Мира и Александр познакомились на утреннике в детском саду - в тот самый волшебный, почти сказочный день, когда всё вокруг казалось наполненным особым светом. Зал был украшен яркими гирляндами и бумажными снежинками, дети в нарядных костюмах волновались за кулисами, а родители с умилением и лёгкой ностальгией наблюдали за предпраздничной суетой. Их дети учились в одной группе, но раньше они лишь мельком виделись: обменивались вежливыми приветствиями в коридоре, кивали друг другу у входа и тут же расходились по своим делам, растворяясь в повседневной круговерти.
Но в этот раз всё было иначе.
Мира, затаив дыхание, следила за сыном, который с серьёзным видом отыгрывал свою роль. Вдруг она заметила мужчину рядом - он сосредоточенно снимал на телефон маленькую девочку в пышном платье феи.
- Вы снимаете свою дочь? - осторожно, почти шёпотом спросила Мира, боясь помешать.
Мужчина обернулся, и Мира увидела в его взгляде ту же тёплую взволнованность, что испытывала сама.
- Конечно, - ответил Александр с лёгкой улыбкой. - Хочется оставить все эти видео на память. Ведь детство пролетит незаметно, правда?
Его голос звучал так искренне, что Мира невольно улыбнулась в ответ.
- Могу попросить отправить потом мне это видео? - смущённо проговорила она. - Сын рядом с вашей Тонечкой в одном номере выступает. А мой телефон что-то барахлит, не могу запись включить.
- Обязательно отправлю, — без колебаний кивнул мужчина. - Дайте мне только свой номер или адрес электронной почты.
Так, среди шума и веселья утренника, они впервые обменялись контактами. Так началось их неспешное, но неуклонное сближение.
Поскольку Тонечка и Игорёк дружили, Мира и Александр стали встречаться всё чаще, теперь не только в стенах детского сада. На выходных они вместе гуляли в парке, где дети с визгом катались с горок, а взрослые тихонько переговаривались, наблюдая за их весельем. Они возили ребят на кукольные спектакли, в контактный зоопарк, на праздничные ярмарки, - каждый раз находили повод для новой встречи.
Они и сами не заметили, как незаметно переступили ту невидимую черту, что отделяет простое знакомство от настоящей близости. В сердцах обоих расцвело то самое волшебное чувство, которое люди называют влюблённостью - тихое, трепетное, будто первый весенний цветок, пробивающийся сквозь прошлогоднюю листву.
Со временем мужчина и женщина стали делиться друг с другом самым сокровенным. Мира узнала, что мама Тонечки умерла, когда девочка была ещё совсем малышкой. Первое время мужчине помогала его мать, но теперь он сам заботился о дочери.
Александр, в свою очередь, выяснил, что жених Миры сбежал, как только узнал о её беременности. Но она не испугалась - приняла решение родить ребёнка и ни разу не пожалела об этом.
- Мама тоже помогала, конечно, - призналась Мира, глядя вдаль. - Но… она сильно разозлилась, что я даже не посоветовалась с ней, когда принимала решение. И каждый раз высказывала мне своё «фи». В такие моменты мне проще было отказаться от помощи, чем слушать, что я неправильная и должна была поступить как-то иначе.
Её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки, улыбнувшись сквозь слёзы.
Александр слушал женщину, и в его взгляде читалось такое глубокое понимание, что Мире вдруг стало легче.
Глядя на Миру, Александр видел в её глазах своё отражение, утопающее в искренности и нежности. Он ловил себя на том, что ищет её взгляд в толпе, что ждёт её сообщений, что улыбается, вспоминая её смех. Но ни он, ни она не решались поговорить о чувствах, не смели переступить ту невидимую границу дружбы, которая уже давно размылась. Они не знали - встречаются они или нет, но каждое мгновение рядом наполнялось особым смыслом.
А дети… дети просто радовались. Радовались, когда все вместе отправлялись в очередное маленькое путешествие. Радовались, когда Тонечка и Игорёк строили шалаши из подушек, а взрослые улыбались, наблюдая за ними. Радовались, потому что чувствовали: они - одна большая семья.
- Мира, ты мне нравишься, - однажды собрался с силами и признался Александр.
Глядя, как краснеет женщина, он улыбался. Она была самым искренним человеком, что повстречался на его пути. Обычно люди старались скрывать свои эмоции, но Мира была для мужчины, как открытая книга. Она не стеснялась проявлять всё, что чувствовала, не отводила взгляда при смущении, улыбалась так, что сердце замирало.
