка. И как мы спорили, как лечить это, тогда была нервно-рефлекторная теория возникновения болезни, что это всё только в связи со стрессом.
И нам мой старый, старый преподаватель Папилянский Александр Николаевич рассказывал. Вот я вам расскажу по секрету о том, что попробуйте давать спирт по столовой ложке три раза в день.
И это в эпоху, когда страна боролась с алкоголизмом, когда это не приветствовалось, он нам рассказывал, что это помогает. И сейчас, если вы знаете, то теория возникновение язвенной болезни в основном сводится к присутствию хеликобактера в желудке. То есть бактерии, и как раз спирт, он воздействовал на эту бактерию, и соответственно, были результаты те, которые медицина не могла в тот момент объяснить.
Также я прошла девяностые, сейчас они называются лихими. Лихость была в том, что врачей практически выкидывали и мне не платили зарплату, многие научные учреждения закрылись, и врачи были предоставлены выживанию.
Я помню прекрасных докторов, которые стали челноками, стали продавать на рынке то, что куплено в Китае. При этом, я с 1980 года до 2018 года не пропустила ни одного месяца работы.
Я всё время была в клинике. Это были уже двухтысячные годы, это были девяностые годы, когда входили к нам в медицину нутрициологи, тогда они так не назывались, это были продавцы БАДов, которые заходили в кабинеты. Я представляю эту компанию, я представляю эту, покупайте, покупайте.
Это был неизвестный для врача этап. И когда нутрициология стала наукой, это начало двухтысячных годов. И 2010-е годы, когда появились институты нутрициологии и врачи туда не ходили учиться, только некоторые, только те, которые в своё время всё-таки согласились, что БАДы будут работать.
И вот сейчас, когда идёт объединение нутрициологии с врачами, и это стало интересно врачам, потому что появились нутрициологи, которые, если они будут грамотные, могут стать очень хорошими и квалифицированными помощниками врачей в силу своей энергичности, в силу своей своего энтузиазма, потому что врач, когда заканчивает институт, вот он такой же энтузиаст.
Ему кажется, что он сейчас много знает, лекарства созданы прекрасно, и что, выйдя на клиническую практику он сейчас всё вылечит. И потом идёт накопление опыта, опыта, опыта, что всё не так просто. И вот такие энтузиасты, нутрициологи, которым кажется, что они всё вылечат, всего достигнут, энтузиазм — это хорошее дело.
И если он соединён с клиническим опытом, может дать очень хорошие результаты в плане мотивации больного, в плане его клинической поддержки. Вот такой вот путь пройден мною и пройден и моим супругом. Про него можно рассказать то, что Андрей Николаевич заболел в свое время сложным заболеванием, он получил несколько черепно-мозговых травм и практически не мог восстановиться от них, находясь ещё в школе.
И он терял память, он не мог запомнить четверостишие, это девятый-десятые классы. Тогда надо было принимать какие-то решения. И мать от отчаяния отвезла его в корейское поселение на Дальнем Востоке, где в то время они жил. Приезжали корейцы, и всегда их сопровождали врачи. И вот отвезли к такому доктору, который не брался. И она его умоляла, пожалуйста, возьмись! Он говорил: “Это долгое лечение”. И она оставила сына.
Доктор взял его в обслуживание, прямо как в Ваньке Жукове. Если помните, есть такой чеховский рассказ. И он ему служил, помогал по дому, помогал по лечению пациентов, и параллельно шло его лечение. И он смог восстановиться. Но не совсем до конца, кое-что осталось. Тот кореец постоянно говорил о том, что моё искусство со мной и умрёт. Потому что его сын, не захотел заниматься столь сложным делом, как врачебное искусство, он решил стать бизнесменом
А маленький Андрей Николаевич стал думать о том, что нет - он будет перенимать, он будет что-то делать. Он стал заниматься, учиться, они подружились, он несколько лет подряд ездил к нему, все каникулы там проводил, потом поступил специально в медицинское училище города Комсомольска-на-Амуре.
И с этого момента он всегда себя видел только иглорефлексотерапевтом, учился только иглорефлексотерапии. И меня пристегнул к этому своему пониманию жизни. Где мы только не обучались иглорефлексотерапии! Я не знаю, сколько мы объездили российских городов. В тот момент ведь иглорефлексотерапия была ещё не узаконена в стране.
Она существовала, но должности врача, иглорефлексотерапевта, не было принято. Только в девяносто восьмом году, почти под конец двадцатого века, иглорефлексотерапия, мануальная терапия стали врачебными специальностями.
А так были на пределе какой-то эзотерики, то ли верить в них, то ли не верить. Вот этот вот путь мы проходили, тогда это проходила вся российская медицина. Так создавалась вообще реабилитация в нашей стране.
Потому что тогда уже появились нутрициология, остеопатия, мануальная терапия, рефлексотерапия, лечебная физкультура. Они вышли из подполья и стали приниматься не только для маленьких детей, и не только в крупных центрах, но стали практиковать уже и в оздоровительных центрах. И наконец, в 2014 году диетология стала доступной для врачей, то есть раньше у нас, представьте себе, врачей-диетологов практически не было в стране.
Были только диетические медсёстры. Диетическая медсестра, которая работала в больнице или в санатории, и которая имела чрезвычайный список блюд при том или ином заболевании, и не было даже представления, что врач может назначить индивидуальную диету.
Был список диет, вот вам диета номер 10, или диета номер 5. И, пожалуйста, придерживайтесь её, сколько хотите. И как сейчас растёт у нас диетология, какие у них успехи. То есть вы видите сейчас наших телеведущих, наших государственных спикеров, которые прекрасно выглядят. Которые не имеют лишнего веса, достаточно здоровые, энергичные люди, и всё это благодаря вот новым знаниям, которыми сейчас медицина овладела.
И если смотреть, а я смотрю постоянно, то есть я вам рассказал свой, клинический опыт, а можно посмотреть ещё и с точки зрения мировой медицины. Сейчас идёт освоение древнего опыта на научный лад, на то, что медицина теперь доказывает то, что было доказано в древности.
Допустим, циркадные ритмы — это Нобелевская премия 2017 года, когда было доказано, что ложиться надо с закатом вставать, а с рассветом. Но мы давно прекрасно знаем, что кто рано встаёт, тому Бог даёт. И вот это доказано на уровне Нобелевской премии за исследованием различных гормонов. Ну вот такой вот наш путь.
Надежда:
А можно ли сказать, что когда вы встретились со своим супругом, с Андреем Николаевичем, что вы повлияли на опыт друг друга и вместе как-то его обогащали с того момента, с вашей встречи?
