— Я должен был тебе сразу во всем признаться, но струсил, — Андрей говорил, глядя в сторону, и Нине от этого было еще хуже. Она чувствовала, как ему тяжело, и мучилась вместе с ним, но наконец не выдержала.
— Да я все знаю, Андрюша.
Шевцов в изумлении вскинул глаза на жену.
— Знаешь?! Откуда?!
— Я видела. И тебя, и твою… девушку. И сына.
Предыдущая глава 👇
Нина боялась одного: что расплачется, и Андрей не сможет продолжать, а ей уже было невмоготу. Раз начали — надо заканчивать.
Но Андрей молчал, и на его лице теперь вместо виноватого выражения отразилось самое настоящее удивление — удивление и ничего больше.
— Девушку? Мою? — переспросил он. — Нинуша, ты о ком?!
Теперь уже Нина не могла сдержать недоумения. Зачем же он сейчас-то отпирается, если решил признаться? А может… От внезапной мысли ее лоб словно дрелью пронзило — ох, нет, только не сейчас, не хватало еще и мигрени! У Андрея… их… несколько, сыновей этих? Это что же, он вот так в командировки ездит?!
Андрей сдвинул брови, вскочил, достал чашку, плеснул в нее воды и сунул Нине в руки:
— Выпей! Ты чего так побледнела? Плохо?
Нина машинально схватила чашку и одним махом осушила ее. Страшно захотелось еще. Она протянула чашку мужу, тот вернул ее полной, и на этот раз Нине действительно стало лучше. Андрей сел опять и внимательно посмотрел на жену.
— Нинуль, родная, я не очень тебя понял…
— А я не поняла тебя, Андрей, — дрожащим голосом отозвалась она. — Ты начал разговор с признания, заявил, что у тебя есть сын, а теперь делаешь вид, что никакой девушки нет? Откуда же он тогда взялся?
Андрей растерянно огляделся, заерзал.
— Давай по порядку. Кого ты видела?
— Я видела тебя с молодой женщиной и мальчиком лет десяти. Вчера.
— Вчера… — эхом откликнулся он.
— Андрей, пожалуйста, хватит. Начал — говори. Потом я объясню, откуда все знаю, но сперва хочу услышать тебя!
— Ну хорошо…
Андрей почесал затылок и помялся.
— Понимаешь, Нина, все немного не так, как ты подумала. У меня действительно есть сын. Но его ты видеть не могла. Костя в тюрьме.
***
Свою первую жену Андрей встретил на третьем курсе института. Родители с обеих сторон считали, что для брака и он, и его избранница еще молоды, но так уж вышло, что Аня забеременела, и Андрей даже подумать не мог о том, чтобы просить девушку избавиться от ребенка.
Они поженились и много лет жили душа в душу, а потом что-то случилось. Аня на работе сдружилась с новой сотрудницей, а та оказалась женщиной очень религиозной и постепенно начала приобщать к церкви и Аню. В вере как таковой ничего плохого Андрей не видел и, будучи сам далеким от религии человеком, супруге в ее стремлении духовно вырасти не препятствовал.
Потом начались проблемы с сыном. Костя рос обыкновенным пацаном, как все: с одними ребятами дружил, с другими дрался, в компаниях пробовал всякое, в том числе и сигареты, и алкоголь. Андрей понимал, что через этап самоутверждения и поиска себя проходит любой подросток, и считал, что строгой отцовской руки будет достаточно, чтобы держать мальчишку в рамках. Аня же считала, что хулиганские выходки Кости от лукавого, и зачастила в церковь, посещая службы и постоянно советуясь с батюшкой. В конце концов муж почти перестал видеть ее дома.
Еще Аня строго соблюдала посты, причем держала их по всем правилам, в результате чего и интимная жизнь супругов сошла на нет. Со всеми проблемами семьи Аня шла в общину, к своим воцерковленным друзьям, а мужу передавала их советы и рекомендации. Не все они были Андрею понятны и приятны. Недопонимание переросло в споры, начались размолвки, а потом в доме Шевцовых уже ни дня не обходилось без скандала. Наконец Андрей поставил вопрос ребром: или супруга возвращается в семью и забывает хотя бы на время о своей общине, или им пора подумать о разводе.
Анна, как ни странно, за брак держаться не стала: союз с неверующим мужем был ей неинтересен. Андрей тяжело пережил разрыв, поскольку семейный очаг всегда был его тылом и тихой гаванью, но еще хуже пришлось Косте. Он окончательно отбился от рук, связался с дурной компанией, а потом и вовсе оказался в настоящей банде. Если бы Андрей не метался между сыном и женой, если бы Аня поняла, что одними молитвами делу не поможешь и нужно просто поговорить с сыном, кто знает, может, и удалось бы отбить Костю, уберечь его.