- Ты мне тоже нравишься. Давно, - ответила Мирослава вкрадчиво, но её слова тронули до самой глубины души.
Так и начались первые шаги по выстраиванию отношений. Видя, что дочь её изменилась и стала вести себя иначе, улыбаясь время от времени каким-то своим, далёким мыслям, Анна Игнатьева попыталась разузнать, что же такое хорошее произошло в жизни женщины.
- Я встретила того, кто заставляет сердце биться чаще. Саша такой… особенный.
Анна Игнатьевна обрадовалась и довольно потёрла ладони. Ей не терпелось как можно скорее услышать мельчайшие детали, выяснить – какой мужчина сумел покорить сердце её дочери.
- Это тот самый Саша, который ухаживал за тобой в офисе?
Мира помотала головой. Она рассказала матери, как познакомилась с мужчиной, как они проводили время вместе, пока не поняли, что пора двинуться дальше и построить серьёзные отношения. Узнав, что у Александра есть ребёнок, Анна Игнатьевна недовольно скривила губы.
- Значит, ребёнок… Ясно. А квартира у него хотя бы есть? Большая?
Мирослава отрицательно помотала головой, всё ещё пребывая в мечтаниях и представляя, что они скоро встретятся. Она тосковала в разлуке, мечтала о встречах, вспоминала, как проводили время вместе.
- Что это за мужик такой? С ребёнком и без квартиры? Чем ты только думаешь?
- Мама… ну чего ты волнуешься? Меня всё устраивает. Разве это не главное? К тому же у меня тоже есть ребёнок. Не ты ли сама говорила, что мне с Игорьком ввек мужа не сыскать, что будет твоя дочь горевать в одиночестве до конца своих дней?
- Но не такого я тебе в мужья желала. Ты достойна большего! Ладно… Как знать, может, не такой уж он и плохой человек. Приводи его на ужин. Познакомимся, а там видно будет – подходит он тебе или нет.
Александр обрадовался, что его пригласила на ужин будущая тёща. Он волновался немного, но постарался собраться с духом. Хотелось произвести на женщину хорошее впечатление, понравиться ей и заслужить одобрения. Вроде бы и был взрослым мужчиной, но чувствовал себя подростком, когда они вчетвером стояли у двери в квартиру Анны Игнатьевны.
- А ты чего своим ключом не открыла? – спросила женщина, отворяя дверь.
Она окинула Александра взглядом, хмыкнула и покачала головой.
- Проходите.
Игорёк сразу же побежал в гостиную, где у него стояла коробка с игрушками. Ему хотелось показать Тоне, что у него есть. Однако девочка вела себя скромно - боялась шаг лишний сделать. Она смотрела на Анну Игнатьевну и чувствовала, что та недовольна. Значит, нужно было вести себя как мышка, чтобы не навлечь на себя больше гнева.
- Девочка, ты пойди и поиграй с Игорем, пока мы на стол накрывать будем, - выдавила улыбку Анна Игнатьевна. – Дочка, помоги мне поскорее.
Александр сел за стол. Он чувствовал неловкость. Невольно вспомнил, как знакомился с отцом своей первой жены. Тогда всё прошло гладко, без напряжения. А вот сейчас воздух вокруг наэлектризовался, и казалось, что его можно потрогать руками при желании. Глядя на уютную обстановку в квартире будущей тёщи, мужчина постарался разгадать, чем она интересуется, чтобы завести «правильный» разговор. Однако все мысли путались.
Во время ужина Анна Игнатьевна не стеснялась спрашивать у Александра всё, чем не интересовалась даже Мира.
- Где работаете, Сашенька?
- Я программист. Так как воспитание дочери легло на мои плечи, пришлось искать работу из дома. Позже я остался свободным фрилансером.
- Получается, что ничего стабильного нет. Понятно-о, - протянула Анна Игнатьевна, при этом цокнув языком, словно уже готова была дать такому зятю от ворот поворот.
- Я бы поспорил. Работа у меня всегда есть.
- Ну-ну… Есть работа – это когда на заводе оклад получаешь и все социальные выплаты. А это… Впрочем, у молодёжи сейчас свои понятия. Что же касаемо жилья? Своя квартира?
- Квартиры у меня нет, ведь…
- Понятно всё. Можете не объясняться.
Анна Игнатьевна метнула в дочь такой взгляд, что аж не по себе стало. Всем своим видом она показывала: «Он тебе не пара», но Мира не зависела от мнения матери - даже если та будет против, только ей решать, с кем связывать свою судьбу.