Нина Ивановна:
Да, конечно, это могут два врача. Постоянно делишься, не только делишься, обдумываешь, как идёт пациент, а что ты можешь посоветовать? А как это у тебя? Да, это и так у нас идёт. И потом у нас же дети — тоже врачи и врачи уже с опытом, дочери 45 лет, сыну 38 лет.
То есть это идёт постоянно, возможны звонки - “мама, а как ты смотришь на это?”. И я звоню, а что думают твои друзья, потому что друзья психиатры, друзья-генетики, друзья-иммунодиетологи? То есть врач с врачом советуется, и у нас это возможно в пределах семьи, и в пределах друзей.
Надежда:
То есть такой всесторонний подход. И разные точки зрения, и такое обогащение. И как раз это же есть и в вашем оздоровительном центре “Джанака”.
Нина Ивановна:
Правильно. Вы знаете, вот эта семейственность, очень интересная. Я сейчас расскажу интересный опыт. Давным-давно я решила изучать Аюрведу, пошла в городе Ростове к доктору, который этим занимался, был врачом аюрведы.
Я к нему пришла и мы стали взаимодействовать, но моя учёба прервалась. Когда я стала спрашивать: «А где вы учились? А как вы учились?». И он мне очень серьёзно показал фотографии своей прабабушки, своей бабушки и рассказал, что он учился у них. Я выискиваю, в каком институте?
- А в каком хотя бы колледже медицинском?
- Нет, никаких колледжей нет. Я учился вот у своих родственников.
И я по недомыслию в тот момент решила, что мне тут учиться нечему. Позже я приехала в Индию и пыталась уже учиться Аюрведе в индийских университетах. Я стала посещать лекции, разговаривать с индусами. Оказалось, что эти университеты созданы совсем недавно и они только набираются опыта. А самые-самые прекрасные аюрведические клиники как раз вот таким образом и существуют. То есть, есть бабушка и дедушка, у которых ещё бабушка и дедушка, и я видела правнуков и правнучек, которые обучаются массажу, потому что это составная часть аюрведической медицины.
Парение в бочках, как они парят в бочках - и всё это в пределах своей семьи. Они называются Вайдьи, и есть учёные, они называются Браманы. Это ещё и религиозная каста. Вот так передаются знания. И точно так же, как я вспомнила нашего чеховского, Ваньку Жукова. Когда приходят, просят о том, чтобы их научили, чтобы они могли смотреть вообще процесс лечения.
И теперь у меня тоже очень интересный взгляд на то, как происходит становление специалистов. И я вижу, что семейственность — это очень даже интересное и хорошее дело.
Надежда:
А кому из вас пришла идея открыть оздоровительный центр “Джанака”? И можете ли рассказать где он находится? Как давно он открыт? Его история?
Нина Ивановна:
Идея пришла супругу Андрею Николаевичу. Он искал то место, где бы он мог прожить последние годы жизни. Потому что уже хотелось в какое-то место, где бы была хорошая экология.
Ну и вот найдено было. У нас в стране есть места силы, если вы знаете, где вот такое сочетание природных факторов оказывает целебное воздействие на организм. И та природная веточка Кавказа, где у нас находится Ессентуки, Кисловодск, Архыз, Домбай. Вот это вот всё, вот мы находимся примерно в этой экологической зоне, мы считаем, что у нас Нарзан течёт из крана.
Настоящий Нарзан, мы отвозили и делали анализы этой воды, и она, ну, совершенно не хуже, она вся целебная. То есть какая-то вода раскрученная и имеет бренд, а какая-то просто течёт из крана и не брендирована, но она целебная.
Уникальный воздух, уникальное расположение над уровнем моря, так вот совпало. Мы это узнали потом, что у нас ровно 800 м над уровнем моря. А 800 м — это лечебная, высота такая, лечебная для сердечно-сосудистых болезней, где восстанавливаются люди после инфарктов и инсультов наиболее удачным образом. Довелось сюда попасть.
Причем, в нашем хуторе всего 30 дворов. Представьте, всего 30 дворов, огромных дворов по гектару, по полгектара каждый двор. Здесь совершенно нет промышленности, мы живём у подножья гор. Здесь только коровы, лошади, бараны. Тишина и звуки природы.
Птицы весной просто кричат в уши. Горная река. Ну вот такое вот место. Мы теперь боимся, что сюда наедет много народу, потому что наши пациенты, приезжая сюда, пытаются купить, пытаются организовать здесь дачи. Но пока дачи — это всё хорошо. Но если придёт что-то более серьезное, придёт какое-то производство, то это может нарушить экологию. А экология пока просто замечательная.
Надежда:
Вы прямо рассказываете, как будто даже дышится легче, когда слушаешь про эту природу. Ну и уникальное название тоже у вашего центра. Что это значит — Джанака? Расскажите, пожалуйста.
Нина Ивановна:
Джанака — это мы соприкоснулись, как многие сейчас, с ведическими знаниями. Есть славянские Веды, есть индийские Веды. Люди вспоминают, что такое Веды. Веды — это знание, ведать, знать. И есть ведические истории, ведические сказания, и все они имеют философский смысл.
Есть очень известное сказание о царе Джанаке, который достиг очень больших духовных успехов тем, что совершенно выполнял свой долг. Царство при нём процветало. И он умел это делать, и так угодил высшим силам, что после своей смерти отправился в духовный мир.
Ну вот, когда читаешь такое, а каждая ведическая история к чему-то призывает, я увидела, что мой супруг также очень старается так же действовать. Может, у него благочестия не хватает, чтобы делать это идеально, но старательность есть.
И мне что-то в голову пришло. Я говорю: «Ну ты совсем как Джанака». И когда встал вопрос о том, что надо выбрать название нашего центра, вот и вспомнилось, и было названо “Джанакой”. Это, конечно, наша дерзость так назваться, но так или иначе назвались. Надеемся, что наши продолжатели точно так же будут служить людям.
Надежда:
Очень красивая история. А кто обычно к вам обращается в центр и с какими запросами чаще всего приезжают?
Нина Ивановна:
Чаще всего приезжают люди, которые верят в то, что очищение организма — это то, чем надо заниматься.
Мы сами, когда поняли, что очищение должно быть в нашей жизни, то стали изучать те методы, которые были в России, то, что предлагали наши российские целители, то, что стала предлагать наша российская наука. И также поехали в Индию на Панчакарму, чтобы самим пройти, узнать что это такое. Потому что я отношусь к тем людям, которые пока не понимают, что, происходит, не могут ничего ни принять, ни пользоваться. И мы поехали, у нас была возможность взять с собой переводчика.
