Ася вышла из ванной, укутавшись в махровый халат. Дома было прохладно, и она в очередной раз подумала, что в своем доме все же больше преимуществ – сам себе хозяин, в любое время можно печку протопить, чтобы не мерзнуть, а тут все ограничено обслуживающей компанией. Когда она Антону предлагала продать эту, её квартиру и квартиру Антона, которая сейчас стоит закрытая (все руки не доходят сдать в аренду) и взять дом хороший, он наотрез отказывался, дескать, ей-то дома сидеть, а ему придется и дрова колоть, и снег кидать всю зиму, и потом траву косить. Нет, ему такое «счастье» и даром не надо, тут он пришел с работы и сиди отдыхай, а в частном доме – сплошные проблемы, с его точки зрения.
Ася тогда согласно кивнула и больше к этой теме не возвращалась, хотя думала порой – печку ведь не всегда топить придется, в большинстве домов отопление центральное, газ подведен, а дрова это так, если вдруг перебои какие-то будут. Снег чистить тоже в наше время проще – купил снегоуборочную машину, и не надо лопатой работать, тоже самое с газонокосилкой, сейчас столько всего можно купить в помощь по хозяйству, да и полезно ведь на свежем воздухе работать в удовольствие. Она бы, если честно, и сама с огромной радостью все это делала, чтобы хоть как-то размяться после офисной работы, где целыми днями сидишь за компьютером. Но понимала, что муж к физической работе не привык, да и на основной не очень утруждался – работал в охранном предприятии сутки через трое, а все выходные почти на диване проводил – ему, видите ли, надо было отдохнуть хорошо.
Отчего? Искренне не понимала Ася, но спорить не хотела, чтобы свою позитивную карму не рушить. А сейчас снова взгрустнула – вот был бы дом, не мерзла бы так. В комнате температура уже который день не поднималась выше плюс пятнадцать, приходилось одеваться, будто она северном полюсе. Вот прогрелась в ванне, а сейчас снова продрогнет, и она решила снова с мужем эту тему обсудить. Но Антон стоял в коридоре, застегивая пуховик и стараясь не смотреть на Асю.
–Ты куда это собрался на ночь глядя? – Спросила Ася, подумав, что муж хочет в магазин сходить.
– Да… к Верке надо съездить… У нее там вода перемерзла, что ли, не понял толком, кричала в трубку, что срочно надо. – Антон кашлянул в кулак, будто оправдываясь, – А ты вот все о доме своем грезишь. Видишь, какие там проблемы бывают…
Ася хотела сказать, что все зависит от хозяина. Если бы брат его вовремя утеплил все трубы, то сейчас бы ничего не перемерзло, а он все рукой махал, когда умные люди говорили.
– Жене брата надо помочь, – развел Антон руками, – что уж поделаешь, не чужие люди. А ты спи, не жди меня.
Антон ушёл, а Ася ещё некоторое время стояла посреди комнаты, прислушиваясь к тишине. Потом вздохнула и потерла плечи сквозь халат. «Не накручивай себя», — сказала она мысленно сама себе. В конце концов, чего стоять столбом и мёрзнуть, перебирая в голове одно и то же? От мыслей теплее точно не станет.
Ася развернулась и пошла на кухню. Там было ещё холоднее, но свет лампы создавал хоть какое-то ощущение уюта. Она щёлкнула выключателем чайника, бросила в кружку пакетик с заваркой и дождалась, пока вода закипит. Налила кипяток, положила дольку лимона. Подумала секунду, и добавила ложку мёда. Не столько для вкуса, сколько «для тепла и настроения», как говорила ещё её мама. Маленький ритуал, который почему-то всегда немного успокаивал.
С кружкой в руках Ася вернулась в комнату, оделась потеплее, накинула старый, растянутый, но до невозможности любимый свитер, забралась на диван, натянув на себя одеяло, и включила ноутбук. Хотелось чего-то совсем простого. Без смыслов, без анализа, без вопросов «а правильно ли я живу». Она ткнула в первый попавшийся фильм, даже не глядя на описание, и устроилась поудобнее.