Но случилось то, что случилось. От мелких краж ребята перешли к грабежам, потом покусились на ценности покрупнее личного имущества граждан и обнесли ювелирный магазин. Костя оказался в числе подозреваемых, за ним пришли, он бросился в бега, долго прятался, но его все-таки отыскали и должны были задержать, вот только во время задержания произошло убийство одного из полицейских. Костя был не один, и клялся, что даже не держал в руках того ножа, которым был убит молоденький лейтенант, но доказать его невиновность не смог даже неплохой платный адвокат, нанятый Андреем. На момент ограбления и убийства Косте уже исполнилось восемнадцать, и судили его по всей строгости как взрослого. Дали пятнадцать лет…
Аня после суда уехала. До Андрея доходили слухи, что она чуть ли не в монастырь собиралась, но в итоге дело ограничилось затворничеством в родительской квартире в ее родном городе. К сыну на свидания она ездить отказалась. Андрей остался один со своей бедой, а через какое-то время к ней добавилась еще одна…
***
— Почему ты не говорил мне? — спросила Нина, когда Андрей сделал паузу, прервав ненадолго рассказ.
— Не хотел тебя пугать, — ответил он с виноватой улыбкой. — И, наверное, стыдился… Да, стыдился, Нина. И теперь мне еще хуже, потому что я, получается, сына от всех прячу будто прокаженного. А ведь в том, что он по кривой дорожке пошел, есть и моя вина. Я отец. Я не доглядел, ошибся в чем-то.
— Когда это все случилось, сколько еще сидеть ему?
— Двенадцать лет прошло. Через три года выйдет, если не накосячит. Все условно-досрочные он про… — с языка Андрея чуть не сорвалось ругательство, но он удержался и лишь махнул рукой.
Нине было нестерпимо жаль и его, и незнакомую Анну, которая фанатичной религиозностью разрушила собственную семью, и их сына, обреченного провести в тюрьме свои лучшие годы. Тут она вспомнила об Алене, и сердце болезненно сжалось.
— Андрей… А кто же тогда та девушка с мальчиком в Карабаше?
Он поднял голову.
— Как ты вообще там оказалась?!
— Мы с Ликой… Андрей, я просто думала, что ты… мне… с этой вот Аленой…
— Ты и имя ее знаешь? — он вытаращил на Нину глаза. — Я даже не знаю, что сказать…
— Да скажи хоть, кто они! Я ведь думала, что ты мне с ней изменил!
— Нинка, — несмотря на драматичность момента, Андрей, казалось, едва сдерживает улыбку, — ты чего себе напридумывала?! Ой, глупая… Алена была девушкой Кости. А Матвей — их сын.
Все оказалось так просто. Нина заморгала и несколько секунд не могла произнести ничего внятного.
— То есть… то есть…
— Когда Костю посадили, я не знал, что у него были отношения. А несколько лет назад сын покаялся. Сказал, что была девушка, и он часто ее вспоминает, хотел бы увидеться, но не знает, как найти: письма возвращаются, по прежнему адресу никакой Алены нет…
— И ты…
— И я начал ее искать. Вроде и недалеко она переехала, а помучаться пришлось. Нашел в прошлом году только… Приезжаю, а у нее мальчонка. Почти двенадцать ему! Я сразу все понял, конечно.
— Двенадцать? — Нина подняла брови. — Мне показалось, ребенок помладше… У нее двое?
— Нет, — Андрей тяжело вздохнул. — Матвей с детства болеет тяжело. Алена ведь в Карабаш не по своей воле попала: она там родилась, а после появления малыша учиться не смогла, нормальной работы не нашла, вот и вернулась к своим. И ребенок с рождения кислотой почти ежедневно дышал. Ты вчера ничего не ощутила? Запах там какой, почувствовала?
— Да…
— Выбросы. Бывает, так накроет, что взрослому невмоготу, а тут ребенок. Недавно ему совсем плохо стало, врач сказал, надо госпитализировать и лечить. Я Алене денег послал, надо их оттуда вытаскивать, конечно, но она упирается. Не хочет, говорит, на шее сидеть, а я разве чужой им? Я же дед!
Андрей так разволновался, что начал активно жестикулировать и чуть не смахнул на пол чашку со стола.