Мы поехали в Манипал (Индия), где в университете есть кафедра Аюрведы. Мы договорились, что мы там будем в условиях кафедры проходить Панчакарму. Профессор Камата нам читал лекции, 45 дней, отвечая на наши вопросы.
Мы так дважды ездили. И составили своё представление, потому что именно там мы поняли, что нужен свой опыт. Потому что индусы с большим удовольствием берут западных людей. Для них очень привлекательно лечить и россиян в том числе, в то время было очень привлекательно.
Они старались, но мы видели, что это не так хорошо получается, как с индусами, и иногда совсем по-другому получается. Потому что когда мы ехали, нам сказали обязательно 45 дней, никак иначе. Ни в коем случае не меньше. Ну, и потом рассказывали, как они начинают уже Проводить пончакарму и за 21 день, и за 14 дней, потому что вот так вот в мире сейчас всё убыстряется. И наука восстановления здоровья превращается просто в курсы очищения организма.
Потому что, за две недели можно сделать, как вы, Надежда, наверное, сами понимаете, кое-что. Даже в очищении можно что-то сделать, что-то начать. Но к настоящей панчекарме готовятся месяц. После панчакармы три месяца восстанавливаются. Это когда углублённый курс. И они пытаются, они дают свои таблетки, свои пилюли.
Вот настоящие Вайди, препараты готовят сами своими руками, они выглядят как шарики. Но наш климат, это совсем другое. И с нами обсуждали, пытались понять, потому что индийские лекарства давали на российском теле не тот результат, которого они ожидали.
Был такой основатель трансцендентальной медитации Махариши. Наверное, может, слышали. Но такой метод в своё время был по всему миру. И они выпускали прекрасные лекарства. Сейчас это называется БАДы, потому что все индийские лекарства — это БАДы.
Это натуральные вещества определённым образом смешанные. И вот они смотрели их эффективность на своей земле и эффективность в Америке. В Америку всё отвезли, использовали и там их эффективность в 10 раз меньше.
Были проведены научные исследования. И теперь это выводы, которыми пользуются все, и будет пользоваться медицина всех, наверное, поколений. Травы, собранные на той земле, где живёт человек, в десять и более раз лучше действуют, чем травы собранные в других регионах. Хоть в Гималаях собранные, хоть в Бразилии, хоть где.
То есть, нам нужно стараться лечиться своими травами. Вот мы это тоже усвоили. И мы, когда подбирали травяные сборы, мы воспользовались исследованиями профессора Левина. Есть у нас кафедра эндоэкологии в Российском Институте Дружбы Народов.
А сам её основатель уже покинул тело, но дело его живёт, и его исследованиями можно пользоваться. Правда, их сейчас очень трудно достать. Потому что столь эффективные разработки сейчас стоят больших денег. И чтобы узнать состав сбора, нужно заплатить немало.
Были отобраны очень эффективные травы, которые, представьте, выводят вот эти шлаки и токсины в 10 раз, в 30 раз быстрее, чем в обычном варианте. Такой вот просто шикарный метод. И были составлены сборы, были выделены вот эти травы, и эти травы оказались вообще придорожная трава.
Ну вот с таким прекрасным эффектом главное подобрать нужное количество. Главное подобрать, главное - очень правильно рецептуру выдержать. И воздействие просто огромное.
Надежда:
Эти рецептуры для тех, кто приезжает. С какими проблемами чаще всего приезжают?
Нина Ивановна:
Те, кому нужно очищение. Вторые — те, которые понимают, что у них что-то есть в организме. Они никак не могут исправить, чувствуют, что они уже болеют, но на уровень каких-то вот серьёзных диагнозов болезнь еще не вышла. Такие люди начинают принимать всевозможные БАДы, пьют одни, пьют другие, тридцать-третьи, но у них нет системы восстановления своего здоровья. Они не могут составить и они приезжают часто за системой, чтобы разобраться, что им делать по жизни. А так как мы, изучая, поняли, что если человек не понимает, не разбирается в своём заболевании, выздороветь так и не получается.
И сейчас моей миссией стало обучение людей как понимать. Я обучаю их понимать, что значит индивидуальное питание, что значит есть то, что для твоего организма полезно и не есть то, что вызывает заболевание.
И очищение в нашей клинике заканчивается вот этим вот пониманием. Дальше идут для некоторых людей просто курсы восстановления. Если уже органы пищеварения претерпели такие изменения, что всасывают уже токсины и яды, которые вызывают заболевания, такие как атеросклероз, такие как аутоиммунные заболевания.
Нужно остановить этот процесс. Это возможно только, если наладить функцию органов желудочно-кишечного тракта. И это не восстановишь за один курс очищения организма. Это начало лечения каждого заболевания. А вот уже само лечение, как вы понимаете, может быть не связано с очищением.
Думают, я приехал, полежал в стационаре, вылечился. Нет, это только начало. Так же, как и курс у нас, это только начало. Это стационарный курс. А вот после курса ты должен действовать каким образом? Так, чтобы образ жизни включал то, что ты не заболеешь.
И питание в этом образе жизни играет очень большую роль. То есть могут изменить своё питание. А я восхищаюсь такими больными.
Надежда:
То есть, это такая полноценная перестройка своих базовых привычек, образа жизни , которая как раз-таки может начаться с помощью вас, с помощью вашего метода. И вот метод “Джанака” или J-метод у вас называется. Он основан на такой переработке всего полученного вами опыта за все эти годы. Можете чуть-чуть рассказать, что это за метод, что в его основе сейчас?
Нина Ивановна:
Да, J-метод — это не наше название, это назвали наши пациенты, такие просвещённые люди. Это наш клинический опыт. Еще до создания клиники, где мы сейчас занимаемся очищением плюс лечением, мы долгие-долгие годы лечили людей.
Чему нас учили, в чём мы специализировались? У нас было амбулаторно-поликлиническое учреждение в Ростове-на-Дону. Начиная с 1992 года и до 2018 года. Нас посещали, у нас было очень много пациентов. Мы брали маленьких детишек от одного месяца и до пожилых людей. Никогда не боялись пациентов в возрасте.
И мы пытались воздействовать, пытались восстановить здоровье. Пробовали уже тогда, когда исчерпывали все возможности медикаментозного лечения. Отлечились, откололись, сделали несколько курсов, упёрлись в то, что, значит, уже дальше нет результатов.
И мы пытались дать результаты, применяя такие методы, как иглоукалывание, мануальную терапию, массаж. И они давали результаты там, где медикаментозка не действовала. Но мы не могли без неё, я не могла без неё. Я всё время создавала комплексы, когда одно переходит в другое, переходит в третье.
