Глава 47
Дед Филарет достал из кармана склянку со святой водой и, побрызгав на тряпицу с осколками зеркала, стал читать молитовку:
-- Встану, благословясь, выйду, перекрестясь.
Пойду из дверей в двери, из ворот в ворота,
пойду я в чисто поле, за чистым полем
дремучий лес, за лесом текёт окиян-море.
Посередине окияна-море стоит стол-престол... -- читал старик.
Сафрошка как зачарованный смотрел на осколки, в которых отражались страшные лики. Он не замечал ничего вокруг. Его будто загипнотизировали те видения, которые мелькали в осколках зеркального полотна.
--... Будьте мои слова крепки, легки.
Век по веку. Аминь...
Донеслись до мальчишки слова деда.
-- Сафрошка, копай яму, -- скомандовал дед.
Но мальчишка, замешкавшись, едва не упал.
-- Да что с тобой происходит?! -- возмущенно спросил дед.
Мальчишка наклонился и стар разгребать руками могильную землю.
-- Проворнее давай. Что ты как сонный, -- подгонял старик.
Когда ямка была готова, дед поместил туда осколки и, залив их свеченной водой, закопал.
-- А теперь, давай, не оглядываясь, выходим. И что бы ты ни услышал сзади, не смей поворачиваться. Сафрошка втянул голову в плечи и, закрыв уши руками, заторопился за дедом. Ему казалось, что за ним кто-то идёт и сейчас его схватит за спину. От испуга он торопился и натыкался на деда, наступал ему на задники калош, отчего дед кряхтел, но терпел. Ветер шелестел кроной деревьев, мальчишке казалось, кто -то тяжело вздыхает сзади.
Когда вышли за ворота кладбища, дед отвесил знатную затрещину Сафрошке.
-- За что, деда? -- спросил испуганный мальчишка.
-- А это, чтобы на галоши мне не наступал. Ты знаешь, сколько я за них ведер картошки сменял? У поганец! -- пригрозил дед отпрыгнувшему в сторону Сафрошке.
-- Деда, так я ж не нарошно.
-- Вот оборву уши тебе и тоже скажу: не нарошно, -- бухтел дед потихоньку оттаивая. Сафрошка шел рядом с дедом, изредка косясь на того. В животе у него урчало так, что это услышал дед.
-- Что, проголодался, уркач?
-- Проголодался. Цельный день маковой росинки во рту не было. А обещали сало с хлебом и луком. А так ничего и не дали, -- обидчиво выговаривал мальчишка.
-- Да ты не торопись с выводами. Вот придём, там видно будет, -- успокоил дед.
***
Не прошло и двенадцати часов после того, как Дея приходила к Миланье, цыганка заболела. Сначала она почувствовала некую слабость и, решив, что перегрелась на солнце, легла отдохнуть в шатёр. Но через некоторое время тело её стало гореть и покрываться красными пятнами. Появилась лихорадка. Девушка не на шутку испугалась и хотела встать, но не смогла. Сил не было, голова кружилась до тошноты. Весть быстро разнеслась по табору, что Дея захворала непонятной болезнью. Позвали к ней старую цыганку, которая умела лечить травами и заговорами, но и она не смогла помочь.
-- Тут, яхонтовая моя, я бессильна. Вспоминай, с кем, может, поскандалила, или кому-то дорогу перешла? -- спросила старуха.
И тогда девушка вспомнила, что грозилась местной девке наслать на неё всякую заразу, а заболела сама.
-- К ней тебе надо, просить у неё прощения, и если она простит, то и болезнь уйдёт. Видно, девка не простая была, а силу имела, -- сказала старуха и вышла из шатра.
Дея еще раз хотела встать, но силы быстро покидали ее. Василь заглянул в шатер, где лежала умирающая Дея.
-- К ней надо идти, -- прошептала девушка. -- Если простит, то и порчу снимет полюбовница твоя.
Василь, не долго думая, подхватил девушку на руки и вышел из шатра. Он шёл, не разбирая дороги. Слезы текли из глаз, но парень не замечал.
