Глава 48
--Это же какое богатство,--прошептал Василь и протянул руку потрогать драгоценности.
--Не трожь, --Миланья отодвинув руку цыгана закрыла сундучок.
--Это ж, столько золота! Да на него можно жить всю жизнь припеваючи и горя не знать,-- глаза у него блестели лихорадочным блеском.
-- Не будем тратить, ведь нам хватает на что жить, голодными не сидим? А это на чёрный день, дай бог что бы он никогда и не наступил,-- прошептала ведьма.
Цыган сидел возле стола и молчал. Он так глубоко задумался, что не услышал как Миланья его позвала несколько раз.
--Вася, ты что меня не слышишь? Даже не смей сделать то что думаешь. Это не просто богатство, это ...
--А, что я думаю? Просто задумался , почему ты не воспользовалась этим? Сейчас жила бы в городе и горя не знала,-- спросил он.
--А зачем мне город? Мне и здесь хорошо, ты вот рядом со мной , любимый мой, скоро ребенок наш появится. Чего мне еще для счастья надо?--Она прильнула к нему и обвила его шею руками. Василь сидел напряжённый и на ласки не отвечал. Казалось тело его было здесь , а разум далеко ,за пределами этой избы. Ведьма почувствовала это и нахмурилась.
--Даже не смей, слышишь не смей думать об этом,-- прошептала она ему на ухо.
***
Всю ночь шли дед Филарет и Сафрошка к себе домой. Несколько раз делали привал, тяжело деду было преодолевать такое расстояние. Когда до дома оставалось вёрст пять и оставшийся путь пролегал через лес, дед сказал:-- Сейчас отдохнём, а потом уж никаких привалов, понял?
--А почему дедка?-- спросил мальчишка.
--В сурьёзное место заходим.
--А чем оно сурьёзное?-- спросил Сафрошка поёжившись от страха. Ему вдруг показалось, что кто то провёл у него по спине, отчего мурашки пробежали по коже, и он резко обернулся вглядываясь в темноту. В этот момент его сердце забилось чаще, а волосы на затылке встали дыбом. Холодный пот выступил на лбу, и Сафрошка почувствовал, как по спине пробежал ещё один ледяной поток. Ему вдруг показалось, что рядом кто-то есть, он мгновенно сделал шаг к деду и прислушался, пытаясь разглядеть хоть что- нибудь в темноте. Но вокруг была тишина, и лишь тяжёлое дыхание деда разбавляло эту жуткую атмосферу.
--Ну вот слухай суды унучок, сейчас когда пойдем по лесной дороге, что бы ты не услышал или не почуял, назад не оглядывайся.
--А почему?-- шепотом спросил внук.
--Оглянешься, на верную смерть нарвешься. В этих местах обитает Ырка.
--Ырка?--Сафрошка округлив глаза слушал деда.
--Так вот , в этих местах обитает Ырка-- ночная нечисть, дюже враждебная. Эта нечисть бродит только по лесной дороге, в лес попасть не может, Лешие не пускают. Они строго стерегут свои границы. Так вот Ырка нападает на случайных прохожих и высасывает у них к. Напасть может в том случае, это когда ты обернешься назад. Обернулся, все, пропал,-- рассказывал дед шепотом.
--Дедка, а может ну ее эту дорогу, давай назад вернемся в Сосновку, подождем до утра и потом домой вернемся.
--Да ты , что ополоумел? Этак сколько мы ходить туды суды будем? А так почти уже дома. Сейчас эту дорогу пройдем и все страшное позади.
--Деда, а ты этого Ырку боишься? -- спросил Сафрошка.
--Ну, дык, конечно, боюсь, я ж живой человек,-- ответил дед.-- Ну ладно, отдохнули и фатит, пошли. Только назад не оглядывайся, что бы не услышал.
--Дедка, подожди, а ты знаешь, как он выглядит?
--Знаю, мой дед рассказывал, что ликом он тёмный и только в темноте глаза его горят как у кошки, да по телу трупные пятна. Вот и все, ладно , пойдём по маленьку. Услышишь чего подозрительного за спиной просто скажи «Чур меня» и все иди дальше.
***
Миланья, раскидавшись на толстой перине, спала тревожным сном. Беременность была тяжелой, то и дело тошнило. Колдовство не получалось, отчего ведьма постоянно была не в духе. Достав из сундука бабкины книги, она села их читать. Василя трое суток не было. Где его носило Миланья не знала.
--Почему не получается колдовать?-- сколько раз задавала она себе один и тот же вопрос. И только прочитав бабкины книги поняла, дитя во чреве ослабляет заговоры и заклинания.
--Придется подождать с ворожбой, пока младенец не появится на свет, -- решила она и пошла спать. Бабка Ульяна стоявшая в углу и следившая за внучкой укоризненно покачала головой увидев открытый сундук.
Василь тихо открыл двери и вошел в избу, так что бы не потревожить Миланью. Свеча, стоявшая на столе, почти сгорела и только маленький огарок освещал комнату. Жена спала отвернувшись к стене. Быстро оглядев избу, цыган увидел незапертый сундук. Сердце его дрогнуло:-- вот оно, сейчас или никогда? Он тихо подошёл к сундуку и поднял тяжелую крышку. Медленно, что бы не разбудить жену наклонился и достал маленький сундучок с богатством. Сердце его колотилось с такой силой, что в какой-то момент ему показалось, ребра сейчас не выдержат. Прижав к себе сундук, он на цыпочках вышел из комнаты не заметив в углу старухи провожающей его хищным взглядом. Быстро бежал Василь в ночи прижав к себе богатство. Он старался как можно дальше убежать от дома Миланьи. Но как ни старался цыган, а возвращался все время к старому дубу.
