Машина остановилась в полутора метрах от Оли. Запах жжёной резины въелся в нос.
Дверь распахнулась. Водитель выскочил, готовый разразиться руганью:
– Вы что, с ума сошли?!
Он подошёл ближе – и остановился как вкопанный.
– Вы?!
Оля медленно открыла глаза. Постепенно разглядывая его, обретала реальность. Брюнет. Карие глаза. Белая рубашка, но уже без пятен от кофе.
– Девушка с кофе! – он смотрел на неё ошарашенно. – Вы... что... как... – он смотрел на неё ошарашенно. Потом на лес вокруг. Потом снова на неё. – Что вы делаете посреди дороги?!
Оля открыла рот. Хотела ответить.
И расплакалась. Просто расплакалась – навзрыд, не сдерживаясь. Слёзы хлынули потоком. Плечи затряслись. Она опустилась на асфальт прямо у обочины, обхватив колени руками.
Мужчина растерялся. Секунду постоял, потом присел рядом.
– Эй, эй, – голос мягкий. – Что случилось? Вы ранены? Вам помочь? Откуда вы тут взялись?
Оля не могла говорить. Плакала, всхлипывала, дрожала. Нервы, шок, усталость – всё вместе.
– Ладно, – он встал, протянул руку. – Пойдемте в машину. Там теплее.
Оля дала себя поднять. Он усадил её на переднее сиденье, бережно, придерживая за локоть. Сумку убрал в багажник. Мужчина сел за руль. Достал из-за сиденья плед. Синий, мягкий.
– Вот, укройтесь.
Оля взяла плед. Закуталась. Дрожь начала спадать.
Потом термос.
– Чай. Горячий, сладкий. Пейте.
Оля обхватила кружку дрожащими руками. Сделала глоток. Горячо, сладко. Хорошо.
Он завёл двигатель. Включил печку на обогрев. Тёплый воздух повеял в лицо.
Не давил, не спрашивал. Просто сидел, ждал.
Оля пила чай и постепенно успокаивалась. Дрожь отпустила. Слёзы высохли. Вдохнула. Выдохнула.
– Спасибо, – прошептала она хрипло. – Что затормозили.
– Еле успел, – он покачал головой. – Вы так резко выскочили... Я думал не успею.
Пауза.
– Что случилось? – спросил он тихо. – Если не секрет.
Оля посмотрела на него. Карие глаза. Тёплые. Обеспокоенные, но не давящие.
– Я... убегала, – выдавила она.
– От кого?
– От мужа.
Он нахмурился.
– Он вас бил?
– Нет, – Оля покачала головой. – Хуже. Он... он хотел... – голос сорвался. – Я узнала, что беременна. А он хотел избавиться от ребёнка. Без моего согласия.
Мужчина застыл. Челюсть напряглась.
– Господи, – выдохнул он. – Серьёзно?
Оля кивнула. Слёзы снова навернулись. – Я подслушала. Случайно. Он договаривался с врачом. Чтобы сделали аборт под видом выкидыша. – Оля обхватила живот. – Я не могла... Я побежала. А потом заблудилась.
Молчание. Он смотрел прямо перед собой, кулаки сжаты на руле.
– И куда вы теперь? Куда вас сейчас отвезти? К родителям? К подруге? – спросил мягко.
– Не знаю. Я еще не думала об этом. – Оля задумалась, – Назад не могу. Родителей нет – умерли давно. Надежда? Но Денис знает, где она живёт. Найдёт. Я не знаю. Ни к кому не могу...
– Понятно, – он кивнул. Подумал. – Слушайте, у меня есть вариант. Странный, но... есть.
Оля посмотрела на него вопросительно.
– Я живу в многоэтажке в городе, – сказал он. – Купил две квартиры рядом – 23 и 24. Одну себе, вторую для родителей. Но они предпочли природу и переехали в бабушкин дом. Поэтому как раз хотел сдавать. Но пока не сдал – ремонт только закончил. Квартира пустая, мебель есть. Можете пожить там. Временно. Пока не разберётесь.
Оля уставилась на него.
– Вы... серьёзно? Мы даже не знакомы толком.
– Зато мы вместе были облиты кофе, – он улыбнулся слабо. – Это уже кое-что. К счастью, помните?
Она вспомнила. Его шутку. Свой смех.
– Меня зовут Егор, – сказал он, протягивая руку.
– Оля, – она пожала его руку. Тёплая. Крепкая.
– Оля, – повторил он. – Что скажете? Поедете?
Она думала. Выбора особо не было. Денис найдёт её везде, где он знает. Нужно место, о котором он не знает.
– Поеду, – решила Оля. – Спасибо. Правда спасибо. Немного позже я смогу оплатить аренду.
– Не за что. И не беспокойтесь насчет денег, квартира все равно пустует, – Егор включил передачу. – Поехали. Город минут сорок отсюда.
Машина тронулась. Лес остался позади. Оля смотрела в окно. Темнота за стеклом. Фары освещали дорогу.
В груди – странное чувство. Облегчение. Благодарность. И что-то ещё.
Надежда.
* * *
Квартира была на пятом этаже. Егор открыл дверь с номером 24.
– Вот, заходите.
Оля вошла. Светлая однушка. Пахло свежей краской ещё совсем немного. Минимум мебели – диван, стол, стулья, кровать за перегородкой. Деревянный пол. Окно выходит в парк.
– Мебель простая, зато новая, – сказал Егор, проходя внутрь. – Постель чистая. Кухня работает – плита, холодильник. Ванная там. Горячая вода есть.
Оля осмотрелась. Чисто. Светло. Пусто, но... свободно.
– Это... – начала она. – Я не знаю, как благодарить...
– Не надо, – Егор махнул рукой. – Живите спокойно. Если что нужно – я в 23-й, через стенку. Постучите.
Он достал ключи из кармана. Положил на стол.
– Ваши. Замок новый, никто кроме меня ключей не имеет.
Оля взяла ключи. Холодные, металлические.
– Спасибо, – повторила она. – Правда.
Егор кивнул. Пошёл к двери. Остановился на пороге.
– Да, сейчас принесу продукты на первое время. Вы поешьте чего-нибудь и отдохните. Вы измотаны.
– Хорошо.
– Если что – стучите. Серьёзно.
Он вышел. Дверь закрылась тихо.
Оля стояла посреди квартиры. Одна. В тишине.
Впервые за долгое время – одна. Без Дениса. Без его контроля.
Опустилась на диван. Обхватила живот руками.
– Мы в безопасности, – прошептала она малышу. – Пока что.
* * *
Первые дни прошли как в тумане. Оля приходила в себя от шока. Спала, ела, смотрела в окно. Мысленно анализировала последние два года своей жизни.
Егор заходил каждый день. Стучал, спрашивал разрешения войти. Приносил еду: суп в контейнере, фрукты, чай.
– Как вы? –спрашивал он.
– Нормально, – отвечала Оля тихо.
Он не навязывался. Оставлял еду и уходил. Иногда задерживался на пару минут, рассказывал что-нибудь про погоду, про новости. Лёгкие темы. Ничего серьёзного.
Через неделю Оля почувствовала, что задыхается в четырёх стенах. Приняла душ – долгий, горячий. Оделась. Посмотрела в зеркало. Шатенка с голубыми глазами. Бледная. Худая. Но... своя. Не чужая больше.
Вышла на лестничную площадку. Постояла у перил в сомнениях выходить ли на улицу.
Дверь двадцать третьей квартиры приоткрылась. Егор высунул голову.
– О, вы вышли! – обрадовался он. – Хотите чаю? Я как раз заварил.
Оля кивнула.
Квартира у Егора была похожа на её, но обжитая. Книжные полки, постеры на стенах, ноутбук на столе. Пахло кофе и чем-то вкусным.
– Я печенье пёк, – сказал Егор, наливая чай. – Овсяное. Не шедевр, но съедобно.
Оля попробовала печенье. Действительно съедобно. Даже вкусно.
Они сидели за столом. Пили чай. Егор рассказывал о работе – IT-специалист, работает удалённо. Оля слушала. Кивала.
– А вы чем занимаетесь? – спросил он.
– Переводчик, – ответила Оля. – Тоже на фрилансе.
– О, классно! С каких языков?
– Английский, немецкий.
Они говорили о работе. О книгах. О фильмах. Лёгкие темы. Ничего тяжёлого.
Оля чувствовала – с ним легко. Не давит. Не допрашивает. Просто... рядом.
– Оль, – сказал Егор, допивая чай. – Если хотите, я могу помочь с юристом. Для развода. Знаю хорошего адвоката.
Оля вздрогнула. Развод. Да, надо.
– Я... наверное, да, – выдавила она. – Но у меня сейчас нет денег на адвоката.
– Не переживайте, – Егор покачал головой. – Он мне должен. Поможет бесплатно. Серьёзно.
Оля посмотрела на него. Карие глаза. Искренние.
– Почему вы это делаете? – спросила она тихо. – Помогаете мне. Незнакомой.
Егор помолчал. Потом улыбнулся.
– Помните, возле кафе? Вы так смеялись из-за пролитого кофе. Я запомнил. Ваш смех и ваши глаза. И подумал – вот человек, который умеет радоваться даже ерунде. А потом увидел вас на дороге – одну, испуганную. И подумал – надо помочь. Просто потому что могу.
Оля молчала ощущая ком в горле.
– К тому же, – добавил он с лёгкой улыбкой, – мы теперь соседи. Соседи друг другу помогают, разве нет?