- Сашенька, помогите мне достать кое-что на кухне, - попросила женщина, как только все поужинали, и Мира начала собирать посуду.
- Я могу помочь тебе, мама. Чего меня не попросила?
- Не надо. Там мужские руки нужны. А ты за детьми посмотри, чтобы не разнесли мне здесь ничего.
Гордо подняв голову, Анна Игнатьевна направилась на кухню, а Александр проследовал за ней. Он знал, что женщина позвала его не просто так – хотела что-то сказать. Даже догадывался, что именно, но рассчитывал, что ошибся в ней, и она не будет вмешиваться в его отношения с Мирой.
- Ходить вокруг да около я не стану: ты ей не подходишь. Мира заслуживает большего за все страдания, которые перенесла в этой жизни. Нищий зять с прицепом мне не нужен! Уходи!
Женщина даже не обернулась, не удостоила Александра взглядом. Она говорила так, что звучание её голоса пробирало до мозга костей.
- Вы простите меня, но я пришёл сюда не для того, чтобы ваше мнение услышать. Просто хотел, чтобы вы видели, в чьих руках оказалась ваша дочь. Только Мира будет решать – хочет она быть со мной или нет. Она уже взрослая женщина, и она в состоянии самостоятельно разобраться, кто достоин её руки, а кто нет, - ответил Александр, стараясь не проявлять никаких эмоций.
Ему обидно было получить неодобрение, но это не критично. Неприятно было, что его ребенка назвали прицепом, но каждый рано или поздно получает запущенный однажды бумеранг. Анна Игнатьевна озвучивала лишь своё мнение, и оно никак не было связано с мыслями Миры.
- Я тебя предупредила, зятёк! Костьми лягу, но сделаю всё, чтобы дочка распахнула глаза и посмотрела на тебя под верным углом.
- Как хотите, - равнодушно пожал плечами Александр.
Жаловаться Мире мужчина не стал, но честно признался, что матери её он не понравился. Он не желал больше встречаться с женщиной и пытаться очаровывать её – тем более. Если Анна Игнатьевна с самого начала так себя поставила, то следовало просто выдерживать дистанцию. Тонечке «бабушка» тоже не понравилась, и она была счастлива покинуть квартиру женщины.
- Это всё неважно. Что бы ни решила мама – я своего мнения не изменю, - утвердительно заявила Мира.
Александр обнял женщину и поцеловал в макушку.
- Когда переедете ко мне? Я уже комнату для Игоря приготовил. Ты ведь сразу со мной жить будешь?
- А это уместно? Какой мы пример покажем детям? Наверное, для начала следует расписаться?
Александр прижал Миру ещё сильнее. Она не хотела пышной свадьбы, сказала, что достаточно будет просто расписаться в ЗАГСе, а потом провести день вместе с детьми – покататься на аттракционах, поесть сладкую сахарную вату и пирожные. Именно такой она видела свою идеальную свадьбу, и Александр не смог отказать.
Несмотря на протесты матери, Мира вышла замуж за Александра и переехала в его дом. Только тогда Анна Игнатьевна узнала, что перебила зятя на самом важном: он хотел сказать, что не имеет квартиры, потому что считает дом лучшим местом для спокойной жизни. Зарабатывал он достаточно, поэтому не только купил дом, но и успел сделать немаленькие накопления. Узнав об этом, Анна Игнатьевна попробовала переобуться: женщина купила подарки, приехала в дом зятя с визитом, но… вёл он себя холодно и отстранённо. Александр не стал юлить и честно сказал женщине, что не рад видеть её в своём доме, потому что не любит притворство.
Желая получить выгодного зятя, Анна Игнатьевна оступилась. Она думала, что если дочь удачно выйдет замуж, то и о ней обязательно позаботятся, будут баловать, но теперь и мечтать о таком не приходилось. Александр хорошенько запомнил приём, который оказала ему тёща. Больше всего на свете он не любил людей, быстро меняющих маски, поэтому сближаться с тёщей не планировал. Повезло, что жена не настаивала и поддерживала его в каждом решении. Сама Мира не переставала общаться с матерью, но простого общения той было мало, ведь хотелось запустить ручонки в карманы зятя… поехать в отпуск на море или обновить ремонт в квартире за чужой счёт. Жаль было, что сама упустила момент, поспешила и всё испортила.
Другие рассказы: