ЗДЕСЬ 👉 НАЧАЛО ИСТОРИИ
Марина, стоявшая у стойки, замерла с блокнотом в руках. Я почувствовала, как по спине побежали мурашки. Это был не звонок — это был выстрел. Прицельный, тихий, сделанный с улыбкой.
Клиентку звали Алиса. Она выбрала самый дорогой пакет услуг на весь день. Пока её ввели в процедурный кабинет, она обвела взглядом интерьер, оценивающе, как смотрят на чужую квартиру, которую присматривают для покупки.
— Аня, это же… — начала Марина, но я резко покачала головой. Стены, возможно, имеют уши, а уж тем более — тонкие перегородки.
Вечером, когда последний клиент ушёл, мы собрались в крохотном кабинете управляющей.
— Это месть, — сказала Катя глухо, сжимая стакан с водой так, что пальцы побелели. — Публичная, изощрённая. Прислать свою новую пассию ко мне в салон
— Не только месть, — возразила я, листая распечатку с данными о новой записи. — Посмотри. Она записалась не просто так. На «комплексное преображение». Это шесть часов процедур, три разных специалиста. Цена — под сотню тысяч. Она будет здесь целый день. Будет всё рассматривать, со всеми болтать. Это разведка.
— Зачем ему разведка? Он же всё отозвал! Суд закрыт!
— Салон остался у тебя, Кать. Целиком и полностью. Для такого человека, как Сергей, это не финал. Это незакрытый гештальт. Или… новая возможность.
В ту ночь мы с Катей не спали. Мы перелопатили всё, что знали о Сергее за десять лет. Он не был мстительным психопатом из триллера. Он был расчётливым прагматиком. Каждое его действие имело цель, обычно материальную. Что он мог хотеть теперь?
— Новый бизнес? — предположила Катя. — Увести моих мастеров? Переманить базу клиентов?
— Слишком мелко и сложно. У него другие масштабы после раздела имущества. Нет, тут что-то другое.
Утром Алиса пришла ровно к десяти. Она была очаровательна, вежлива и разговорчива. Слишком разговорчива.
— О, какой у вас уют! Серёжа так и говорил — у Кати безупречный вкус. Жаль, только в бизнесе она ему не доверяла… — она сделала паузу, ловя реакцию мастера по маникюру. Та молча опустила глаза к лаку.
— Вы давно с Сергеем? — спросила я, подавая ей чай. Моя роль «администратора» была прикрытием.
— О, несколько месяцев уже! Он такой… вдохновляющий. Столько идей! Говорит, теперь, когда освободился от балласта, готов реализовать старую мечту. Открыть свою сеть эстетических центров. Но не такие камерные, конечно, — она обвела взглядом зал, — а премиум-класса. С инвестициями.
И тут всё сложилось в чёткую, мерзкую картинку. Инвестиции. Сеть. Освободился от балласта. Сергей не хотел мстить. Он хотел продать. Продать идею инвесторам. А для этого ему нужен был работающий, красивый, узнаваемый актив. Идеальный прототип. И этот актив был у Кати. Но просто так отобрать его он уже не мог. Значит, нужно было его… скомпрометировать. Или создать видимость партнёрства.
— Он использует мой салон как живой пример для своих презентаций, — прошептала Катя, когда Алиса ушла в кабинет на массаж. — «Вот, смотрите, я развивал этот проект, он прибыльный. Давайте деньги, я сделаю таких десять». Или хуже…
— Хуже?
— Он может пытаться втереться в доверие к моим поставщикам, арендодателю… Создать параллельные переговоры. Посеять сомнения.
Нам нужны были доказательства. И они пришли откуда не ждали. Через два дня позвонил старый знакомый, Игорь, работавший в коммерческой недвижимости.
— Кать, привет. Слушай, тут ко мне коллега обращался. Интересуется помещением в твоём же бизнес-центре, этажом выше. Для «пилотного проекта сети премиальных спа». Прислали пример дизайна и концепцию… Они твой брендбук как образец использовали, я тебя сразу узнал. Это твои новые партнёры?
Катя побледнела. Брендбук — это конфиденциальный внутренний документ, свод правил, фирменных цветов, миссии. Его не выносили за пределы салона.
— Нет, Игорь. Это не мои партнёры. Спасибо, что предупредил.
В её ноутбуке мы быстро нашли следы. Файл с брендбуком был переслан с её рабочей почты… на её же личный ящик, которым она не пользовалась годами. А оттуда — на адрес, принадлежащий, как показал быстрый поиск, офшорной компании. Сделано это было за месяц до развода. Сергей готовил плацдарм для отступления. Или для наступления.
Теперь у нас было что-то более существенное, чем подозрения. Кража интеллектуальной собственности, попытка недобросовестной конкуренции. Но идти с этим в полицию снова было долго и муторно. Нужен был ход, который ударил бы точно в цель — в его новую, блестящую авантюру с инвесторами.
Идею подсказала сама Алиса своим поведением. Она была не злой гениальной сообщницей, а… впечатлительной девочкой на побегушках. Хотела быть рядом с «успешным мужчиной», купаться в отражённом свете его «грандиозных планов».