Она кивнула. Не могла говорить.
* * *
Недели шли. Оля восстанавливалась. Живот рос – медленно, но заметно. Оля начала работать – переводила тексты на ноутбуке. Немного, но достаточно на еду и мелочи. Она и Егор виделись почти каждый день. Чай у него, кино у неё. Походы в магазин. Прогулки в парке.
– Пойдёмте в парк? – предлагал он. – Беременным полезно гулять.
Они гуляли. Медленно, неспешно. Говорили о всяком. Он шутил. Она смеялась. Впервые за долгое время смеялась часто, искренне, порой даже до колик.
Однажды вечером Егор принёс пасту.
– Хотите поужинать вместе? – предложил он. – Я приготовил много.
Оля согласилась. Они накрыли стол у неё.
– Острую или сливочную? – спросил Егор, раскладывая порции.
– А какую вы сделали? – удивилась Оля.
– Обе. – Он усмехнулся. – Я люблю острую, но подумал, что вы можете не любить. Так что сделал две. Выбирайте.
Оля смотрела на него. Выбирайте. Денис никогда не спрашивал, что она любит. Готовил то, что нравилось ему.
– Сливочную, – сказала она тихо.
Они ели, болтали о всякой ерунде. Егор рассказывал смешные истории про работу, про соседей. Оля слушала и думала: «Он спросил. Просто спросил, что я хочу. Такое простое действие. А ощущение – будто подарили что-то ценное. Свободу выбора.»
* * *
Через месяц Егор повёл её в магазин.
– Вам нужна одежда для беременных, – сказал он. – Живот растёт, старая не налезет скоро.
Оля посмотрела на себя. Да, живот округлился. Уже заметно. Двадцать четыре недели.
В магазине было много всего. Платья, туники, брюки. Оля ходила между вешалок, теряясь. Остановилась возле платьев. Егор следовал за ней.
– Вам какое больше нравится? – спросил Егор, показывая на ряд платьев.
Оля посмотрела. Бежевое, белое, розовое, синее.
– Синее, – сказала она.
– Берите! – Егор улыбнулся. – Вам идёт синий. Под цвет глаз.
Оля взяла синее платье. Потом зелёную тунику. Потом оранжевый шарф.
Впервые за пару лет снова выбирала сама. И это было счастье.
Вечером они смотрели комедию у Оли. Егор принёс попкорн и шоколад. Оля смеялась до слёз над шутками.
Егор смотрел на неё с тёплой улыбкой.
«С ним так легко, – думала Оля. – Я могу быть собой. Смеяться, выбирать, говорить что думаю».
Но потом в голове возникало: «Но я беременна. Чужим ребёнком. Это нечестно – падать на него с ребёнком».
Она замечала, как он смотрит на неё. Долгие взгляды. Мягкая улыбка. Когда она говорила что-то смешное – его глаза загорались. Помогал с сумками, придерживал дверь, заботился, но не навязывался.
Ей Егор тоже нравился. Но второй страх вторил: «Я только вернула себя, свою свободу. Не хочу снова потеряться в отношениях».
Оля решила: останемся друзьями.
* * *
Март. Седьмой месяц беременности. Живот заметный, округлый. Оле все время хотелось мандаринов. Она как раз вернулась с магазина, когда в дверь постучал Егор.
– Оль, мой знакомый адвокат готов помочь, – сказал он. – Виктор. Хороший специалист. Займётся разводом.
– Когда?
– Завтра можем встретиться. Он всё объяснит.
Они встретились. Виктор – мужчина лет сорока пяти, русые волосы, очки в золотой оправе, серьёзный – выслушал историю Оли. Записал детали.
– Развод оформим, – сказал он уверенно. – Основание – невозможность совместной жизни. Имущество пополам по закону, здесь все удачно. После рождения ребенка, если захотите, взыщем алименты..
– А если он... откажется? – спросила Оля тихо.
– Дело простое, – отрезал Виктор. – Закон на вашей стороне.
Через два дня подали документы. Ещё месяц – ожидание суда.
Но Денис не сдавался. Звонил Оле. Писал. Угрожал.
«Вернись, я прощу».
«Ты пожалеешь».
«Без меня пропадёшь».
«Я найду тебя!»
«Без меня ты никто!»
Оля блокировала номер. Но страх оставался.
Егор всегда был рядом.
– Всё будет хорошо, – говорил он. – Я с тобой.
* * *
День суда. Начало апреля, дождь. Серое небо, лужи, холодный ветер.
Здание районного суда. Серое советское здание, обшарпанные стены, скрипучий пол.
Оля сидела на скамейке. Восьмой месяц беременности. Живот большой, тяжёлый. Синее платье. Оранжевый шарф.
Рядом – Егор. Держал её за руку. Тёплая. Крепкая.
– Всё будет хорошо, – шептал он.