То есть всегда создавала системы. И тогда больные стали лечиться. При этм очень много было пациентов, большая часть из которых просто приходили на процедуры. Прошли курс и до следующего курса, и до следующего курса. А у меня было уже понимание, что если человек вложится в себя, то будут результаты ещё больше.
И тогда мы стали заниматься их лечебной физкультурой. Пытались давать комплексы. А сейчас пошли ещё глубже. То есть ещё и перестраивать с помощью питания.
Нина Ивановна:
Наше очищение. Это совсем не, так называемый, детокс, о котором сейчас все говорят. Детокс — это вообще такие программы, которые проводятся с целью очищения печени. Их сейчас нутрициологи очень много проводят. С этой точки зрения, у нас не детокс, у нас гораздо более глубокая система. Также панча-карма — это тоже гораздо более глубокая система, чем детоксы, которые сейчас предлагают все фирмы-производители БАДов, у них у всех есть какие-то свои детокс-программы.
Так вот, очищение в Джанаке - это не про детокс, а про действительно врачебную лечебную систему. И применяя все эти методы, мы никак не могли пройти мимо того опыта, который наработали за 35 лет врачебной практики.
Мы использовали методы иглоукалывания, массажа, мануальной терапии, остеопатии, лечебной физкультуры, неврологии, неврологических программ и прочее. И когда мы поехали обучаться панча-карме в Индию, в Манипале, где учат врачей методикам панча-кармы, мы задавали вопросы. Мы видели людей, у которых болит живот во время процедур, не работает пищеварение. Мы спрашивали: «Почему вы не применяете висцеральный массаж? Почему вы не примените остеопатию?».
Они не знают. Дальше Андрей Николаевич им говорит: «Ну смотрите, здесь можно использовать китайскую медицину. Возьмите иглы, примените прижигания».
Они так оживились: «О, агни-йога, агни-йога — это прижигание. Мы очень хотим научиться, мы понимаем, что это нужно, что это важно». И это нам, вы знаете, развязало руки, мы стали не только следовать тем методикам, которым обучились, а стали применять и свой опыт. И у нас стало получаться.
И теперь когда человек приезжает к нам, мы на своём опыте определяем стадию его болезни и применяем к этой стадии те методы, которые бы мы применяли без очищения. Например, к нам много людей приезжают с остеохондрозами. Это вообще наша фишка. Мы очень хорошо лечим эти заболевания.
Много-много лет лечили, как теперь можно этот опыт оставить? Поэтому параллельно с очищением организма мы обязательно добавляем лечение иглоукалыванием. А иглоукалывание — это про всё вообще, потому что иглы обладают способностью придавать энергию слабым органам и системам тела. И, конечно, когда у него есть энергия, он лучше восстанавливается, быстрее выздоравливает.
Вот так вот J-метод — это освоенные нами методы очищения организма плюс наш многолетний опыт реабилитации людей.
Андрей Николаевич:
Да, тут нужно сказать, что слабое место будет и слабо чиститься. И мы не только проводим очищение, но определяем где слабое место и начинаем его тут же восстанавливать. И тогда чистка идёт лучше. И человек закрывает свои проблемы по здоровью, они у него проходят.
После наши пациенты говорят, такие слова:: «Я мечтал где-то вначале очиститься, потом где-то полечиться. А здесь я сразу всё получил: и чистку, и лечение. Мы, куда бы ни ездили, такого не могли получить». Вот это и является нашим методом.
Надежда:
А как понять, что необходимо очиститься? То есть, кому точно нужна чистка организма? Насколько это для всех? И если нет, то какие признаки, что пора?
Нина Ивановна:
Если в заглянуть древность, посмотреть самые древние трактаты по здоровью, допустим, по Аюрведе, которым несколько тысяч лет. Тогда люди жили среди прекрасной экологии несколько тысяч лет назад, у них не было плохих продуктов, и вдруг они создают метод панча-кармы. В аюрведе есть понятие амы - это токсины.
Токсины. От чего возникают эти токсины? А возникают они из-за того, что человек ест что-то и это что-то в его организме не до конца переваривается. То есть остаётся в его организме как ама. Как-то это нужно вывести. В теле есть система выведения, которая вдруг почему-то не справляется с выведением амы и ей нужно помогать.
Вообще панча-карма древняя наука, переводится как “пять действий”. По ней, представляете, эти пять очистительных действий необходимо применять пять раз в году. По количеству сезонов. У них их пять, ещё есть сезон дождей. То есть прошёл сезон, два с половиной месяца, удели себе внимание и очистись. Еще сезон прошел - удели себе внимание и очистись.
Естественно, это надо делать дома, это надо делать по своему плану. А если ты себя запустил, то уже идёшь к врачу, ты идёшь в клинику, это естественно. Либо заболел какой-то болезнью из-за того, что долго-долго ничего не делал, не очищался.
Вот, допустим, в Православии есть посты. От чего очищаются во время постов? От животных белков. То есть нельзя мясо, молоко, рыбу, яйца. Это и есть животные белки. Неусвоенные животные белки могут и дают аму, дают яды. И доказано, что красное мясо — канцероген. В Китае были исследования по молочным продуктам, что они канцерогены.
То есть китайцы не переносят молочку. У них нет гена, чтобы переваривать молоко бурёнок. Ослиное молоко они переваривают, верблюдов молоко переваривают. А вот молоко бурёнок европейских, которые у них никогда не жили, не переваривают. У них в генах нет такого гена, который бы позволял переварить. Они употребляют, а переварить не могут, и у них раковые заболевания растут.
Недопереваренные частички животных белков, вот эта ама, являются канцерогенами. Другой пример - мусульманские посты, которые сейчас с аутофагией соотносятся. То есть, месяц они едят только один раз в день, после захода солнца.
Они держат пост, период, когда организм ничего не ест. Эти период, когда мы удлиняем время, когда мы ничего не едим, тоже очень целебно сказываются. Эти все методы есть в каждой традиции. Надо чувствовать свой организм. Очищаться нужно постоянно. Какие-то постные дни, какие-то разгрузочные дни.
Мы обучаем этому, даём систему, когда к люди к нам приезжают. Мы разработали рекомендации по периодам очищения, которые можно делать дома. Даже, если что, можно воспользоваться детокс-курсами у нутрициологов. Это тоже работает, это тоже хорошо. Лучше что-то делать, чем не делать ничего.
Надежда:
Получается, что людям, которые исключили уже, например, полностью животную пищу, им всё равно стоит приходить к очищению, но, возможно, реже, да? То есть это как-то так работает?
Нина Ивановна:
Я вам сейчас рассказала о той аме, которую вызывает животные белки. А можно рассказать, что есть такие растительные белки, как глютен. Это белок пшеницы, который обладает не менее коварными свойствами. Доказано, что глютен раздражает слизистые.
