Вся сила в плюрализме …
Торопиться мне было некуда, поскольку автобусы отправлялись в Советск до позднего вечера, поэтому идея прогуляться пешком от штаба до вокзала пришлась как нельзя кстати.
«Напрасно Бабков тешит себя иллюзиями. - Думал я, неспешно шагая по вымощенному булыжником тротуару. – Ошибается замполит. Никакой перестройки в помине нет. А вот полковник из мусбата прав. Стало только хуже. Дело вовсе не в дефиците. Дефицит - штука привычная. Сколько себя помню, всегда чего-то не хватало. Не зря говорят: «Не жили богато, нечего и начинать». Смешно. Пожалуй, только у нас могла появиться такая присказка. В чём прав Рахмет Юнусович? В том, что люди начали меняться. Вот и кадровик натурально на взятку намекал. Только испугался, когда я шутки ради справку попросил. Главное: «У меня свободных майорских должностей нет». Пуп земли, блин, нашёлся. С милицией как бы всё понятно. Но чтоб армейский кадровик? Нет. Раньше такого точно не было. По крайней мере, со мной. Блат был, родственные связи работали, однако денег не требовали. Мужики, правда, рассказывали о покупных званиях, наградах и должностях, но я никогда их басни всерьёз не воспринимал. Выходит, зря. Паскудно на душе. Как будто в дерьмо окунулся. Интересно, это личная инициатива подполковника или система? Судя по тому, как быстро он сдулся, говорить о системе не приходится. Пока не приходится. Что будет дальше, не знаю. Остаётся надеяться на лучшее». За мыслями я не заметил, как пересёк речку Преголю, и вскоре передо мной возникло здание автовокзала.
Войдя в зал, я обнаружил, что очередь состоит сплошь из пожилых людей, поэтому не стал козырять льготным удостоверением, а занял место в хвосте. «Хорош бы я был, если бы корочкой начал размахивать. – Подумалось мне. – В Калининграде чуть ли не каждый пятый житель ветеран войны. И тут я такой «герой» нарисовался. А какой я нафиг герой? С ташкентскими ментами не рискнул всерьёз зарубиться. Перед кадровиком тоже спасовал, предпочёл миром разойтись. Мне ли судить Рахмета Юнусовича за осторожность на партактиве? То-то и оно. Умом понимаю, что плетью обуха не перешибешь, а на душе всё равно погано».
Очередь продвигалась чрезвычайно медленно. Казалось, время задумалось вместе с кассиршей в окошке. Усилием воли я заставил себя отключиться от навязчивых мыслей и принялся рассматривать стоящих впереди людей. Развлечение, прямо скажем, так себе. Однако очень скоро я начал вникать в смысл разговоров, и мне стало по-настоящему интересно.
Роль первой скрипки исполнял высокий, чуть сутуловатый мужчина в опрятном, слегка потрёпанном старомодном костюме, выдававшем принадлежность к сельской интеллигенции.
- С удовольствием смотрю программу «Время», когда выступает Горбачёв. – Довольно громко излагал мужчина. – Скажу со всей ответственностью, товарищи. Мне очень импонирует Михаил Сергеевич. Сразу видно, что сам вышел из народа, поэтому понимает нас, простых людей. Эх! Лет на двадцать раньше нам бы такого руководителя. Давно бы догнали и перегнали Америку. Да что там Америку? Весь мир бы перегнали. И не из-под палки, как при Сталине, а вполне сознательно и, скажем так, демократично. С плюрализмом и многополярностью политических взглядов.
- Повезло тебе, Сан Саныч! – Включился в разговор один из слушателей, мужчина лет пятидесяти или чуть больше. По всей видимости, он приходился оратору односельчанином, а заодно извечным оппонентом. - Учёный ты человек. Слов нет. Во всём разбираешься. И в политике, и вообще. Не чета нам, колхозникам. Я вот грешным делом пытаюсь понять, о чём твой Горбачёв толкует, но не получается. Всё кажется, что вокруг да около ходит-бродит. Как будто всё в тему, а понять невозможно. «Плюрализм», опять же. Что за слово-то такое, этот «плюрализм»? Будто бы в лицо плюнуть хочет. У нас в народе так не говорят. Как по-нашенски-то будет?
Присутствующие одобрительно загудели, явно поддерживая оппозицию, однако Сан Саныч ничуть не смутился. Сложив руки на груди, он вскинул подбородок и произнёс снисходительным, немного высокомерным тоном:
- А ты, Фёдор Петрович, поменьше «беленькой» увлекайся. Разве с похмелья можно что-нибудь понять? О государственных делах нужно на трезвую голову рассуждать. Ты продержись хотя бы пару дней без алкоголя. Тогда и о плюрализме поговорим. Без него нынче никуда. Теперь вся сила в плюрализме.
- Ты, мил-человек, трезвостью-то не сильно бахвалься. – Неожиданно присоединился к дебатам харизматичный старик. Он выделялся окладистой «партизанской» бородой и не по сезону тёплой спортивной шапочкой. - Откуда в деревне теперь спиртному взяться? Начинали-то хорошо. Бодренько так начинали. Мол, народу вместо водки всякие там деликатесы и соки. Досуг обещали организовать, чтоб мужики вместо пьянки по выходным с семьями гуляли да полезными делами занимались. А в результате что получилось? Не знаешь? А я тебе скажу, мил-человек. В результате: ни спиртного, ни продуктов, ни досуга. И зарплаты на селе как были в три копейки, так и остались. Того и гляди, карточки, как в войну, введут. А ты лезешь со своим, прости Господи, плюрализмом.
Сан Саныч собрался было возразить, однако не успел. Ему помешала женщина с тяжёлыми авоськами в руках.
- То, что водка с прилавков пропала - полбеды. - Категорично заявила она. - Я вот из Литвы сейчас домой возвращаюсь. За мясом, колбасой, сигаретами для мужа ездила. У литовцев в магазинах всё есть, кроме очередей. А у нас? Да что там говорить? Сами всё прекрасно знаете. Это ж надо?! В одной стране живём, и такая разница. Слава Богу, ещё из магазинов не гонят.
- Всегда так было. – Поддержал тётку парень, занявший очередь за мной. – Я сам недавно в Каунас в командировку ездил. Лабусы открыто говорят, что скоро выйдут из Союза. Мол, надоело нас, прихлебателей, лентяев и алкашей кормить. И главное, все как один. А вы говорите: «Плюрализм». Да на хрена нам такой плюрализм? Страной управлять надо, чтоб народ по-людски жил, а не с трибун ахинею нести.
Очередь возмущённо загудела: каждый пытался высказать своё мнение о перестройке, и вскоре зал ожидания стал напоминать партсобрание из советских довоенных фильмов. Я украдкой взглянул на бедного Сан Саныча: тот стоял с опущенной головой и даже не пытался защищаться. И тут мне невольно вспомнились пророчества подвыпившего полковника, от которых на душе стало муторно и беспокойно. «Неужели Рахмет Юнусович прав? – Размышлял я, забирая билет из кассового окошка. - Получается, главные события ещё впереди?»
***
Я смотрел в окно видавшего виды пазика и думал о событиях уходящего дня. Меня уже не тревожило назначение в новую часть, и проблемы связанные с переездом семьи. В конце концов, не в первый раз менять место службы.
«Нет. Не прав бывший мусбатовский спецназовец. – Думал я, разглядывая проплывающий мимо ландшафт. – Не будет у нас «своего» Афгана и новой гражданской войны. Во-первых, не то воспитание, а во-вторых, не в средневековье живём. Сержант Сардор и подполковник из кадров - всего лишь отголоски прошлого. Сволоты много и она умеет маскироваться, но настоящих порядочных людей в тысячи раз больше. Несмотря ни на что, жизнь меняется. Пусть медленно, но меняется. И люди тоже меняются. Такие споры, как сегодня на вокзале, невозможно представить ни при Брежневе, ни при Андропове. При Андропове - тем более. Как выразился «пропагандист» Сан Саныч? Вся сила в плюрализме? Смешно. Почти по Ильфу и Петрову. Смешно, однако он по-своему прав. В библии сказано: «Сначала было Слово». Ну что ж? Слово сказано. Пора приступать к Делу».
Продолжение следует.
Начало. https://dzen.ru/a/aTZxsYhg_lCirgUU
Предыдущая часть. https://dzen.ru/a/aXHK7qIqwmcfT2y4
Повести и рассказы «афганского» цикла Николая Шамрина, а также обе книги романа «Баловень» опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/