Рядом Надежда. Подруга пришла – как свидетель. Поддержать.
– Ты молодец, Оль, – сказала она, обнимая. – Ты сильная.
Дверь в зал открылась. Вышел Виктор.
– Заходите.
Зал суда. Оля, Егор, Виктор. И Денис.
Оля увидела его впервые за полгода. Денис смотрел на неё с ненавистью. Потом на Егора – удивлённо.
Судья – женщина лет пятидесяти, строгая – зачитала материалы дела.
– Истец – Панфилова Ольга Сергеевна. Ответчик – Панфилов Денис Викторович. Основание иска – развод по причине невозможности совместной жизни.
Виктор выступил. Чётко, профессионально. Изложил обстоятельства. Без лишних эмоций, только факты.
– Ответчик систематически нарушал права истца. Контролировал выбор одежды, питания, круга общения. Подавлял волю. В период беременности истца предпринял попытку принудительного прерывания беременности без её согласия, о чём имеются свидетельские показания.
Денис встал.
– Это ложь! – рявкнул он. – Она сбежала, бросила семью!
– Прошу не выкрикивать, – сказала судья холодно. – Ответчик, у вас будет возможность высказаться.
Денис сжал кулаки. Сел.
Его адвокат – молодой парень, явно недорогой – пытался что-то возразить. Слабо.
Судья выслушала обе стороны. Задала вопросы. Посмотрела на Олю.
– Истица, вы уверены в решении о разводе?
Оля встала. Выпрямилась. Положила руку на живот.
– Да, – сказала она твёрдо. – Уверена.
Судья кивнула.
– Учитывая обстоятельства дела, показания свидетелей, – брак расторгается. Имущество делится пополам согласно закону.
Оля выдохнула. Облегчение, свобода на законных основаниях.
Денис побагровел. Но ничего не мог сделать.
Оля получала половину квартиры. Половину счетов. Всё, что нажили в браке. Хотя она вложила в их совместный дом все деньги с продажи родительской квартиры. Так что она просто заберет свое.
– Заседание окончено.
* * *
Выход из здания суда.
Дождь закончился. Сквозь бегущие облака то и дело выглядывало солнце. Лужи блестели.
Наконец-то Оля вдохнула полной грудью:
– Я свободна! Официально свободна!
Виктор поздравил Ольгу, пожал руку Егору и ушёл.
Оля и Егор стояли на крыльце.
– Спасибо тебе, – сказала Оля. – За всё.
– Не за что, – Егор улыбнулся.
За спиной послышались приближающиеся шаги. Денис.
Оля вздрогнула. Егор сразу напрягся.
– Ты думаешь, выиграла? – Денис смотрел на Олю с презрением.
Оля промолчала.
– Знаешь что, я официально отказываюсь от этого ребёнка! – выкрикнул Денис. – Ты распутная, нагуляла где-то! А может с этим?! – указывая на Егора, – Этот выродок не мой!
Оля побледнела. Егор шагнул вперёд, загораживая её.
– Не смей! – сказал он тихо, но твёрдо.
– А ты кто вообще такой, защитничек? – Денис насмешливо.
Егор посмотрел на него холодно:
– А ты ведь прав.
Оля ошарашенно посмотрела на Егора. Что?!
Егор спокойно, но твёрдо:
– Это мой ребёнок, никак не твой.
Тишина. Денис смотрел на него, не понимая.
– Мы с Олей давно встречаемся, – продолжил Егор. – Так что извини, но этот малыш мой.
У Дениса челюсть отвисла. Он не ожидал такого поворота.
Пока он переваривал информацию, Егор взял Олю за руку.
– Пойдём, – сказал он мягко.
Они сели в машину и уехали.
В машине царило молчание. Тяжёлое, напряжённое.
Оля смотрела на Егора и не понимала: зачем он это сказал?
Егор смотрел на дорогу. Крепко сжимал руль.
– Зачем ты... – начала Оля.
– Потом, – перебил он. – Давай потом поговорим дома.
Напряжение повисло в воздухе.
Дома Оля готовила ужин. Резала овощи, варила пасту. Руки дрожали. Мысли крутились: зачем он сказал, что ребёнок его? Что он имел в виду? Может просто хотел защитить от нападок Дениса?
В дверь позвонили.
Оля вытерла руки полотенцем. Открыла дверь.
Егор стоял на пороге с огромной коробкой пирожных. Десятка полтора, не меньше. И с каким-то решительным выражением лица, которого она у него ещё не видела.
– Нам нужно поговорить, – сказал он.
Продолжение следует...
❀ Рассказ: «Побег к себе» – Глава 2 Начало истории тут →
Подпишитесь на мой канал чтобы узнать продолжение и другие интересные истории
Ваш лайк и комментарий - лучшая награда для меня 💖
Автор Саша Грек