То есть у глютена должна быть определенная доза. Если мы едим пшеничные продукты больше, чем можем переварить, то глютен раздражает желудочно-кишечный тракт, вызывает дефекты, и в эти дефекты слизистой проходят молекулы глютена и вызывает обострение психических заболеваний, это доказано. Таких как аутизм, альцгеймер, паркинсонизм, энцефалопатия, деменция — всё увеличивается.
Уже надо знать, понимать, что должна быть у каждого своя доза глютеносодержащих продуктов. И нужно обязательно очищаться от них. То есть, как минимум разгрузочные дни, и разгрузочные периоды.
Вот, видите, вегетарианцам есть от чего очищаться. Более того, очень многие вегетарианцы имеют вздутие, имеют метеоризм. Они считают: «Ну, все же пукают». Но это неправильно, когда у нас живот вот так вот ведёт себя, это нарушенное пищеварение.
Это уже большие проблемы. А приобретают они эти проблемы в результате того, что накапливается количество недопереванных овощей, которые они не могут переварить полностью. И это тоже ама. Это тоже, от чего надо очищаться, и что нужно восстанавливать. То есть ставится диагноз: синдром избыточного бактериального роста, синдром непереносимости овощей, дисбактериоз.
И эти проблемы как раз у вегетарианцев ещё более развиты, чем у не вегетарианцев.
Надежда:
Раз мы говорим про питание, расскажите, пожалуйста, про свою диету. Насколько мне известно, вы более 20 лет вегетарианцы. Как-как вы решились, пришли к этому, изменили питание? Как это произошло?
Андрей Николаевич:
Ну, здесь, знаете, как? Я, например, не захотел участвовать, в убийстве животных, есть мясо. Почему? Потому что, понял, что тот, кто от меня бежит - не хочет, чтобы его убили. Я решил продукты убийства исключить полностью.
И вначале это было именно из милосердия, из-за этого, что я не хочу участвовать в этом. И вначале, конечно, ум бесился. Ничего себе, как это? Потом стали просто глубже изучать, как правильно питаться. И получилось так, что в принципе по здоровью пошло улучшение организма.
А так как мы постоянно искали, как очищаться, как разгружать организм, мы были тоже немножко и в христианстве, мы тоже там посты соблюдали. Мы просто продолжили это соблюдать. И состояние организма только стало улучшаться. И раз оно стало улучшаться, значит, это для здоровья нормально.
Мало того, мы тогда поняли, что обязательно нужно, чтобы были все аминокислоты,. чтобы организм принимал все белки. Тогда у него проблем по здоровью не должно быть. И вот за этим стали следить. И, знаете, не жалуюсь на здоровье.
Нина Ивановна:
Да, мы убеждены сейчас, что грамотное вегетарианство даёт людям гораздо больше шансов стать долгожителем и иметь здоровую старость, чем мясоедение.
Надежда:
Да, и вы ещё правильно добавили тогда, про глютен, и про другие какие-то вредные привычки. Но у вас точно есть какие-то ещё способы оставаться здоровыми? Например, вот как вы сами относитесь, например, к какой-нибудь еде, не знаю, к фастфуду, или к сладкому, или к чему-то ещё? То есть то, что вроде бы растительное, но не считается здоровым питанием. То есть полностью ли вы от этого отказались или какую-то меру у вас соблюдаете?
Нина Ивановна:
Надежда, я ещё раз повторю, для каждого человека должно быть индивидуальное питание. Индивидуальное. И эта индивидуальность, она приобретается. В Аюрведе есть такое понятие, что мы должны есть то, что мы перевариваем. И поэтому общие правила, их надо знать, их надо изучать, но я столько видела людей, которые по правилам питались и имели на нет сорванный желудочно-кишечный тракт. Потому что они считали, вот этот продукт полезен. И не могли отследить, что он ему совершенно не подходит.
Причём овладение этой наукой, искусством понимания, что для меня хорошо и что для меня нехорошо, не такое уж трудное. То есть, это не что-то заоблачное. Да, оно требует определённого внимания. Но всё у нас требует сосредоточенности, умения обращать на себя внимание.
Надежда:
Да, поэтому я спросила именно про ваш опыт. Спасибо, что поделились! А кроме питания, как-то ещё поддерживаете своё свою бодрость духа, здоровья?
Нина Ивановна:
Надежда, вы наверняка знаете диаграмму ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения). Если нет, я вам её сейчас расскажу. Есть диаграмма, это вот круг такой и заголовок “Что влияет на ваше выздоровление?”. Вот у вас есть сейчас, вообразите, какая-нибудь болячка, какое-нибудь заболевание.
Давайте построим диаграмму, что может вам помочь вылечиться от заболевания. И я рассказываю про сектора.
- 20% — это медицина, включая терапию и хирургию. То есть у вас есть болячка, и вы, если обратитесь к врачам, они могут вам помочь на 20%, но вы можете не выздороветь.
- Следующие 20% — это психологические и духовные практики. Там тоже можно помочь. У нас есть болезни, которые называются психосоматические. Вот это про эти, но их всего 20%.
- 10% — это экология.
- И остальные 50%, про что там, Надежда?
Надежда:
А можно ли эту диаграмму перенести как раз на то, что происходит в вашем оздоровительном центре?
Нина Ивановна:
Можно. Так про что там? Вот эти 50% — это что?
Надежда:
А-а, мне бы у вас хотелось узнать.
Нина Ивановна:
Это образ жизни. Это образ жизни, который тоже состоит из секторов. То есть питание, подходящее для человека, движение, потому что можно прекрасно питаться и совершенно не двигаться. Таких людей много. Режим дня. Есть люди, которые ложатся очень поздно, у кого ночной режим дня.
И вот ночной режим дня говорят: «Ой, я сова. Но сов нет, наука установила. Мы зависимые от солнца существа. Мы утром должны вставать. А с закатом ложится. Вот когда мы ложимся поздно, нам не хватает гормонов.
Это у нас есть даже Нобелевская премия 2017 года о циркадных ритмах, о том, как с течением времени суток вырабатываются гормоны, необходимые для восстановления организма. Это вредные привычки. Всё в этом секторе. И вот я хочу выздороветь от какого-то заболевания.
Что самое тяжёлое для врача? Что все себя считают докторами. Обычно мало кто следует предписаниям врачей. Они создают свои какие-то схемы. А когда схема своя, то есть он допустил своё заболевание У него явно проблема с восприятием этого.