Нина слушала его и ужасалась себе. Какая же она дура! Обнаружила пропажу денег со счета и вместо откровенного разговора с мужем наворотила бог знает чего, а Андрей, выходит, эти деньги отдал на лечение больного ребенка. И нет никакой измены — есть несчастный человек, не уберегший от беды сына и пытающийся теперь хоть что-то сделать для внука, которого не знал двенадцать лет!
Она села рядом, взяла мужа за руки и заглянула ему в глаза.
— Андрюша, Андрей, успокойся. Ну что ты… Мы все решим. Придумаем выход. Послушай, а что, если…
Нине на миг стало не по себе от решения, пришедшего в голову, но она тут же отогнала от себя все страхи.
— А если Алене перебраться сюда, например? Она устроится на работу, мальчик пойдет в школу, а мы им поможем…
Он ошарашенно взглянул на нее.
— Мы? Ты серьезно? Ты готова участвовать?
— А разве ты не для этого мне все рассказал?
— Нинуль, погоди, я даже не думал на тебя вешать… Просто устал таиться!
— И правильно. И молодец. Я, конечно, не знаю ни Алену, ни Матвея, но им же нужна помощь? Ты столько лет возишься с Антошкой, хотя он и не родной тебе, а тут ситуация похожая — неужели я могу не поддержать тебя с твоим внуком?
— Нинуша! — Андрей смотрел на нее с восхищением и благодарностью, и Нине даже стало неловко.
— В конце концов, — добавила она, — мне ужасно стыдно, я такое о тебе думала…
— Тебе стыдно?! — воскликнул он со смехом. — Ну тогда, может, расскажешь, как ты меня вычислила, а, мисс Марпл?
Нина смущенно опустила глаза и помялась.
— Началось с того, что… Словом, я случайно узнала, что меня хотят уволить и испугалась, что нашей заначки надолго не хватит, если я останусь без работы…
***
До поздней ночи они не спали. Нина пересказала Андрею историю рождения их с Ликой шпионского плана и призналась, что рылась в его телефоне. Он же бил себя по лбу за то, что своим молчанием доставил ей столько неприятных переживаний. Сообщила Нина и о том, что теперь увольняется на самом деле.
— Наверное, мне надо скорее искать новое место, чтобы Алене помочь, — забеспокоилась она.
— Если хочешь работать, я не против, но вообще меня повысили, — ответил Андрей. — Теперь будет в разы меньше командировок, а зарплата увеличится. Так что посиди пока дома, отдохни.
— Когда ты скажешь ей о нашем предложении?
— Завтра же. Матвею предстоит лечение, и я надеюсь, она еще не перевела деньги в челябинскую клинику. Подыщем что-то у нас в городе.
Он опять пристально посмотрел на Нину и спросил:
— Ты точно уверена? Это же двое посторонних тебе людей.
— Андрей, я хочу помочь, — просто ответила Нина. — Видишь, я же не даю опрометчивых обещаний, что сразу и навсегда их полюблю. Но тебе, моему мужу, нужна помощь. И ты можешь на меня рассчитывать. Вот в этом я уверена!
***
Утром Андрей бросился звонить Алене. Разговор длился довольно долго: она, судя по всему, сопротивлялась, не желая становиться обузой для какой-то чужой женщины, но дискуссия завершилась победой Андрея, и он радостно возвестил:
— Нинуша, она согласна!
— Когда смогут приехать?
— Я сам их привезу. Прямо после работы сегодня. Правда, вернемся уже совсем поздно…
— Нечего ночью разъезжать! — возразила Нина. — Переночуй там и утром приедете. Это ведь возможно?
— Конечно, я так уже делал… — Андрей снова виновато покосился на жену, и она укоризненно покачала головой. Балбес! Такой серьезный, умный человек — и устроил партизанщину. Впрочем, они оба хороши. Ох, и посмеется Лика, когда узнает!
Вдруг Нина вспомнила про Оленьку и ее планы привезти Антона на выходные. Стоит ли знакомить мальчиков сейчас? Тем более между ними четыре года разницы, а еще увлечение Тошки компьютерными играми… Есть ли компьютер у Матвея?
— Конечно, есть, — кивнул Андрей. — Но он его не очень жалует — книги больше любит.
— Вот бы он Антошу в чтении потренировал, — задумчиво проговорила Нина.
Она нервничала весь день, представляя, как пройдет ее встреча с Аленой и Матвеем, как примет мальчика Антон. Звонок Оленьки застал Нину за чисткой картошки для ее коронного пирога.
