Ирина прошла мимо антикварной лавки на Маросейке уже в третий раз за неделю. И каждый раз замедляла шаг у витрины, где среди потускневших самоваров, фарфоровых статуэток и пожелтевших книг стояло оно — зеркало в тяжёлой бронзовой раме.
Рама была покрыта затейливым орнаментом: виноградные лозы переплетались с розами, между лепестками прятались крошечные птицы, а по углам застыли четыре ангела с печальными лицами. Но не рама притягивала взгляд. Само стекло словно светилось изнутри каким-то особенным, тёплым светом, совсем не похожим на холодный блеск современных зеркал.
— Сколько можно ходить кругами? — пробормотала Ирина и решительно толкнула дверь лавки.
Колокольчик над входом звякнул протяжно и тоскливо. Внутри пахло старой бумагой, пылью и чем-то ещё — может быть, прошлым. Ирина поёжилась, хотя в помещении было натоплено.
— Добрый день, — из-за прилавка поднялся пожилой мужчина в жилетке и круглых очках. — Давно наблюдаю, как вы присматриваетесь. Зеркало?
— Да, — кивнула Ирина. — Хочу посмотреть поближе.
Хозяин лавки медленно обошёл прилавок, прихрамывая на левую ногу, и остановился рядом с зеркалом. Положил на раму ладонь — нежно, словно гладил живое существо.
— Красивая вещь, — проговорил он задумчиво. — Конец девятнадцатого века. Работа известного мастера. Но... — он помолчал, — непростая.
— Что значит непростая? — Ирина подошла ближе, разглядывая детали рамы. Для её новой квартиры, которую она сейчас обставляла, это зеркало подошло бы идеально. Винтажный стиль, благородная патина, история...
— Его называли «Зеркалом судьбы», — старик снял очки и принялся протирать их платком. — Принадлежало гадалке Серафиме Волконской. Говорили, она могла видеть в нём будущее своих клиентов. Особенно — их любовную судьбу.
Ирина усмехнулась:
— Не верите в такие истории, я понимаю, — кивнул хозяин. — Но я должен был предупредить. Зеркало четыре раза возвращали обратно. Люди жаловались на... странности.
— Какие странности?
— Видели в отражении то, чего не было в комнате. Слышали шёпот. Одна женщина клялась, что видела в зеркале мужчину, которого встретила только через месяц после покупки.
— Совпадение, — отмахнулась Ирина, но сердце у неё почему-то забилось быстрее.
— Может быть, — старик снова надел очки. — Цена пятьдесят тысяч. Но для вас, раз уж вы так упорно возвращались, сделаю скидку — тридцать пять.
Ирина знала, что переплачивает. Но рука сама потянулась к сумке за кошельком.
---
Зеркало доставили на следующий день. Двое грузчиков с трудом внесли его в квартиру — оказалось, весит оно немало. Ирина попросила повесить его в гостиной, напротив окна. Когда рабочие ушли, она долго стояла, любуясь приобретением.
Вечернее солнце пробивалось сквозь тюль, и зеркало действительно словно светилось. В отражении — её гостиная: бежевый диван, торшер с абажуром, стеллаж с книгами, горшок с фикусом на подоконнике. Всё как обычно. Всё на своих местах.
Ирина подошла ближе. Её отражение смотрело на неё спокойно. Тридцать два года, тёмные волосы до плеч, серые глаза, лёгкие морщинки у губ — от привычки улыбаться. Обычная женщина. Дизайнер интерьеров, недавно переехавшая в Москву из Калуги. Без мужа, без детей, с котом Марсиком и грандиозными планами на будущее.
— Ну что, зеркальце, — усмехнулась она, — покажешь мне суженого?
Зеркало промолчало. Ирина фыркнула, покачала головой и пошла на кухню ставить чайник.
---
Первый раз она это заметила через три дня.
Было раннее утро, Ирина собиралась на встречу с клиентом. Надела серое платье, подкрасила губы, накинула жакет. Проходя мимо зеркала, машинально глянула на своё отражение — и замерла.
На ней было другое платье.
Не серое, а синее. Тёмно-синее, почти полночное, с кружевным воротником. Такого платья у неё не было. Никогда не было.
Ирина зажмурилась, потёрла глаза. Посмотрела снова. Серое платье. Всё в порядке. Привиделось. Не выспалась, вот и глюки.
Она виновато погладила раму зеркала:
— Прости, что сомневалась в тебе. Ты нормальное, хорошее зеркало.
Но беспокойство засело занозой.
---
Во второй раз это случилось вечером, когда она вернулась с работы. Ирина переоделась в домашнее — старые джинсы и свитер, распустила волосы. Включила торшер, налила себе вина, устроилась на диване с ноутбуком.
Подняла глаза — и обомлела.
В зеркале она сидела не одна.
Рядом с ней на диване, в отражении, сидел мужчина.
Высокий, худощавый, в свитере крупной вязки. Тёмные волосы с проседью на висках, умное лицо, тонкие руки. Он что-то читал в книге, и свет торшера падал на его профиль.
Ирина резко обернулась.
Никого.
Диван пустой. Только она одна в квартире. Марсик мирно спал на подоконнике.
Сердце колотилось. Ирина медленно, стараясь не шуметь, повернулась обратно к зеркалу.
Мужчина исчез. В отражении была только она — бледная, с расширенными от страха глазами.
— Господи, — прошептала Ирина. — Что происходит?
Она вскочила с дивана, подошла к зеркалу вплотную. Провела рукой по стеклу. Холодное. Обычное. Самое обычное зеркало.
Может, это усталость? Переутомление? Последние месяцы она работала почти без выходных, обустраивала новую квартиру, адаптировалась к Москве...
Ирина выпила вина залпом и решительно задёрнула зеркало шторой. Спать. Ей нужно просто выспаться.
---
Но ночью ей снились сны.
Она шла по старинной усадьбе. Высокие потолки, паркет, пахнущий воском, анфилада комнат. В одной из них стояло то самое зеркало. И в нём — тот самый мужчина. Он смотрел на неё из отражения и беззвучно шевелил губами. Ирина не слышала слов, но понимала — он зовёт её. Просит о помощи.
Она проснулась в холодном поту, в пять утра. Марсик жалобно мяукал у двери. За окном только начинало светать.
Ирина накинула халат, вышла в гостиную. Остановилась в дверях.
Штора, которой она накрыла зеркало, лежала на полу.
А в зеркале...
В зеркале горел свет. Хотя торшер был выключен. Тёплый, мягкий свет озарял комнату, которая была похожа на её гостиную — но другая. Старше. В отражении вместо стеллажа стоял книжный шкаф с резными дверцами. Вместо её дивана — кожаное кресло. На стенах — картины в тяжёлых рамах.
И у окна, спиной к зеркалу, стоял он. Тот самый мужчина.
Ирина сделала шаг вперёд. Сердце стучало где-то в горле. Мужчина медленно обернулся — и их взгляды встретились.
Его глаза... Тёмные, глубокие, полные тоски и какой-то безнадёжной нежности. Он смотрел на неё так, словно знал всю её жизнь. Словно ждал её целую вечность.
Он поднял руку. Приложил ладонь к зеркалу с той стороны.
Ирина, не понимая, что делает, подошла и приложила свою ладонь к стеклу — точно напротив его.
Тепло. Она почувствовала тепло.
Мужчина открыл рот, и она прочла по губам два слова:
«Найди меня».
В этот момент в квартире пискнул домофон, Ирина вздрогнула и обернулась. Когда она снова посмотрела в зеркало, там было обычное отражение. Её гостиная. Её торшер. Её одинокая фигура в мятом халате.
Домофон настойчиво звонил. Ирина, чувствуя, что ноги её не держат, доковыляла до трубки:
— Да?
— Ирина Сергеевна? — незнакомый мужской голос. — Я из Общества охраны памятников истории. Моя фамилия Крылов, Сергей Крылов. Мне сказали, что вы недавно приобрели зеркало работы мастера Вениаминова в антикварной лавке на Маросейке. Это очень важно. Мне необходимо с вами поговорить. Я могу подняться?
Ирина молчала, сжимая трубку побелевшими пальцами. В голове пульсировала только одна мысль: «Найди меня. Найди меня. Найди меня».
— Ирина Сергеевна? Вы меня слышите?
— Да, — выдохнула она. — Поднимайтесь. Квартира сорок три, шестой этаж.
Она положила трубку. Обернулась к зеркалу. Оно безмятежно отражало рассветный свет.
А через минуту в дверь постучали.
И когда Ирина открыла, на пороге стоял он — тот самый мужчина из зеркала.
Продолжение рассказа читайте здесь: https://dzen.ru/a/aXyuAQruuSxUXWtH