То, что идут нарушения метод там. Он говорит: «Да ничего страшного». Да вот это вот у меня родители или соседи, или кто-то так делал, и всё нормально. Вот он курит, и ему 90 лет. А вот этот не курит и уже болеет. Люди придумывают, вот. И если про наш центр, то мы прорабатываем все сектора здорового образа жизни и плюс ещё 20% медицинского вливания.
И плюс, и плюс ещё мы работаем психотерапевтическими методиками. То есть, мы даём возможность всегда человеку самому сделать выбор, что он хочет, нужно ли ему это или нет. Вот когда человек сам решает, что мне это нужно, вот это вот на самом деле работает.
Если встречаешь таких людей, которые это всё могут выполнять, для врача это тоже очень интересно. Когда встречается пациент, который может выздороветь от рака, занявшись собой, это воодушевляет.
Вот реальный пример. Долгие годы мы дружим уже с одним человеком. В своё время был руководителем крупной строительной компании. попал ко мне прямо перед инфарктом. И когда я стала говорить: «Вот это, вот это надо делать», он сказал: «Ниночка, это невозможно! Это невозможно. Я каждый день заключаю договора с заказчиками и это всегда алкоголь, это всё время ресторан и стол”.
А потом у него ужасный инфаркт, синий нос, синие губы, отёки на ногах, еле-еле он выздоровел, представьте! Это уже 16 лет назад произошло. А теперь у него каждодневный бассейн, каждодневные упражнения, у него нет алкоголя на столе. Стало, может быть, и похуже с новыми договорами, но человек смог проработать свою жизнь.
Когда встречаются такие люди - для врача это тоже удача. Для меня это всё время пример, как после такого тяжёлого заболевания можно восстановиться.
Мы не берём онкобольных, вообще не берём, потому что онкологию, в моём представлении, должны лечить онкологи. Но когда после их лечения возникает вопрос - как восстановиться, как не заболеть снова, как не допустить метастазов? Вот здесь у нас много пациентов. И те из них, которые взялись за себя, показывают прекрасные результаты. Они вызывают у врача уважение.
Это не те, которые пришли: «Дай таблетку, дай!». Больше ничего делать не хотят. Верят в чудо, а чуда не бывает. Бывает работа над собой. И когда она идёт в купе со специалистом, который знает, может посоветовать, может тоже что-то внести, то это очень хорошо.
Иногда получается. А иногда думаешь, думаешь, стараешься - а не получается. Вот сидишь и думаешь: «Ну, наверное, карма уже такая».
Надежда:
Ну, для таких изменений образа жизни нужна же дисциплина у человека? То есть, получается, происходят ещё и большие психологические изменения. Чтобы поддерживать это всё.
Нина Ивановна:
Да-да. Вы знаете, эта психотерапия, этоо волшебство, которое перед глазами врача возникает, когда у человека вдруг глаза засияли. Он понял! И ты видишь прямо, как вот что-то срослось и человек будет работать над собой. Это тоже счастье.
Надежда:
То есть таких клиентов вы ждёте с особой радостью, которые готовы менять свой образ жизни?
Нина Ивановна:
Я молюсь каждый день, чтобы ко мне приходили только такие пациенты.
Андрей Николаевич:
И могу сказать, даже при каких-то более сложных вопросах по здоровью, если пациенты действительно всему следуют, у них очень хорошие результаты. И бывает, наоборот, у человека не такое сложное заболевание, но он не исполняет рекомендации, вряд ли будет хорошо себя чувствовать. Почему? Потому что надо же всё исполнять.
Нина Ивановна:
Для врача самый плохой пациент — тот, который ничего не слушает и который приходит только за таблеткой. Дай мне таблетку или сделай что-то и совершенно не хочет над собой работать. И мы друг другу таких пациентов не желаем.
Андрей Николаевич:
На самом деле, смотрите, как получается на практике. Вот помогли человеку, ушли боли, хорошо себя чувствует. Я говорю: «Минимум эти рекомендации нужно делать, ну хотя бы минимальную гимнастику». Показываю, какие упражнения. Он не делает, потом возвращается через полгода, кто-то через год. Что-то опять начало болеть..
Я говорю: «А вы гимнастику делали?». Ну, не болит же, не делали.
Я говорю: «Можете и не делать», понимаете? Мне постоянные пациенты тоже нужны. Я хоть на вас буду зарабатывать. Но лучше бы вы делали. Почему? Потому что неинтересно одно и то же делать. Вот ты ему провел лечение, его болезнь не беспокоит. А он ничем не занимается. Постепенно же потом опять ослабевает, он опять приходит. Так что вот так получается.
А некоторые потихонечку начинают делать. И тогда мы потеряли пациента. Всё, он же уже не приходит, он все рекомендации исполняет. Вот это для нас большая радость.
Надежда:
Как будто, чтобы обратиться к вам в центр за помощью, уже нужно сделать какой-то первый шаг для заботы о себе. И насколько вообще это возможно осуществить, вот такой комплексный подход? Например, если есть какая-то супермотивация или воля делать это просто дома. Насколько это безопасно? Проводить подобные чистки дома, например, кто-то в Интернете прочитал, изучил? То есть, одобряете вы такое или не совсем?
Андрей Николаевич:
Надо обследование обязательно провести. Получить анализы, понять в каком состоянии у тебя организм, в каком состоянии у тебя органы. Если ты без обследования начнёшь, а вдруг камушки, да они пойдут, и это пойдёт мощное обострение, вместо очищения можно попасть в хирургическое отделение.
Нина Ивановна:
Одобряем, одобряем. Пусть люди что-то хотя бы делают. В хороших грамотных руках, с хорошим спикером всё получится.
Андрей Николаевич:
Если он под наблюдением идёт, то нормально. И всё обследование получил, все анализы, то тогда да. А если он самостоятельно делает, вот это опасно.
Надежда:
То есть прежде чем к вам обратиться, стоит как-то полностью обследоваться человеку, да? Вот какую-то инструкцию мы можем вот дать тем, кто захотел к вам в центр.
Нина Ивановна:
У нас, знаете, как построено? Сначала человек проходит консультацию. После консультации ему назначается необходимое обследование. Потом планируется дата приезда и до этой даты даются рекомендации. И кто-то выполняет, кто-то выполняет частично, кто-то вообще не может выполнять.
После консультации мы выводы делаем о том, что и как с человеком. Потом лечение у нас, и потом не менее двух месяцев ещё домашнего сопровождения. Не менее, а то и более, потому что разные состояния.
Андрей Николаевич:
Если тяжёлые случаи, то и более.
Нина Ивановна:
Мы вообще не верим в традиционный подход. То есть мы устали вот от этого амбулаторно-поликлинического, врачебного отношения. Снял боль и всё отлично. Мы сейчас за то, чтобы человек начал работать над собой. За то, чтобы у него и просветление разума происходило, потому что начать работать над собой — это приобрести разум.