Минут через десять Ася вдруг поняла, что это вовсе не фильм, а целый сериал. Она уже потянулась к тачпаду, чтобы выключить — не хотелось ввязываться во что-то длинное, но неожиданно поймала себя на том, что ей ведь интересно. Герои были какие-то… живые что ли. Не глянцевые, не идеальные. Ссорились, молчали, говорили не то, что хотели сказать. Ситуации были знакомые, будто позаимствованные из её собственной жизни.
— Ладно, одну-то серию досмотрю, — пробормотала Ася себе под нос, словно оправдываясь перед самой собой.
Одна серия закончилась слишком быстро. Потом началась вторая, третья. Ася настроила ускорение воспроизведения. Чай в кружке давно остыл, и Ася, вздохнув, пошла на кухню заварить себе ещё одну. Вернулась, снова забралась под одеяло, укуталась плотнее, чувствуя, как постепенно расслабляется. Она зевала, ловила себя на том, что глаза слипаются, но всё равно нажимала «следующая серия». Завтра ведь выходной, можно позволить себе лечь позже. Один раз можно. Когда пошла восьмая серия, Ася уже примерно понимала, чем всё закончится, но всё равно смотрела, не отрываясь, будто боялась пропустить какую-то важную деталь. Финальные титры побежали по экрану, музыка стихла, и только тогда она взглянула на часы.
— Ой… — вырвалось у неё вслух.
Была уже глубокая ночь. Слишком поздно для «быстро съездить и помочь», а Антона всё ещё не было. Это показалось странным. Обычно он возвращался быстрее — злой, ворчащий, но возвращался. Ася взяла телефон, немного помедлила и всё-таки набрала номер мужа. Гудки тянулись слишком долго, и она уже решила, что он не ответит. Но в последний момент Антон взял трубку.
— Ну что ещё? — раздражённо бросил он вместо приветствия.
— Ты где? — спокойно спросила Ася, стараясь не показывать тревогу.
— Да тут я… — Антон шумно выдохнул. — Сначала с водой возились, потом на выезде из посёлка машина застряла. Снега навалило — мама не горюй. Кое-как выбрался. Скоро буду дома.
— Хорошо, — коротко ответила она и отключилась.
Антон вернулся почти через час. Дверь хлопнула громче обычного. Он вошёл злой, нахмуренный, с таким видом, будто это Ася лично отправила его ночью к жене старшего брата, который в это время находился в командировке. Он даже куртку толком не повесил, зацепил кое-как за крючок, швырнул ключи на тумбочку и буркнул что-то невнятное себе под нос. Ася уже знала это состояние. Не первый раз. Вера звонила всегда одинаково — без «привет», без «извини»:
— Антон, помоги, срочно надо!
Будто он был обязан разруливать всё то, о чём её муж не удосужился подумать заранее. То трубы, то свет, то машина, то ещё какая-нибудь напасть. И каждый раз Антон возвращался раздражённый, уставший — и срывался на Асе, словно ей полагалось быть громоотводом.
Без слов Ася пошла на кухню, налила ему горячий чай с мёдом, поставила кружку на стол и спокойно сказала:
— Попей. Успокойся немного.
Антон что-то недовольно пробормотал, но кружку взял. Ася же не стала продолжать разговор. Она просто ушла в спальню, легла, укрылась одеялом и почти сразу уснула. Усталость накрыла мгновенно, как тёплая, тяжёлая волна, унося мысли куда-то далеко, где уже не было ни холода, ни чужих срочных проблем.
Утро выдалось серым и неприятным, в квартире было всё так же холодно — ни ночью, ни утром батареи теплее не стали. Ася проснулась с ощущением, будто и не спала толком. Они завтракали молча. Антон ел быстро, уткнувшись в тарелку, листал что-то в телефоне, Ася медленно помешивала чай, грея ладони о кружку. В этой тишине не было уюта, скорее привычка, выработанная за годы, когда говорить вроде бы и не о чем, а начинать разговор не хочется, чтобы не портить утро.
Телефон Антона зазвонил резко, словно разрезал эту хрупкую паузу. Ася даже не удивилась, когда мельком увидела на экране имя Веры. Удивляться тут давно было нечему.
— Антон! — из трубки раздался голос, громкий, требовательный. — Тут гараж за ночь замело. Мне Илью к двум часам на хоккей везти, а тут даже ворота не открыть!
Антон поморщился, недовольно выдохнул, но уже начал отодвигать стул. Даже секунды сомнения не было.
— Сейчас приеду.
