первая часть
Марго теперь не боялась оставить свою подопечную в магазине одну.
Стала чаще уезжать, возвращаясь с очередным под завязку, заполненным кузовом новых вещиц. В одной из таких командировок, когда Эля уже собиралась закрывать магазин, Архимед вальяжно прохаживался между стеллажами, будто проводя ревизию, колокольчик над входной дверью сообщил о приходе посетителя. Это был одетый в практичную ветровку мужчина лет сорока, через плечо была перекинута потёртая брезентовая сумка, а на шее висел внушительных размеров фотоаппарат.
Судя по виду, дико дорогой и до жути профессиональный. Поправив вымокшие под моросящим дождём волнистые волосы, незнакомец прокашлялся.
– Добрый вечер, — приветливо помахал он рукой Элеоноре.
– Простите, вы уже закрыты?
– Нет, нет, - улыбнулась Эля, заметив, с каким любопытством за мужчиной наблюдает Архимед.
Кот не шипел, не волновался, но и не спешил к мужчине. Он застыл. Будто посетитель музея перед масштабным полотном Айвазовского в немом изумлении и восторге.
– Не извиняйтесь, у вас ещё есть как минимум полчаса.
– Отлично, а то я переживал, что не успею. Только с поезда даже домой не заходил.
С облегчением выдохнул мужчина.
– Мне вас порекомендовал друг, он пару месяцев назад купил здесь совершенно невероятную лампу и пару редких книг. Я ищу подарок для сестры. Она обожает всякие старые диковинные штуки. Сам я в этом мало что понимаю, но знаю, что Анжела придёт в восторг, если получит от меня что-то особенное и из истории. Можете что-нибудь посоветовать?
– А сколько лет вашей сестре исполнится? — вежливо поинтересовалась Эля.
– Двадцать семь, — смущённо улыбнулся мужчина.
– У нас огромная разница в возрасте — 30 лет. Родители погибли, когда Анжеле было всего семь, мне пришлось воспитывать её вместе с бабушкой.
– Боже.
– Ну ничего, я вроде бы справился. Она выросла замечательным человеком. Анжела очень любит всё необычное. Она работает флористом в салоне Ажан. Там такие букеты собирают необычные.
– Да, я слышала, — кивнула Эля.
– У нас хозяйка этого цветочного салона покупала часы напольные и старую прялку. Красивые у них букеты. Марго даже брала пару раз для нашего магазина летом сезонные композиции. Здорово, что ваша сестра создаёт столь чудесные штуки!
– Да, они комнатные цветы оформляют, делают композиции для оранжерей, зимних садов. Кстати, вот там не цветочные горшки случайно?
Мужчина указал на один из стеллажей. Поняв, куда он смотрит, Элеонора густо покраснела, там стояли её собственные горшки. Он подошёл ближе к витрине и задумчиво принялся разглядывать изделия.
– Не выглядят старинными. Но, мне кажется, это именно то, что нужно, — вдруг обрадовался мужчина, бережно беря в руки большой горшок в виде кошачьей головы, перерастающий в терновый куст.
– Это новодел, — смущённо улыбнулась Эля.
– Точнее, в общем, это я сама такие горшки делаю.
– Неужели? — ошеломлённо посмотрел на Элеонору посетитель.
– Удивительно! Тогда я точно возьму.
– Почему точно? — подхватила на руки Архимеда Элеонора, засмеявшись.
Кот тихо прошептал на ухо.
– Хороший мужик. Смотри, не упусти.
– Вы знаете, у вас очень приятный смех.
– Так смеются люди, которые умеют ценить моменты времени. Анжела и сама из таких. Думаю, ей будет особенно приятно получить что-то, созданное схожим по мировоззрению человеком. Да и в такой горшок она сможет наконец пересадить свой Кротон. Она всё жаловалась, что пора уже его переселить в посуду попросторней. Я прямо вижу, как этот кота - куст стоит на её тумбе возле книжного шкафа. Сколько это стоит?
Его звали Алексей. Он оказался фотографом-натуралистом, проводившим полжизни в экспедициях. Мужчина объездил весь мир, побывал в Сахаре, в Антарктиде, в Гималаях и Андах, с ним сотрудничали знаменитые журналы и издательства.
Глаза Алексея были спокойными, но чуть печальными, а манеры мягкими и безукоризненными. Элеонора, к своему удивлению, легко нашла с ним общий язык. Они обсуждали макроме на абажуре, висящем над кофейным столиком, статуэтку слона из обенового дерева, тут же перескакивали на повадки бобров, быт африканских племён, смеялись над какими-то пустяками, и лишь Архимед благосклонно взирал на всё это, лёжа на своей банкетке.
Кот понял, что домой они пойдут ещё не скоро. Они проболтали больше часа, не заметив, как бежит время, как стемнело за окном, как уснул Архимед, как вибрирует телефон на стойке. Время и мир не существовали вне их диалога. И лишь зеркало Артемизии Джентиллески жила своей жизнью.
В нём отражались два человека, бесконечно увлечённые друг другом. Глядящие полными радостных огней глазами, крепко держащиеся за руки.
– Ой, ничего себе!