Мы же гомо-сапиенс — человек разумный. Вот в чём разум заключается? В том, что мы выбираем для себя полезное и нужное и можем отказаться от неполезного. Человек разумный, который может делать этот выбор и этому выбору следовать.
И одно из моих наслаждений здесь при работе с пациентами - видеть, как просветляется разум, как светлеют лица и как люди уезжают с желанием что-то делать с собой.
Надежда:
Спасибо большое! А вот, как бы вы могли охарактеризовать главные отличия в подходе в вашем центре, от других оздоровительных программ? кому именно стоит физически доехать вот в центр, а не брать онлайн-консультации?
Нина Ивановна:
Вы знаете, все упирается во время и в финансы. Когда мы только сюда приехали в 2018 году, я вообще не хотела слышать ничего о программах меньше 21 дня, потому что мне хотелось, чтобы был хороший эффект, хорошие результаты. А сейчас меня даже уговаривают на семидневные программы.
Потому что я прониклась тем, что у людей действительно нет времени. Что время, какое они могут себе позволить — 7 дней. А некоторые мои пациенты даже дошло до такого, что приезжают на 3-4 дня Правда, они делают это несколько раз в году, чтобы, что называется, хватануть что-то, успеть сделать здесь. Обычно, они приезжают просто поголодать, уже знают, как войти в это состояние.
Здесь голодают, быстренько выходят, потому что видят для себя большую пользу. Потому что, я научилась проводить голодание без голода. Да, это Господь помог такой системой овладеть. Люди, которые голодают, голода не испытывают, и это здорово.
Всячески мы стараемся помочь людям. И если есть возможность приехать надолго, погрузиться в процесс, это очень-очень здорово для людей.
Андрей Николаевич:
И ещё можно добавить. Если кто-то приехал просто оздоровиться и, при этом, с какими-то проблемами по неврологии или другого заболевания, поверьте, за 5—7 дней вытащить, с этого состояния очень сложно. В данный момент есть такие хронические, тяжёлые заболевания, что некоторым мы советуем через какое-то время опять подъехать.
Почему? Потому что невозможно выздороветь за 10 дней. Он столько лет болел и нужно очень хорошо укрепить, оздоровить организм. Поэтому тут уже он сам выбор делает. Но когда он видит результат, видит, что идёт динамика, он вдохновляется, он обязательно потом приезжает еще.
Нина Ивановна:
Надежда, я когда-то, будучи молодым врачом, задавала своим учителям, старшим врачам такие вопросы: зачем ложиться в стационары сейчас? Ладно, раньше кололи пенициллин каждые четыре часа и с воспалением лёгких нужно было ложиться в стационар. Зачем мы их до сих пор кладём? Например, зачем мы кладём в стационар больных с болезнью Боткина, когда практически все время они лежат, а лечение - это витамины и всё?
И я тогда услышала то, что потом понимала всю жизнь, и сейчас понимаю на своей клинике. Знаете, а выздоравливать в стационаре намного, намного проще, чем выздоравливать у себя дома.
Там, что называется, стены лечат. Там обстановка для этого другая. Там, если вы имеете знание, что такое гуны, вдруг знаете, ну, в общем, там совсем всё по-другому. Также и у нас в центре — это не только целительная природа. Это ещё и мы, которые всю жизнь занимаемся этой практикой.
Это наша энергия, наша аура. Это обязательно создаётся, больные не приезжают случайно, они всегда приезжают, один для другого, один задаёт вопросы, другой слушает, делает свои выводы. То есть это групповая психотерапия, групповое лечение, групповое взаимодействие.
Этому цены нет, но у людей не хватает времени, не хватает, бывает, и финансов.
Надежда:
Учитывая, что вы говорили, что и природа помогает, которая там находится, вы бы в какое время года особенно рекомендовали приехать? Чтобы ещё и от природы подзарядиться максимально.
Нина Ивановна:
Природа всегда прекрасна! Природа всегда прекрасна, но вы знаете, что мы открыли для себя несколько лет назад? Такие здесь травы, что мы сами собираем сборы. Например, мы для себя решили заготовить сок лопуха. Для себя, для своих близких, потому что у нас вокруг растет натуральный лопух.
Купили шнековую соковыжималку, стали отжимать и увидели, увидели огромное онкопротекторное действие, для малого таза. То есть рассасывались миомы, кисты яичников. То есть просто замечательно.
Андрей Николаевич:
Но здесь, знаете, получилось комплексное лечение. Если сейчас сказать вот только лопух пейте, и всё рассосётся, это будет не совсем правильно. Потому что, когда в комплексе ты ведёшь и слабые места укрепляешь, там осколки молекул, обрастает вот эта миома, киста. Там процессы идут такие не один день, не за один месяц.
Но когда мы включаем сок лопуха в само лечение, в это слабое место, и начинаем пить этот лопух, это научно доказано, что через три месяца кисты рассасываются.
Нина Ивановна:
Вот мы увидели на своей практике, увидели на самих себе. Мы всё через себя пропускаем, увидели на своих пациентах, и вы спросили: «Когда приезжать?» Вот конец апреля, когда пошёл молодой лопух, и мы его только отжали и даём нашим пациентам. И весь май, и весь июнь… А потом мы обрезаем лопухи и всё лето, до ноября месяца у нас растёт.
Мы берём молодые, всё лето мы режем лопух и даём его в свежем виде и заготавливаем с собой. Мы купили такие морозильные камеры и замораживаем, и даём с собой полуторалитровая бутылку. Этого количества обычно хватает на курс. Прекрасно работает.
Андрей Николаевич:
Да, потому что можно и зимой приезжать, а мы уже его наготовили. Мы думали как его консервировать сок лопуха.И получилось самый лучший способ — это заморозка. Теряется всего 12% эффективности.
Нина Ивановна:
Сейчас будем осваивать корень одуванчика. Я прочитала последние научные исследования, оказывается, корень одуванчика… огромная цифра названа - 87% помощи онкобольным. 80 — это очень большой процент.
Но мы не берем на лечение онкобольных. Только после того, когда нам разрешит онколог, только совместно. Сами мы никогда не возьмём на себя такую ответственность. Мол, вот я заболел, вылечите меня.
Надежда:
Да, как раз у меня был вопрос по поводу того, а кому вы бы отказывали? Может быть, уже отказывали, либо отказали бы? Если это какие-то действительно тяжёлые диагнозы, были ли такие случаи, когда вы сказали, что вот сначала туда, а уже потом к нам?