— Мамуля, мы с Антошей начинаем собираться.
— Все в силе, жду вас, — ответила Нина и добавила: — А завтра будет для него сюрприз.
— Какой? — беспечно спросила дочь, и Нина кратко пересказала ей грустную историю Андрея.
Оленька сначала долго молчала в трубку, а потом осторожно уточнила:
— То есть к вам приедет женщина с ребенком, чей отец сидит за убийство? Сын твоего замечательного мужа — убийца?
— Оля! — ахнула Нина, отложив в сторону нож и недочищенный клубень. — Я же тебе только что рассказала, как все было.
— Ты повторила слова Андрея, а кто знает, как на самом деле? Может, они там все…
— Что они все? Оля, ты что говоришь такое?
— Мама, — голос Оли зазвучал по-новому, таких интонаций в ее голосе Нина еще не слышала, — я думаю, что Антон поедет с нами, так что отбой.
— Подожди, так ты не привезешь его сегодня?
— Нет, — холодно прозвучало в трубке.
Нине неприятно было слышать это, а тем более сознавать, по какой причине дочь передумала везти внука к бабушке. Не зря Андрей скрывал, что его сын в тюрьме. Люди не хотят разбираться: слышат, что Костю осудили за убийство, и делают выводы, “за компанию” приговаривая всех, кто ему близок, включая маленького сына! Наверняка, Андрей не раз сталкивался с подобным, вот и предпочел ничего не говорить Нине. Бедный…
Зазвонил телефон. Поглядев на экран, Нина ахнула: Лика! Она же совсем позабыла о ней и даже не рассказала о том, что узнала от Андрея.
— Ликуша, привет! — начала она, поднеся мобильник к уху.
В ответ послышались сдавленные рыдания:
— Нина, я ушла от Генки. Я их застукала и… и… и…
— Немедленно приходи! — потребовала Нина. — Или скажи, где ты, я сама приеду.
Лика явилась через двадцать минут, зареванная и растрепанная.
— Ты что, за руль в таком состоянии села?! — испугалась Нина, но та помотала головой.
Потребовалось время, чтобы усадить и успокоить Лику, и уже с чашкой горячего чая в руках она рассказала, наконец, что произошло.
— Я просто пошла на кафедру, ну… разведать… А они там. Не ожидали меня! Дверь заперли, но у меня же ключи, а я не думала… Генка уже вот прямо… штаны спустил… И эта… грудь выложила… И ты знаешь, грудь-то так себе!
На этом месте Нина не смогла сдержать улыбку, представив картину, описанную Ликой. Хоть и грустно все это было, зато теперь ситуация перестала быть двусмысленной, и Лике тоже придется принимать решение.
— А чего тут думать? — пожала та плечами. — Генка даже и не пытается притвориться, что это у него несерьезно. Сказал мне: “Что хочешь, то и делай, я подстроюсь”. То есть он готов и дальше любовниц держать при живой жене. Ему нормально, понимаешь?! А я так не могу, нет! Разведусь! Сын поймет, я уверена…
— И правильно, — тихо сказала Нина.
Лика даже носом шмыгать перестала от удивления и изумилась:
— Ты одобряешь развод?!
— Лика, как в такой ситуации иначе? — Нина развела руками.
— А сама что? Говорила вчера с Андреем?
— Говорила.
— И молчишь! Что-то ты спокойная больно…
Нина наполнила почти пустой чайник водой и снова включила его.
— Сейчас вода закипит, заварю тебе свежий чай, и все узнаешь!
— Так-так-так! — Лика утерла последние слезинки. В глазах загорелся знакомый огонек любопытства, вся она подобралась и приготовилась слушать.
Но стоило Нине открыть рот, чтобы начать, раздался звонок мобильного. Номер высветился незнакомый, и Лика предостерегающе замахала руками:
— Не бери, мошенники или спамеры!
— Да нет, — с сомнением ответила Нина, — у меня телефон сигнализирует, когда спам… Слушаю!
— Добрый день. Нина Григорьевна? — раздался низкий чуть поскрипывающий голос.
Тембр Нине показался знакомым, но прежде чем она сообразила, когда и где слышала его прежде, собеседница представилась:
— Платонова Эльвира Вениаминовна. Мы с вами встречались на прошлой неделе во время аудита…
ПРОДОЛЖЕНИЕ 👇
А я просто напомню, что лайки 👍, комментарии 💬 и подписка ✍ничего вам не стоят, но приятны автору и помогают продвижению канала 🤗 🌹