— Что, если она не в курсе всех деталей? — сказала я. — Что, если Сергей кормит её сказками про «собственную сеть», не рассказывая, что концепцию и наработки он просто украл у бывшей жены?
Мы разработали простой план. В день следующего визита Алисы я, как администратор, «случайно» завела с ней разговор о том, как тяжело создавать бизнес с нуля.
— Вы знаете, Катя десять лет назад начинала в подвале, с одной лампы для маникюра. Весь этот фирменный стиль, эти авторские методики ухода — она сама выстрадала, каждую деталь продумывала. Даже этот оттенок лаванды в ароматерапии — это запах из её детства, из бабушкиного сада.
Я видела, как в глазах Алисы мелькнуло искреннее любопытство и… лёгкое смущение.
— Серёжа говорил, что это была их совместная идея…
— Сергей появился, когда салон уже три года как работал и имел имя, — мягко, но точно поправила я. — Он помогал, конечно. Но авторство — её. Жаль, что сейчас некоторые пытаются переписать историю ради инвестиционных презентаций.
Я не назвала имён. Не обвиняла. Просто посеяла зёрна сомнения в благопристойности картины, которую нарисовал её «Серёжа».
Эффект превзошёл ожидания. Через неделю Кате позвонила рыдающая Алиса.
— Катерина, я… я не знала! Он сказал, что вы были просто администратором, а идея и концепция — его! Я сейчас смотрю эти его бумаги для инвесторов — там прямые цитаты из вашего сайта! Я чувствую себя такой дурой!
Катя, к своему удивлению, не почувствовала торжества. Ей стало жалко эту девочку.
— Алиса, вы ни в чём не виноваты. Вы стали его следующей… распиской. Только на этот раз не на бумаге, а в живую. Он вписал вас в свой новый проект как декорацию. Будьте осторожнее.
На следующий день в салон пришла экспресс-доставка. Конверт. В нём — флешка и листок. На флешке — папка с файлами инвестиционной презентации Сергея, где салон «У Катерины» фигурировал как «пилотный проект, разработанный под моим руководством». А на листке — детали его встреч с двумя потенциальными инвесторами на следующей неделе. Алиса решила искупить вину. По-детски, прямо.
Теперь у нас была не кража брендбука, а готовый состав для заявления о мошенничестве при привлечении инвестиций. Но Катя положила флешку в стол.
— Я не хочу. Я устала от войны.
— Кать, он не остановится.
— Я знаю. Поэтому я сделаю иначе.
Она не пошла в полицию. Она сделала три звонка. Первый — арендодателю, с которым у неё были дружеские отношения. Второй — ключевому поставщику профессиональной косметики. Третий — в крупнейшее отраслевое сообщество в городе.
Она не жаловалась и не обвиняла. Она просто, как коллега, предупредила: «Будьте, пожалуйста, внимательны к переговорам с Сергеем Соколовым, моим бывшим супругом. Он использует данные моего бизнеса без моего согласия в своих коммерческих презентациях. Я не несу ответственности за его проекты и заверения».
В бизнес-среде, построенной на репутации, это сработало лучше любого иска. Арендодатель «внезапно обнаружил технические проблемы» с помещением, интересовавшим Сергея. Поставщик запросил у него гарантийные письма и подтверждения прав на использование брендинга. А в сообществе пошёл тихий, но цепкий слушок.
Инвестиционная встреча Сергея сорвалась. Один инвестор перенёс, второй вообще перестал выходить на связь.
На этот раз звонок раздался Кате. Голос Сергея был другим — не масляным, а сдавленным, полным бессильной ярости.
— Довольна? Разрушила последнее, что у меня было.
— Я ничего не разрушала, Сергей. Я только защитила то, что построила сама. Ты пытался превратить мою жизнь в расписку. Но я её уже выкупила. Обратно. И больше не продаю.
Он бросил трубку. В тишине салона пахло лавандой и покоем. Победа была не громкой. Она была тихой, как щелчок замка на двери, за которой остался чужой кошмар.
Катя посмотрела на меня.
— Знаешь, самое страшное? Я до сих пор иногда просыпаюсь и ищу эти расписки. Боюсь, что они снова появятся. В новом виде.
— Они будут появляться, — сказала я. — Просто теперь у тебя есть антидот. Не доверяй бумажкам. Доверяй только тому, что построено твоими руками.
А на следующий день в салон записался новый клиент. Молодой адвокат, специалист по интеллектуальному праву. Сказал, что слышал историю про «уникальный случай с брендбуком» и хочет предложить услуги по юридическому аудиту бизнеса.
Жизнь, казалось, возвращалась в нормальное русло. Но в углу монитора Катиного компьютера уже мигал значок нового письма. Отправлено с незнакомого домена. Тема: «По поводу нашего общего прошлого».
КОНЕЦ
-------------
ЗДЕСЬ 👉 НАЧАЛО ИСТОРИИ
СПАСИБО ЗА ПРОЧТЕНИЕ, ДРУЗЬЯ! 💖
ПОДПИШИТЕСЬ НА КАНАЛ, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ!💖