Нина Ивановна:
Да, это онкология. Онкологию мы не берём. И любые острые состояния. Потому что, когда человек в обострении, нужно лечиться у врачей в официальной медицине, потому что именно в официальной медицине созданы лекарственные средства, которые могут купировать обострение. Мы занимаемся уже не острыми состояниями.
Мы восстанавливаем здоровье, то есть мы после того, как снято обострение И мы никогда не берём в таком состоянии, потому что это преступление взять такого человека.
Андрей Николаевич:
Да, потому что смотрите, те же острые нарушения мозгового кровообращения, по идее, если мы их берём, но это парализация. К нам уже после стационара.
Нина Ивановна:
Наши пациенты, которые видят здесь у нас таких восстанавливающихся пациентов уже часто привозят к нам своих родственников или кому-то советуют, потому что если человек недавно перенёс инсульт и поступает в наши руки, вообще очень хорошие результаты. Потому что, восстанавливаемость высокая, высокая восстанавливаемость.
Надежда:
И вы работаете, получается, в связке с тем лечащим врачом, от которого человек пришёл к вам, да?
Нина Ивановна:
Да, но к сожалению, не в связке, а с его выпиской. Нет, такой связки не получается, обычно, очень редко. У нас есть врачи, с кем мы работаем, но в основном это уже с кем мы давным-давно работали, имеем отношения. А так как-то не складывается.
Андрей Николаевич:
В выписке полностью всё идёт. Мало того, мы потом уже, когда пролечиваем, опять отправляем, к своему же доктору. Вот если, например, проблема по гинекологии. Мы тут пролечили, проходит месяц, я говорю: «Идите к своему специалисту и сделайте обследование». А потом, обязательно данные обследования пришлите нам.
Чтобы мы знали, какие у вас результаты. Практический, очень большой процент, что гинекология полностью восстанавливается, миома-кисты, даметриозы.
Нина Ивановна:
Если женщина начинает собой заниматься, прямо очень высокий процент восстановления.
Надежда:
Да, образ жизни, конечно. Вы сказали, большой процент успеха. То есть, если человек заинтересовался сейчас, послушал вас, про ваш метод, то он может какую-то консультацию изначально у вас получить. Чтобы узнать действительно ли у него нет каких-то своих личных противопоказаний, что он действительно может проходить все практики, чтобы оздоровиться, сменить образ жизни.
А скажите, пожалуйста, может быть, хочется ещё что-то рассказать про вас или про ваш центр. Важное, что я забыла спросить. Чем-то поделиться, какими-то новостями, важными событиями центра.
Андрей Николаевич:
Вы знаете, нас самих это вдохновляет. Потому что когда мы работаем сейчас, в данный момент, люди тут и лечатся, и очищаются, восстанавливают организм. У нас некоторые уже приезжают пятый раз, шестой раз, седьмой раз. Но это не говорит о том, что их одно и то же беспокоит. Они дальше укрепляют свой организм.
Они уже почувствовали и они потом произносят: «Мы в 30 лет так хорошо себя не чувствовали, как сейчас в 50—55». Вот это нас, конечно, вдохновляет. Но они всё рекомендации исполняют. Понимаете? Они полностью все рекомендации исполняют.
И ещё могу рассказать интересный такой опыт. Прибыла тоже пациентка, у неё антитела обнаружили. И вот когда мы лечение уже проводим, она говорит: «Мне сказали, антитела не уходят».
Я говорю: «Если вы будете слушать Нину Ивановну, через 4 месяца после лечения можете сдать анализы и тогда посмотрите». Знаете, вот Нина Ивановна может рассказать с какой радостью она позвонила нам.
Нина Ивановна:
Молодая женщина, дети ещё маленькие, аутоиммунный тиреоидит. Очень высокий титр антител и она, очень напуганная, эндокринологом, которая говорит, что при таком титре антител у вас уже начало гипотиреоза, то есть щитовидная железа перестаёт работать, надо начинать терапию.
Она открывает интернет и читает, что максимальное количество, которое можно провести на препаратах при гипотиреозе — 15 лет, а ей сорок. То есть, через 15 лет нет щитовидной железы, нет жизни, нет ничего. И муж, и, в общем, вот вся семья в таком вот шоке.
И она, конечно, работала над собой, был такой испуг, такой страх. Она стала придерживаться диеты, мы восстановили ей желудочно-кишечный тракт, который являлся причиной поступления тех пищеварительных продуктов питания, на которые возникали антитела. И она справилась! И прекрасно, что есть такие люди, которые готовы над собой работать.
Прекрасно, что в практике врача они есть, потому что это действительно очень вдохновляет работать.
Надежда:
Спасибо за замечательную историю! Но я знаю, что для тех, кто хочет почувствовать себя лучше уже в ближайшее время, у вас ещё есть одна новость. У вас есть бесплатный курс по хронической усталости, который может пройти любой желающий, он в доступе. И ссылку мы разместим, когда опубликуем интервью уже в записи. Она будет прикреплена, можно будет пройти этот бесплатный курс.
Это такой подарок всем нашим читателям от Нины Ивановны и от Андрея Николаевича. Спасибо вам!
Нина Ивановна:
Пусть ваши читатели действуют и здоровеют.
Андрей Николаевич:
И потом, нужно сказать, что человеческий организм, очень совершенен. Если ему правильно помогать, он к хорошему всегда идёт. Плохому он долго сопротивляется. Это, можно сказать, на 108%.
Надежда:
Звучит вдохновляюще.
Андрей Николаевич:
Потому что, если человек начинает работать над собой, знаете, сколько случаев в нашей практике, что выходят с таких тяжёлых заболеваний. Которым говорили, что это нереально. Ну, кроме онкологии. Онкологию мы не берём, сразу говорю. Это не наш профиль вообще.
Надежда:
Получается, что здоровье в наших руках, образ жизни в наших руках. И чтобы его наладить, можно обратиться к тем, кто этим занимается профессионально, с большим опытом.
Нина Ивановна:
Да-да, вы знаете, если ты хочешь получить какую-то хорошую юридическую консультацию - надо идти к юристу. И так во всём остальном. А если ты хочешь выздороветь, надо искать, не сдаваясь, надо искать хороших докторов. Хороших докторов много.
Но среди нас, среди врачей, лучше посмотреть, как минимум, трёх разных специалистов. Потому что есть разные врачи, есть врачи с чисто хирургическим профилем и т.д. Мой совет - не сдаваться, искать, молиться, и Господь обязательно пошлёт исцеление.
Надежда:
Спасибо вам большое за такую вдохновляющую беседу! Думаю, что было полезно и мне, и слушателям.
Нина Ивановна:
Спасибо за приятное общение. Всем здоровья!
Андрей Николаевич:
Да, всем здоровья!