Если бы мы сто лет назад гуляли по Сеулу (столица Южной Кореи) или Пхеньяну (столице Северной Кореи), глядя на прохожих, нам бы и в голову не пришло делить корейцев на «высоких» и «низких». Это был один народ с общей историей, генами и, что важно для обсуждения сегодняшней темы, со схожими средними показателями роста и телосложения. Но сегодня картина разительно отличается. Пройдясь по улицам современного Сеула, а затем (если бы такая возможность была) по улицам Пхеньяна, эту разницу мы бы заметили невооруженным глазом.
Рост человека зависит от двух главных вещей. Первая — это твоя наследственная информация, то есть гены, которые ты получил от родителей. Это как примерный план, заложенный в тебя от рождения. Гены говорят, на каком росте организм может перестать расти. Но есть вторая, не менее важная вещь — это условия, в которых растёт человек. И эти условия решают, удастся ли выполнить генетический план полностью или нет.
Статистика ведь вещь упрямая. Так вот, средний рост мужчин в Южной Корее сегодня составляет около 175,5 см, а женщин примерно 163,2 см. В Северной Корее эти цифры значительно скромнее: примерно 165,6 см для мужчин и 154,9 см для женщин. Разница почти в 10 сантиметров. Может показаться, что 10 сантиметров — это не так уж и много, но для одного народа с одними предками это целая пропасть, и образовалась она буквально на наших глазах, всего за несколько десятилетий жизни разделённого полуострова.
Чтобы понять почему появилась такая большая разница в росте, нужно вернуться к моменту разделения.
После освобождения Кореи от японской оккупации в 1945 году полуостров был временно разделен по 38-й параллели на северную зону влияния СССР и южную зону влияния США. Целью было разоружение японских войск, но вместо единой Кореи к 1948 году образовались два враждебных государства: просоветская КНДР на севере под руководством Ким Ир Сена и проамериканская Республика Корея на юге под руководством Ли Сын Мана. На границе постоянно происходили стычки. 25 июня 1950 года северокорейская армия перешла границу и начала полномасштабное вторжение.
После Корейской войны 1950-1953 годов две части полуострова оказались в условиях жесточайшей разрухи, но с разными стартовыми условиями и, что важнее, с абсолютно разными векторами развития. Парадоксально, но поначалу преимущество было даже у Севера. Во времена японской оккупации (1910-1945 гг.) колониальные власти активно развивали на севере Кореи промышленность, то есть строили фабрики, шахты, электростанции.
Юг же оставался преимущественно аграрным. После раздела Северная Корея унаследовала эту промышленную базу и под руководством династии Кимов сделала ставку на плановую экономику, милитаризацию и опору на собственные силы. Юг, которому досталась разрушенная страна и голодное население, долгое время балансировал на грани выживания и зависел от гуманитарной помощи США.
Поворотной точкой, определившей судьбу поколений, стал выбор экономической модели. Север так и остался в жёстких рамках изолированной командной экономики, где все ресурсы шли на нужды государства. Юг под руководством авторитарного, но прагматичного генерала Пак Чон Хи совершил резкий и рискованный разворот. Страна отказалась от попыток производить всё внутри и сделала ставку на торговлю, активно привлекая иностранные инвестиции и технологии. Это был путь в неизвестность, но он привёл к тому, что мир назвал «Чудом на реке Хан». Из беднейшей аграрной страны Южная Корея превратилась в технологического гиганта, дом для брендов Samsung, Hyundai, LG и двенадцатую экономику мира. А что же Север? По оценкам, ВВП на душу населения в КНДР сегодня один из самых низких в мире.
Но экономическое процветание это вовсе не абстрактные цифры в отчётах. Это доступность разнообразного и качественного питания с самого рождения. В Южной Корее за последние 50 лет радикально изменился рацион. Из страны, где основу питания составлял рис, она превратилась в общество, потребляющее огромное количество белковой пищи (мяса, птицы, рыбы), молочных продуктов, фруктов и овощей со всего мира. Дети и подростки получили возможность питаться сбалансированно, получая все необходимые микроэлементы для роста. Система здравоохранения, доступная и современная, научилась бороться с детскими болезнями и недоеданием.
В Северной Корее ситуация иная. Хронические проблемы сельского хозяйства и изоляция от мировых рынков привели к скудному и однообразному питанию. Для большинства северокорейцев основу рациона часто составляет кукуруза. О регулярном потреблении мяса, молока или обилия свежих фруктов речи не идёт. Периодические гуманитарные кризисы и нехватка продовольствия подрывают здоровье целых поколений. Когда организм ребёнка или подростка недополучает белок, витамины и калории в критически важные годы развития, он просто не может реализовать свой генетический потенциал роста. Этим и объясняется феномен «акселерации», который в полной мере проявился на Юге.
Интересно, что до разделения северяне даже имели небольшое преимущество в росте, отчасти из-за исторического смешения с более рослыми китайскими народами. Но за семь десятилетий разные условия жизни не просто стёрли это преимущество, а перевернули ситуацию с ног на голову. Это грустная, но очень наглядная иллюстрация старой истины о том, что человек есть то, что он ест. А то, что он ест, определяет политика и экономика, в которых он живёт.
Напоминаю, что меня можно читать в Телеграме, а ниже ещё несколько интересных статей по теме: