Марина сидела на стуле посреди собственной гостиной и не понимала, как это произошло. Вот только что был обычный субботний вечер, она работала над проектом загородного дома для заказчиков из Подмосковья, пила чай и думала, что надо бы разморозить курицу к ужину. А потом позвонили в дверь.
Свекровь стояла на пороге с тем самым выражением лица, которое Марина за четыре года брака научилась безошибочно распознавать. Губы поджаты, глаза чуть прищурены, голова слегка наклонена вбок. Это означало неприятности.
- Мариночка, ты одна? Игорь еще на работе?
- Да, Тамара Николаевна, проходите.
Свекровь прошла, не снимая туфель, хотя обычно педантично переобувалась. Это тоже был знак. Она села на диван, сложила руки на коленях и посмотрела на Марину тем взглядом, каким смотрят на провинившегося ребенка.
- Я хотела поговорить. Просто поговорить, не пугайся.
Марина села напротив, чувствуя, как внутри что-то сжимается.
- У меня пропала брошь. Бабушкина, с аметистами. Ты ее видела, я показывала на юбилее.
- Помню. Красивая брошка.
- Да, красивая. И дорогая. Не в деньгах дело, конечно, но это память. Бабушка носила ее всю жизнь.
Марина молчала, еще не понимая, к чему этот разговор.
- Я ее искала везде. И вспомнила, что в последний раз надевала, когда вы к нам приходили. В прошлое воскресенье.
- И что? - Марина удивленно подняла глаза, не понимая к чему этот разговор.
- Ничего. Я просто хочу спросить. Ты ее случайно не брала посмотреть? Может, забыла вернуть? Я же не обвиняю, я просто спрашиваю, - свекровь взглянула исподлобья.
Вот оно. Марина почувствовала, как кровь отливает от лица. Четыре года она жила рядом с этой женщиной, ела за одним столом, принимала подарки на дни рождения, выслушивала советы о том, как правильно варить борщ и гладить рубашки мужу. И вот теперь эта женщина сидит в ее доме и спрашивает, не украла ли она брошь….
- Нет. Я не брала вашу вещь.
- Хорошо, хорошо. Я верю. Просто надо разобраться, ты же понимаешь, брошь сама не могла уйти.
В дверь позвонили, Игорь вошел быстро, на ходу стягивая куртку.
- Мама позвонила, сказала, это важно.
Он взглянул на Марину, потом на мать. И не подошел к жене, встав рядом со матерью, как будто они были одной командой.
- Маришка, мама говорит, брошь пропала. Ты точно не видела ее?
- Я не брала.
- Да никто не говорит, что ты брала! - Игорь повысил голос. - Просто могла видеть, куда мама ее положила, к примеру.
- Я была в гостиной. В спальню вашу не заходила, - Марина отвернулась от парочки.
Свекровь вздохнула, театрально и протяжно.
- Ну вот, опять ты обижаешься. Я же по-хорошему спрашиваю. Мы же семья, нам нечего скрывать друг от друга.
Снова раздался звонок. На этот раз пришла Света, золовка, с мужем Виталием. У Светы был вид судьи, который заранее вынес приговор, но соблюдает формальности.
- Мам, мы пришли. Нашла?
- Нет еще.
Марина встала.
- Подождите. Что здесь происходит? Вы что, собрались все вместе, чтобы допрашивать меня?
- Какой допрос, Марина? - Виталий усмехнулся. - Просто семейный разговор, сядь, пожалуйста, и не нервничай.
- Маришка, правда, сядь, - Игорь взял ее за руку и усадил обратно на стул. - Давай спокойно во всем разберемся.
Она сидела на этом стуле, а вокруг стояли четыре человека, которые называли ее семьей. И смотрели так, словно она уже призналась.
- Знаешь, - сказала Света, - если ты взяла посмотреть и забыла положить, это не страшно. Бывает. Просто скажи, где она и все.
- Я не брала, еще раз повторить?
- Хорошо, хорошо. - Свекровь подняла руки в примирительном жесте. - Давай тогда просто поищем вместе. Чтобы снять все вопросы. У тебя же есть шкатулка с украшениями? И сумку можно твою посмотреть? Ту, с которой ты к нам приходила?