Ася осторожно вмешалась:
— Мы же хотели сегодня по магазинам сходить. Шторы выбрать…
Антон махнул рукой, даже не посмотрев на неё.
— Шторы ты и сама можешь выбрать. Это женское дело. А вот снег лопатить женщина вряд ли осилит. Ты же знаешь, Илье нельзя тренировки пропускать, у них соревнования скоро.
Он говорил так уверенно и спокойно, будто объяснял очевидную истину, не подлежащую обсуждению. Как будто её планы были чем-то второстепенным, фоновым, что легко можно отложить или вовсе вычеркнуть. Ася посмотрела на него и вдруг почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. Даже не из-за штор. Шторы были лишь поводом. Сжалось от того, как легко, без тени сомнения он в очередной раз поставил её желания ниже чужих срочных дел.
И тут мысль, которая давно крутилась где-то на задворках сознания, наконец, сложилась в чёткую, болезненную формулу. Значит, свой дом — это слишком много работы, слишком тяжело, слишком обременительно. А вот туда он мчится по первому звонку, не задавая вопросов. Ну, сколько можно? Жена не может допроситься, чтобы дома что-то сделать — полку повесить, кран подкрутить, дверцу шкафа починить. «Потом», «устал», «не сегодня». Зато у брата он будто по контракту работает — без выходных, без перерывов, без разговоров. Словно за огромные деньги нанялся. Эта несправедливость обжигала изнутри. Ася почувствовала, как поднимается знакомая волна — обида, злость, желание высказать всё сразу. Но она ясно поняла: если сейчас откроет рот, разгорится скандал. Громкий, бессмысленный, с хлопаньем дверей, взаимными упрёками и потом долгим, тяжёлым молчанием. Она сжала губы и промолчала.
Антон быстро оделся, схватил ключи и хлопнул дверью, даже не оглянувшись, а Ася ещё какое-то время сидела за столом, глядя в одну точку. Чай в кружке остыл, но она этого даже не заметила. Именно в этот момент в голове вдруг созрел план. Спокойный, без истерик и выяснений отношений.
Как только Антон уехал, Ася собралась. Надела пальто, повязала шарф и вышла из квартиры уже с другим настроением. В магазине она ходила неторопливо, словно никуда не спешила. Трогала ткани, представляла, как они будут смотреться в комнате. В итоге остановилась на красивых, плотных шторах тёплого оттенка. Таких, чтобы сразу становилось уютнее, даже если за окном снова серость и мороз. Заодно купила подарки для племянницы — книжку с яркими картинками и мягкую игрушку. Просто потому, что захотелось. А потом вызвала такси и поехала к сестре.
Ника открыла дверь с удивлённой улыбкой.
— Ты чего без предупреждения? — спросила она, пропуская Асю в квартиру.
— Захотелось, — пожала плечами Ася и вдруг сама удивилась, насколько легко это прозвучало. И как давно ей не хватало этого простого «захотелось».
Они долго пили чай, говорили обо всём подряд — о работе, о детях, о мелких радостях и больших усталостях. Ася рассказала про холод в квартире, про Антона и его бесконечные поездки к Вере. Ника слушала молча, качала головой и вздыхала.
— Ты слишком добрая, — сказала она наконец. — Он привык.
Просидели они за душевной беседой почти до вечера. Ася даже не заметила, как пролетело время. Опомнилась только тогда, когда в кармане зазвонил телефон. Ася взглянула на экран — Антон. Она взяла трубку не спеша, уже догадываясь, каким будет разговор.
— Ты где? — Антон даже не поздоровался. В голосе звенело раздражение. — Я вернулся, усталый как собака, а дома есть нечего, уже выспаться сто раз успел, а тебя так и не дождался.
Ася на секунду прикрыла глаза и ровно ответила:
— Я у Ники. Помогаю Олегу.
На том конце повисла короткая пауза — такая, после которой обычно следует взрыв.
— Какому ещё Олегу?! — Антона будто прорвало. — Ты с ума сошла? Поехала помогать чужому мужику, а о собственном муже не подумала?
— Нику вызвали на работу в выходной. Олег никогда один с Анечкой не оставался. Вот я и приехала.
— Ну, знаешь… Это вообще ни в какие рамки! — голос Антона сорвался.
