Предыдущая часть:
Первое время Галина навещала мужа, привозила продукты. Она жалела его. Но Владимир с каждым посещением становился всё мрачнее и недоверчивее.
— Галя, что это у тебя? — спросила её подруга, когда женщина вернулась после очередного свидания. Под глазом Галина красовался синяк.
— Это Вова сделал, — женщина расплакалась. — Он ударил меня. Опять стал выспрашивать, не изменяю ли я ему. Не поверил, начал допытываться, почему реже стала ездить в последнее время. Я ему объясняю, что приходится много работать, ведь теперь и дом, и сын на мне, от него-то никакой помощи. А он разозлился...
— И вот, Галя! — всплеснула руками Светлана. — Неужели ты и после этого снова поедешь к нему? А что будет с тобой, когда он вернётся? Вова и так не отличался спокойным характером, а после отсидки вообще зверем станет. Беги от него, пока не поздно. Тюрьма ещё никому на пользу не пошла.
— Да я и сама понимаю. Не изменится он. Я его боюсь, но больше всего боюсь за сына.
— Что ты собираешься делать?
— Подам на развод, продам квартиру. Он на неё никаких прав не имеет, она мне от бабушки досталась по наследству ещё до замужества. Перееду в другый район, чтобы он нас не нашёл.
Галина так и сделала. К мужу больше не ездила, хотела забыть о нём. Она изо всех сил старалась компенсировать сыну отсутствие отца. *Надо любить его за двоих*, — думала женщина. *А это значит, нужно давать больше, чем дают другие родители*. Галина для своего мальчика ничего не жалела.
— Игорёк! — радостно сообщала мать, усаживая сына за ужин. — Я сегодня такое мясо приготовила, очень вкусно получилось. Попробуй!
— Спасибо, мама.
Он брал вилку и ел. Мать с обожанием смотрела, как её сынок кушает. Умяв одну тарелку, мальчик попросил добавки и вдруг спохватился.
— Ой, я, кажется, всё съел. А как же ты?
— Ничего, Игорь, я не голодна. Главное, чтобы ты у меня был сыт.
Ей пришлось довольствоваться гарниром, но она не обижалась на сына — лишь бы он был доволен.
— Мама, учительница предложила поехать на экскурсию. Конечно, едут не все, но я ведь могу сказать, что поеду. Ты дашь денег?
— Конечно, дорогой, — улыбнулась Галина, а про себя огорчённо подумала: *Ну вот, опять непредвиденные расходы, а я собиралась купить себе туфли... Ну да ничего, туфли подождут. Игорь должен поехать на экскурсию, мы не можем оказаться в списке тех, кто отказался*. Она внесла необходимую сумму без сожаления.
— Галя, — увещевала её подруга, — нельзя во всём ему потакать. Он не научится ценить то, что имеет. Ты не можешь ему ни в чём отказать. Ты о себе когда начнёшь думать? Где новые туфли, о которых ты мне рассказывала? Ты же хотела их купить.
— Да бог с ними, — беззаботно улыбалась Галина. — Я и в старых прохожу. Зато Игорь поедет на экскурсию! Он так интересно рассказывает о каждой поездке. Я очень горжусь им и радуюсь, что он такой маленький, а уже столько повидал. Их классу повезло с учителем, она их каждые каникулы куда-нибудь вывозит.
— Ты ничего не замечаешь? Твой сын выучил всего одно слово: «Дай». Он уже не благодарит тебя, только требует. А что дальше? Игрушки в детстве покупала самые дорогие, теперь вся комната в них завалена. Он на них и не смотрит даже. Так вырос мальчик…
Галина искренне не понимала, почему Светлана сердится на неё. *Ах да, мальчик вырос, теперь игрушки стали дороже. Гаджет ребёнку захотелось — мама тут же в магазин бежит и покупает тот, на который сынок указал. Не пробовала ему напомнить, что деньги на голову не сыплются? Впрочем, какое ему дело до тебя? Только рад, когда ты на работе — никто не мешает гаджетом заниматься.
— Свет, ты несправедлива к Игорю. Он ребёнок, ему всё интересно.
— Я несправедлива? Он не знает, чего стоит для мамы одевать его модно и кормить вкусно. Уверена, даже не догадывается, что ты не доедаешь, чтобы лучший кусок ему отдать. У тебя даже нет приличного платья, чтобы, к примеру, в ресторан пойти.
— А зачем мне идти в ресторан? — пожимала плечами Галина. — Я и дома могу вкусно поесть. Не понимаю тех, кто тратит деньги на дорогие рестораны.
— Вот-вот. Ты всегда рассуждаешь с точки зрения экономии. Конечно, зачем тебе новое платье, если всё равно никуда не пойдёшь? Ни в театр, ни в ресторан, ни в галерею… Так нельзя. Ты не любишь себя. Ты вообще думаешь о себе?
— Я люблю сына, — виновато улыбнулась Галина. — Свет, ведь никому не придёт в голову сказать, что у Игоря нет отца. Я всем его обеспечиваю, и мой сынок растёт счастливым. Я об этом и мечтала, и больше мне ничего от жизни не надо.
Светлана тяжело вздыхала.
— Ох, подруга, что должно произойти, чтобы ты перестала жить за Игоря и для Игоря, а наконец подумала о себе? Может, тебе замуж выйти? Вот и будет у Игорька отец, который научит его, как мать любить и ценить.
— Что ты! — замахала на подругу руками Галина. — Никогда не нужен мне мужчина. Хватит, нажилась и натерпелась. Да и разве он сможет полюбить Игорька как родного? Это исключено. Буду благодарна, если ты больше не станешь заводить со мной разговоры на эту тему.
— Ты не понимаешь, от чего отказываешься. Ведь тогда тебе не придётся жилы рвать, чтобы одной сына тянуть.
Галя не умела жить по-другому. Работала по двенадцать–четырнадцать часов в сутки, отказывала себе во всём, даже порой в необходимых лекарствах. Старалась изо всех материнских сил, лишь бы её мальчик ни в чём не нуждался.
— Мам, мне нужны новые кроссовки, — с лёгкостью заявил в очередной раз Игорь, словно для матери ничего не стоило купить ему обновку.
— Конечно, Игорь, дорогой мой, в эти выходные обязательно купим, — говорила в ответ Галина, считая для себя абсолютно нормальным без возражений исполнять любое его желание.
Подруга опять пыталась образумить её.
— Почему ты идёшь опять на поводу у этого мелкого попрошайки? Его старые кроссовки прекрасно выглядят, в них не стыдно появиться на людях. Зато ты ходишь в старых растоптанных туфлях. Ты женщина, ты обязана хорошо выглядеть. Немедленно откажи ему и пойди купи для себя хоть что-то!
— Мне и так сойдёт, — слабо защищалась от нападок Светланы Галина. — Пусть ребёнка порадуется, для чего ещё нужна мать?
И она вела сына в магазин. Игорь выбирал самую дорогую модель, не задумываясь, потому что знал — мама всё оплатит.
— Мама, — начал он недели через две, — я хочу новый телефон.
— Сынок, дорогой, а подождать нельзя? — извиняющимся тоном спросила мать. — У нас кран течёт, смеситель менять надо, а он недешёвый. Обувь у меня осенняя совсем рваная, промокаю насквозь, хотела тоже поменять. Может, в следующем месяце купим тебе телефон? А у тебя же сейчас хороший, работает, как положено. Потерпи немного, не сердись, сынок.
— Мам, он уже не в моде, — назидательно ответил сын. — Посмотри, с чем все нормальные пацаны ходят. Я же не могу быть хуже других. Что обо мне подумают? Смеяться будут.
Игорь хорошо знал, куда бить, чтобы мать сдалась.
— Хорошо, сынок, хорошо, — вздыхала Галина. — Купим на этих выходных.
Игорь вприпрыжку бежал с матерью в магазин, долго и тщательно выбирал себе новый телефон, вместо которого можно было бы купить для мамы несколько пар туфель и несколько смесителей на кухню.
— Ну что, — осуждающе качала головой подруга, глядя, как из крана в раковину монотонно капает вода. — Опять не смогла отказать своему сыночку. Глупая, ты думаешь, он оценит твои жертвы? Да ему плевать на тебя. Ты нужна ему, пока оплачиваешь его покупки. А ты попробуй отказать. Он должен выучить и второе слово в своей жизни: «Нет».
— Да не беда, — оправдывалась любящая мать. — В следующем месяце куплю смеситель, не проблема.
— А обувь? Осень на дворе. Сколько ещё ты будешь ходить в дырявых сапогах? Пока с простудой не сляжешь. Надеешься, он за тобой ухаживать станет? Как бы не так.
— Свет, я потерплю. Зато сын перед одноклассниками может похвастаться новеньким телефоном. Что в этом плохого? Вспомни себя в его возрасте. Разве тебе не хотелось показать перед одноклассниками своё превосходство? Они же подростки, их хлебом не корми — дай покрасоваться.