--Да, что за чертовщина? Как я здесь оказался? Видно ведьма водит,-- прошептал он и опустился на землю. В какой-то момент он почувствовал, что не один находится под дубом. Обернувшись увидел старуху со зловещей улыбкой. Беззубый рот огалился и она прошептала:-- оставь, это не твое....
***
Дедка, а можно я спереди пойду?-- попросился Сафрошка.
--Нет, рядом иди, будешь впереди идти обязательно обернешься, Ырка может позвать тебя моим голосом. А так как рядом будешь идти, то не оглянешься назад. Тьма окутала деда с внуком и только дедовское чутье не давало им сбиться с пути. Дед Филарет шагал молча не обращая внимание ни на какие звуки. А вот Сафрошка шедший рядом с дедом всю дорогу ощущал у себя за спиной чьего то присутствие. Спину прожигало и свербило между лопатками. Сознание рисовало страшные картины, вот Ырка протягивает свои когтистые лапы к нему и хватает пытаясь высосать к. Мальчишка здрагивал боясь повернуть голову назад. Дед с боку наблюдал за ним. В какой-то момент он взял внука за руку и тогда страх потихоньку улегся в душе Сафрошки. Тишина стояла кругом давящая на уши, лишь только их шаги разносились по лесной дороге.
--Сафроша, сынок, обернись это я твоя матушка,-- услышал он за спиной родной голос и встрепенулся пытаясь вырвать руку из мертвой хватки деда.
--Не смей поворачиваться,-- процедил дед.
--Нечисть тебя разыгрывает, лишь только повернешься, тут же пропадешь. Скажи «Чур меня».
--Чур меня, чур меня,-- закричал мальчишка и его страхи немного улеглись. Мокрая рубаха липла к спине под старенькой кацавейкой. Прохладный ветер холодил щеки проникая под рубаху, отчего Сафрошка быстро пришел в себя.
--Дедка, а тебе не, кажется, что мы долго идем?--шепотом спросил он.
--Крутит нежить проклятая, водит по дороге. От него избавиться только если прочитать молитву «Отче наш!» А я старый грешник, в моих устах она прозвучит как богохульство. Читай ты Сафрошка, ты дите еще и душа у тебя не замаранная как у меня. Авось и спасемся. Дед слышал как за спиной у него сгущалась тьма и проводила своими пальцами по спине. Сердце деда билось в груди как кузнечный молот. До слуха его донеслись святые слова и он почувствовал как спину отпустила невидимая рука. Дышать стало легче, лес закончился и вышли они к своей деревне. Луна, выкатившаяся в небе, осветила своим сиянием все вокруг.
Широким шагом направился дед Филарет к дому, его старческие ноги уже не так уверенно держали, но в глазах по-прежнему горел тот огонь духа, который до сих пор не смогла сломить ни одна нечистая сила.
--Все унучок, мы спасены! Вот он дом наш,-- прошептал старик отворяя калитку во двор.
***
Миланья проснулась резко, будто кто толкнул ее в плечо. Она сонным взглядом обвела избу приходя в себя.
--Ты гляди и сундук забыла закрыть, -- прошептала она сползая с высокой перины. Огарок свечи давно догорел и от него осталась восковая клякса на столе.
--Свечу не погасила, вот солоха,-- поругала она себя. Хотела замкнуть замок на сундуке, но что-то ей показалось не так. Она резко подняла крышку и ...
--А где же сундук с драгоценностями? Она не верила своим глазам, вчера вечером он еще стоял на месте. Значит ночью пока она спала, приходил Василь?
-- Зачем, зачем ты это сделал?-- заплакала молодая ведьма. Повернувшись она увидела бабку Ульяну, та стояла в углу и довольно улыбалась.
--Что? Что произошло? Где он?-- плакала Миланья. Вдруг в сознание, что-то кольнуло и она сорвалась и понеслась на улицу. Калитка была открыта, ведьма не закрывая её побежала к старому дубу, где была похоронена бабка Ульяна. Еще издали увидела Миланья, что произошло у старого дуба и упав на колени зашлась от громких рыданий.
Тело Василя раскачивалось на веревке, которая была перекинута через толстый ствол дуба.
--Зачем, зачем ты это сделала?-- кричала Миланья. Она ползла на коленях к дубу, сдирая их в к не в силах подняться на ноги. Слезы застилали глаза, она видела как ее бабка стояла рядом с сундучком и победно улыбалась.
--Да будь ты проклята со своим богатством,-- крикнула она и кинулась к могиле, разбрасывая землю в разные стороны, пытаясь, сравнять могилу с землёй.
Миланья не помнила как она вернулась домой, как хоронила своего цыгана. Все было словно во сне. Сердце ее умерло вместе с Василем. Бабка Ульяна после всего что случилось перестала приходить к ней. Со смертью Василя Миланья жила словно во сне. Она теперь не ворожила, закрылась ото всех и ни кого не принимала.
Зима стояла в тот год ранняя, да морозная. Живот у Миланьи вырос и ходить ей приходилось с трудом. Она часто разговаривала с ребенком в чреве думая, что у нее родится мальчик. Но прогнозы ее не оправдались. В Рождественский сочельник Миланья родила прехорошенькую дочь Аксинью....
спасибо , что дочитали главу до конца.
Дорогие друзья!
Спасибо Вам за ваши замечательные комментарии, Вашу поддержку, она мне так необходима. Спасибо, что Вы читете мои истории и все это время рядом со мной. Я Вам очень благодарен. Счастья Вам и здоровья мои дорогие друзья!
Ваш Дракон.