— Тебе же можно помогать жене брата, — перебила Ася, не повышая голоса. — А тут тоже не чужие люди. Родная племянница и муж моей родной сестры.
Антон замолчал. Всего на секунду, но этого хватило, чтобы почувствовать — она попала в точку. Однако он быстро снова вспыхнул:
— Ты обязана быть дома!
— Знаешь, я наверное, и ночевать здесь останусь, — сказала Ася спокойно. — Надо Анечку спать уложить, Ника что-то задерживается.
И, не дожидаясь ответа, отключила телефон. Прошло около получаса. Они с Никой укладывали Анечку, читали ей книжку, и Ася почти перестала думать об Антоне, когда в дверь настойчиво позвонили.
Антон стоял на пороге в расстёгнутой куртке. Лицо покраснело от мороза, дыхание сбивалось, взгляд был всё ещё напряжённым. Но стоило Нике открыть дверь, как он заметно сдал позиции.
— А… ты уже дома, — сказал он, прочищая горло. — Ну раз так, пусть Ася собирается. Я за ней приехал.
Ника тоже ничего не сказала, лишь отошла в сторону, пропуская Антона в квартиру. Он прошёл пару шагов, огляделся, и вдруг нахмурился.
— А где Олег? — спросил он. — Что-то не выходит даже поздороваться.
Ася и Ника переглянулись. Быстро, почти незаметно, но Антон этот взгляд уловил.
— Олег сегодня на смене, — спокойно ответила Ника.
Антон замер на секунду. Потом будто разом выдохнул весь воздух. Плечи опустились, лицо стало проще, напряжение ушло. Даже голос изменился.
— А… ну понятно, — протянул он и больше к этой теме не возвращался.
Ася оделась быстро. Попрощалась с Никой, поцеловала Анечку в макушку и вышла вслед за мужем. В машине какое-то время ехали молча. Антон сосредоточенно смотрел на дорогу, Ася — в окно, на мелькающие фонари, тёмные дворы и редкие фигуры прохожих.
— Знаешь, — вдруг сказал Антон, не отрывая взгляда от дороги, — я пока к вам ехал, столько всего передумал…
Ася повернулась к нему, но перебивать не стала.
— Я ведь реально разозлился сначала. Думал — как ты могла вот так уехать, меня оставить. А потом… — он усмехнулся криво. — Потом начал прокручивать всё по порядку. И понял, что сам во многом виноват.
Он помолчал, словно собираясь с мыслями.
— Я же правда позволил собой манипулировать. С самого начала. Стоило Верке позвонить — я всё бросал и ехал. А у меня вообще-то своя семья. Своя жена. Брат взрослый мужик, пусть сам о своей семье заботится. Особенно если в командировки мотается.
Ася слушала молча, боясь спугнуть этот редкий момент откровенности.
— И ещё… — продолжил Антон уже увереннее. — Пока я там у них возился, всё время думал о твоих словах. Про дом. Там, конечно, проблем хватает, но… — он на секунду улыбнулся, — там простор, свобода, никто тебе не указ. И знаешь что? Лучше я буду работать в собственном доме, чем бегать и чинить чужой. Да и о детях нам давно пора подумать…
Ася почувствовала, как внутри что-то тихо и тепло отозвалось. Она ничего не сказала, только слегка улыбнулась и отвернулась к окну, чтобы он не заметил, как ей стало приятно.
Она подумала, что хорошо, очень хорошо, что тогда не сорвалась. Что ей пришла в голову эта простая, но такая замечательная идея. Иначе Антон так бы и продолжал считать, что поступает правильно, а она — что обязана терпеть.
Через несколько дней Вера снова позвонила. Ася была на кухне и слышала разговор.
— Антон, — донёсся из трубки привычно требовательный голос, — у меня тут опять…
— Не могу, — спокойно ответил он, не дав ей закончить. — Вызови мастера.
С тех пор вечерами они сидели рядом, укутавшись пледом, и листали объявления о продаже домов. Обсуждали, где лучше выбрать участок, сколько комнат им нужно, и обязательно — чтобы была большая кухня. Ася представляла, как в таком доме всегда будет тепло и светло. И ей почему-то верилось: всё у них теперь будет хорошо.
Рекомендую к прочтению:
И еще интересная история:
Благодарю за прочтение и добрые комментарии! 💖