— Лучше бы он своё превосходство демонстрировал в учёбе, — ворчала подруга.
— Игорь учится, как может.
— Ага, не слишком старается.
На следующий же день Игорь явился в школу с новеньким гаджетом. Он специально выложил телефон на парту, чтобы все его заметили.
— Ух ты! — друзья обступили приятеля. — Последняя модель! Круто! Это же каких деньжищ стоит. Можно посмотреть? Как это тебе разрешили с ним в школу прийти? Мои бы родители ни за что не позволили его с собой притащить.
— Подумаешь, — снисходительно ответил мальчик, хотя его распирало от гордости. — Не такой уж и крутой. Просто не было модели, которую я хотел. Вообще могу менять телефон хоть раз в год. Мне мама любое купит, если попрошу.
— Мне бы таких родителей! — воскликнул кто-то. — А кто у тебя отец?
— Отец? — удивился Игорь.
— Да нет у него отца, — сказал кто-то. — Он безотцовщина. Кто же тебе деньги даёт?
— Мама, — ответил Игорь. — У меня мама хорошо зарабатывает, ничуть не меньше ваших родителей.
— Круто. У меня мама дома сидит, с младшими нянчится. Она бы ни за что не купила мне такой телефон, сколько бы я ни просил. Игорь, а может, тебе отец наследство оставил? Вдруг он у тебя каким-нибудь богатым человеком был?
— Не знаю. Я вообще ничего о нём не знаю. Мы с мамой вдвоём живём.
— Ты что, никогда мать не спрашивал о нём?
— Нет, — озадаченно ответил мальчик. — Мама ничего не рассказывала.
— Так ты спроси, почему она тебе о нём никогда не рассказывает. Может, скрывает какую-то тайну? Куда он делся? Испарился! — засмеялись приятели. — Или к другой женщине ушёл. Вон у Машки родители развелись, потому что отец их бросил.
Вечером, едва Галина вернулась с работы, Игорь спросил напрямую:
— Мама, кто мой отец? Почему ты никогда не говоришь о нём? Я хочу знать, почему вы развелись. Он бросил нас? Почему?
Галина Петровна не была готова к такому разговору. Она понимала, что однажды всё равно придётся с сыном объясниться, но успокаивала себя тем, что Игорь пока маленький, а когда подрастёт — она найдёт, что ему сказать. Сын вырос слишком быстро. Теперь мать нервно соображала, как правильно ответить. В конце концов, она решила соврать.
— Игорёк… — она замялась. — Твой отец бросил меня, когда узнал о беременности.
— Почему? Он не хотел ребёнка?
— Понимаешь, всё не так однозначно. Твой отец мечтал стать военным лётчиком. Ему показалось, мы помешаем его карьере. Семья — это большая ответственность. Он испугался, оказался не готов стать отцом и мужем, поэтому ушёл. Ты не думай, он ушёл не из-за тебя.
— Как ты могла сойтись с таким человеком? — возмутился Игорь. — Неужели не понимала, что нельзя заводить детей от кого попало? Это не он испугался ответственности, это ты безответственно поступила! Ты хотела его удержать?
— Прости меня, сынок…
Галина уже была не рада, что поддалась сиюминутному порыву и не сказала правду.
— Я тогда была слишком молода, не умела разбираться в людях. Я любила его, мне казалось, мы будем вместе всегда. Так бывает в жизни, сынок. Зато у меня есть ты.
Она протянула руку, хотела погладить его по голове, но Игорь увернулся. Он смотрел на неё со злостью.
— Мам, вот как можно заводить детей, не разбираясь в жизни, в людях? Разве ты не знала о последствиях? О своём ребёнке ты не думала, как мне жить! Я расту без отца, меня некому учить жизни, не с кем ходить на рыбалку, некому даже научить меня за себя постоять. Ты же этого ничего не умеешь!
— Извини, сынок, — ответила мать, и по её щеке потекла слеза. — Но ведь у тебя есть я.
— Извини… Теперь уже поздно извиняться. А ты? На какую жизнь ты меня обрекла? У меня нет отца, я брошенный ребёнок, безотцовщина!
— Но, сынок… — мать попыталась улыбнуться сквозь слёзы, протянула к нему руки. — Ты не брошенный. Ты мой самый любимый сынок. Неужели нам плохо с тобой?
— У меня нет отца, и ты в этом виновата! Уж лучше бы я не родился!
Со злостью бросил Игорь матери в лицо и рванул к дверям.
— Тогда меня не дразнили бы безотцовщиной!
Продолжение :