Первым опомнился Алексей, когда часы пробили девять.
– Вот это мы поболтали.
– С вами очень интересно, — смущённо улыбнулась Эля.
– Никогда не встречала человека, который был везде и, кажется, знает абсолютно всё. Конечно, если не считать моей подруги и начальницы по совместительству Марго, вам непременно стоит с ней познакомиться.
– У меня есть предложение получше, — хитро прищурился Алексей.
– Может, обменяемся телефонами? Не хотелось бы прерывать общение. Вы мне очень симпатичны. С удовольствием пригласил бы вас на прогулку, выставку или ужин.
Закрыв дверь за мужчиной, Элеонора вся сияла.
Как же давно она не испытывала это ощущение полёта. Душа её будто парила в небесах, посещая все те места, которые упомянул Алексей. Архимед спрыгнул со своего места и подошёл к хозяйке. Обнюхав её, кот смешно ухмыльнулся.
– Пахнешь ветром и надеждой. Неплохо, — промурлыкал он.
– Гораздо лучше, чем пахло раньше, затхлостью и разочарованием.
– Знаешь, Архимед, — задумалась Эля.
– А не купить ли нам сегодня креветок? Этот Алексей так аппетитно рассказывал о Средиземноморье, что мне прямо жизненно необходимо хотя бы каким-то способом прикоснуться к этим образам.
– Не откажусь! — высоко поднял пушистый хвост Архимед и направился к выходу. С Алексеем всё было легко и просто. Они ходили в кино, гуляли по осенним паркам, и Элеонора с удивлением обнаруживала, что может спокойно разговаривать с ним на любые темы, не боясь быть непонятой или высмеянной.
Мужчина слушал её с искренним интересом, а его собственные истории о тайге, пустынях, горах Северном сиянии завораживали. Элеонора беззаботно смеялась, слушая очередную смешную историю из экспедиции, плакала, когда Алексей делился с ней трагическими описаниями умирающей природы, беспредела браконьеров или выживания людей в отдалённых посёлках.
– В твоих глазах уже не просто огоньки, а самое настоящее пламя! — заметила как-то Марго, наблюдая за полётом Элеоноры между стеллажами.
Женщина чувствовала себя беспечной птицей, ловко подхватывала книги, перекладывала их на новые места, напевала фарфоровым куклам колыбельные. И постоянно крутилась перед итальянским старинным зеркалом. – Мне кажется, что я наконец обретаю нечто такое, чего у меня никогда не было, но всегда очень хотелось, — засмеялась Эля.
– И пусть зеркало всего лишь показывает красивую картинку, не имеющую ничего общего с реальностью, мне одного этого достаточно. В душе я выгляжу именно так, как в этом отражении.
– Разве?
Прищурилась Марго.
– Ну-ка, подойди сюда.
Она взяла Элеонору за плечи и повернула к другому зеркалу, самому обычному.
– Взгляни!
Элеонора внимательно поглядела на своё отражение и ахнула. В этом обычном зеркале она была точно такой же, как и в том, старинном. Молодая, счастливая женщина с игривой улыбкой на губах, с сияющими глазами, вся подтянутая и лёгкая, словно цветущая яблоня.
– Но как такое возможно? — ошеломлённо протянула она руку к отражению, боясь спугнуть видение.
– Любовь творит с человеком настоящие чудеса, - покачала головой хозяйка магазина.
– Ты сделала возможное реальным, вот и весь секрет. Продолжай в том же духе, милочка.
Но задумалась Эля.
– Думаете, что это любовь? Мы с Лёшей просто дружим, общаемся.
– Истинные чувства не скрыть, как ни пытайся, и незачем искать себе оправданий. Да любой поймёт, что ты вся трепещешь от одной мысли об этом мужчине. И я уверена, что он испытывает то же самое. Сколько вы уже знакомы?
– Месяца четыре.
– Просто я всё это время наблюдаю за твоей медленной, но неотвратимой трансформацией, будто из куколки вылупляется прекрасная бабочка. Да, пришлось для этого побыть и гусеницей, и пожить какое-то время в изоляции, закрыться от всех. Но разве оно того не стоило? Алексей порядочный и скромный человек.
Он всю свою жизнь посвятил другим, воспитал сестру, помогал бабушке, отказываясь от личного счастья. Да, он много путешествует И проводит время в разъездах и экспедициях. Но это работа хоть и для души. Истинный смысл она обретает тогда, когда есть куда и к кому возвращаться. Когда тебя ждут дома, когда ты знаешь, что где-то есть сердце, которое бьётся с твоим в унисон.
На Новый год мужчина сделал Элеоноре удивительный подарок. Она не знала, куда они идут. Алексей завязал ей глаза и внимательно следил, чтобы она не подглядывала.
– Лёша, ну всё! Я сейчас сгорю от нетерпения, — возмущалась она с улыбкой.
– Потерпи ещё немного, — важно сообщил Алексей.
Наконец они остановились, преодолев несколько крутых ступеней. Мужчина нежно развязал повязку
– Открывай глаза! — скомандовал он.
Элеонора послушно приоткрыла веки и застыла от удивления.
заключительная