-- Я упрошу её спасти тебя. Я все для этого сделаю, клянусь тебе...
Миланья закрылась в себе после того, как Василь ушёл из её дома. Свет померк для неё. А зачем жить, если я не увижу любимое лицо, не услышу его голос? Девушка сидела оцепенев и тупо смотрела в окно, где ночь окутала деревню черным саваном. Где-то вдалеке послышался шум дождя, барабанящего по карнизу, создавая Миланье монотонный шёпот, её невесёлым мыслям.
Она не замечала, как слезы дождя стекают по стеклу, её собственные слезы выжигали глаза и душу. Из душевного состояния её вывел страшный стук в двери. Миланья вздрогнула, но открывать не пошла. В двери теперь стучали так, что, казалось, засов не выдержит и лопнет от натиска с улицы.
-- Миланья! Открой, это я, Василь, -- услышала она крик из-за двери.
Сердце вздрогнуло и пропустило удар. Она сорвалась с места и побежала открывать. Откинула засов и распахнув двери, приготовилась прыгнуть любимому в объятия. Но...
-- Ты зачем ее сюда притащил!? Убирайся!
Лицо Миланье исказила ревность с ненавистью.
-- Помоги, -- прошептал Василь и заплакал. -- Слышишь, помоги и я останусь с тобой до конца своих дней! Обещаю тебе...
Миланья, услышав эти слова, повернулась к нему:
-- А зачем ты мне, если любишь другую? Зачем?
-- Спаси ее, и я полюблю, постараюсь полюбить тебя, дай время, -- упрашивал он.
-- Положи ее на постель и становись на колени, -- приказала ведьма.
Василь без слов выполнил то, что она приказала. Положил цыганку на постель, а сам стал перед ведьмой на колени.
-- Давай нож, -- приказала она.
Василь вытащил нож из голенища сапога и подал ей. Миланья взяла руку Василя и чирканула по ладони острым ножом, потом провела по своей и соеденила обе руки. Капли крови, стекая по сжатым в кулаке ладоням, капали на пол.
-- Вот и все, теперь ты мой муж, -- прошептала она.
-- Я все сделал, теперь спаси ее...
-- А если я не захочу, и что ты сделаешь?
-- Я убью себя, -- выхватив из ее рук нож вскрикнул цыган.
-- Нет! Не делай это. Я помогу ей, но у меня условие. Как только я её полечу, табор должен уйти. Но без тебя. Ты останешься со мной, ты поклялся. Нарушишь клятву -- и я ее убью, -- ведьма махнула головой в сторону молодой цыганки, которая в беспамятстве лежала на кровати.
-- Я согласен, -- сказал Василь и вышел из комнаты.
Всю ночь читала Миланья над больной цыганкой заговоры, обливала ее ключевой водой. А потом снова читала. К восходу солнца цыганке стало легче. Лихорадка покинула тело и красные пятна по-немногу стали исчезать, а сними и зуд. Как и обещал Василь, табор к обеду покинул деревню Сосновку, оставив цыгана Василя с его молодой женой-ведьмой.
***
Дед с Сафрошкой, вернувшись после кладбища, были приятно удивлены. Хозяин с хозяйкой расстарались, накрыли для них стол. Растопили баньку и, выделив исподнее хозяина деду, а мальчишке Андреево нижнее белье, отправили их в баньку. После баньки попросили за стол. Андрея и Ариши не было за обедом. Дед, извинившись, пошел в комнату молодых. Ариша лежала на кровати, спала. Андрей сидел рядом, опустив голову.
-- Ну ты чего пригорюнился? -- дед похлопал парня по плечу.
-- Все теперь хорошо будет. Не волнуйся. Проснется, вот передай оберег. Пущай на шее носит. Защитит от всякой напасти и болезней. Она у тебя на сносях, тем более уязвима. Амулет пущай не снимает с шеи, в нем можно мыться. Дед протянул парню искусно вырезанный амулет из тёмного дерева, внутри которого сверкал чёрный камень. А ты, Андрей, сходи завтра в церковь и поставь девять свечек за здравие рабы Арины. Понял меня?
-- Спасибо вам, дедушка, все понял, так и сделаю, как вы сказали.
-- Да и ещё, Андрей, жинку свою береги, так как она тебе двойню принесёт, парня и девку. Ну бывай. Надеюсь, больше не свидемся, -- сказал дед Филарет и вышел за двери.
Ночевать они не остались, а лишь только отужинали -- сразу отправились в свою деревню. Дед тащил мешок за плечами, набитый салом, домашней колбасой, пирогами да творогом со сметаной. Сафрошка нес дедовский рюкзак с колдовскими принадлежностями.
-- Дедка, а почему мы не остались ночевать у них? -- спросил Сафрошка.
-- Потому, что мы для них ... Ну как тебе объяснить? Я -- колдун, меня в деревне так кличут и боятся, вот и эти люди испугались нас, понимаешь? Да они бы и глаз не сомкнули, боялись бы, что я, не дай Бог, прокляну их. Видел, как они все со стола собрали и нам отдали. Себе ничего не взяли..
- Деда, а почему они так? Мы же им помогли?
-- О, Сафрошка, чужая душа -- потёмки, а человек трусливый слаб душой, не нам их с тобой судить, для этого есть высшие силы, -- сказал дед.
***
Миланья теперь была замужняя баба, но счастья ей не прибавилось. Василь часто исчезал куда-то и по нескольку дней не появлялся в доме. Она умирала от ревности, плакала по ночам в подушку и очень жалела, что соединила свою судьбу с Василем.
А еще к ней стала приходить бабка Ульяна. Первый раз она увидела её после полуночи, когда Василь, отвернувшись к стенке, спал. Миланья повернула голову и в зыбком свете луны увидела бабкину фигуру. Она стояла в углу с недовольным лицом и ничего не говорила, но Миланья знала, бабка недовольна ее замужеством. Старуха качала головой, осуждая свою внучку.
Однажды Василь, перебирая локоны, на шее у Миланьи увидел изящный ключик.
-- О, а это от чего ключик? От сердца?
Он потянул за шнурок, пытаясь поближе рассмотреть.
-- Не тронь, -- она вырвала из его рук ключ и спрятала назад под рубашку.
-- Так от чего это? -- не унимался цыган.
-- Наследство мое, бабка всю жизнь собирала, я думаю, что и не одна бабка. Там очень много старинных украшений, значит, и прабабка вложила туда свою долю.
-- Украшения!? -- вскрикнул Василь.
-- Покажи, очень интересно посмотреть, -- попросил он.
-- Ну смотри.
Миланья слезла с постели, живот хоть еще не сильно вырос, но уже мешал ей. Она подошла к сундуку, после того как умерла бабка Ульяна, девушка перетащила сундук из кладовки в комнату.
Вставив ключик в замок, легко повернула, тут же послышалась приятная мелодия. Василь замер и не мог отвести глаз от замка.
-- Диковинно, -- прошептал он.
В замке заскрежетало, завод закончился и дужка раскрылась. Миланья открыла крышку сундука, глубоко на самом дне стоял ещё один сундучок, ничем не примечательный. Ведьма достала его и понесла на стол. Ближе подвинула к нему свечу и откинула крышку Василь замер, увидев перед собой доверху наполненный кольцами и серьгами, ожерельями и бусами, сундучок. Они сверкали в свете свечи и завораживали цыгана. А тот, замерев, смотрел на такое богатство и не мог справиться с собой. Руки его подрагивали мелкой дрожью.
-- Это же какое богатство. -- шептал он. ...
Спасибо, что дочитали главу до конца.
Дорогие друзья!!!
Спешу поблагодарить Вас за чудесные комментарии. Я очень рад . что история Вам нравится и Вы с удовольствием читаете. Постараюсь чаще выпускать главы. пока у меня получается, ну , а там видно будет. еще раз я благодарен Вам за то, что вы со мной. Счастья Вам и здоровья!
С уважением Ваш Дракон.