Марина почувствовала, как горло перехватывает. Ей предлагали обыск. В ее собственном доме, в квартире в которую она вложила все деньги от проданной бабушкиной комнаты. Ей предлагали открыть сумку и шкатулку, чтобы доказать, что она не воровка.
- Мариш, ну правда, чего ты? - Игорь говорил мягко, примирительно, и от этого было еще хуже. - Если тебе нечего скрывать, покажи сумку и шкатулку. И все, вопрос закрыт.
Она молча встала, прошла в спальню, принесла шкатулку с украшениями. Открыла. Там лежали ее серьги, подаренные мамой на совершеннолетие. Тонкая цепочка от бабушки. Обручальное кольцо, которое она снимала на ночь.
Свекровь наклонилась, внимательно разглядывая содержимое.
- А сумка?
Марина принесла сумку. Вытряхнула на стол кошелек, ключи, помаду, упаковку салфеток.
- Вот. Смотрите.
Света заглянула во все кармашки, проверила подкладку. Виталий стоял рядом и кивал.
- Ну вот видишь, мама, здесь ничего нет.
Свекровь нахмурилась.
- Странно. Куда же она делась тогда?
Они сидели еще полчаса, обсуждали, куда могла деться брошь. Вспоминали, кто еще приходил к свекрови за последнюю неделю: почтальон, соседка. Марина сидела молча, все еще не веря, что это происходит с ней.
Свекровь качала головой и повторяла, что брошь точно лежала в шкатулке на комоде.
И вдруг она замерла.
- Погодите. Сантехник. На той неделе приходил сантехник, кран чинить. Я еще подумала - чужой человек в доме, и все украшения перепрятала. Куда же я их положила?
Она прижала ладонь ко лбу, вспоминая.
- В пальто. Во внутренний карман своего пальто. Точно!
Свекровь вскочила и почти выбежала в прихожую. Все молча слушали, как она роется в шкафу.
- Вот она! - радостный крик из коридора. - Нашла! В пальто была, в кармане!
Свекровь вернулась в комнату, сияя. На ладони лежала брошь с аметистами.
- Представляете, я сама ее туда положила и забыла! Вот голова садовая!
Света рассмеялась облегченно.
- Ну слава богу! А то я уж думала, придется полицию вызывать.
- Какую полицию! - свекровь махнула рукой. - Все хорошо, что хорошо кончается. Теперь все ясно. Давайте чай пить? Игорь, у вас есть что-нибудь к чаю? Или пусть Виталик сбегает за тортом по такому случаю?
Они стояли посреди ее гостиной, улыбались и обсуждали торт, который надо купить.
Как будто ничего не произошло. Как будто не было этого часа, когда она сидела на стуле и доказывала, что не воровка. Как будто ей не пришлось вытряхивать сумку и открывать шкатулку перед людьми, которые уже вынесли приговор.
Никто не сказал: прости. Никто не сказал: мы были неправы. Свекровь уже набирала номер телефона.
- Алло, Зина? Нашлась брошь! Представляешь, сама положила в пальто и забыла. Да, бывает. Да, у Марины сейчас сидим, чай будем пить.
Игорь подошел к жене и обнял ее за плечи.
- Ну вот видишь, все хорошо. Чего ты такая напряженная? Расслабься, нашлась же брошка-то.
Марина посмотрела на него. На человека, за которого вышла замуж четыре года назад. На человека, который не встал рядом с ней. Который попросил ее открыть сумку. Который сейчас улыбался и говорил: все хорошо.
Она молча освободилась от его рук. Прошла в спальню, достала из шкафа рюкзак. Положила туда ноутбук, паспорт, документы на машину.
- Маришка, ты чего? - Игорь стоял в дверях. - Ты куда собираешься?
Она не ответила. Надела куртку, взяла ключи от машины.
- Марина! - голос свекрови из гостиной. - Куда же ты? Виталик уже за тортом побежал!
Она вышла из квартиры, не оглядываясь. Спустилась по лестнице, села в машину. Руки не дрожали, но внутри было пусто и тихо.
Телефон зазвонил, когда она выезжала со двора. Игорь. Она сбросила вызов. Потом позвонила свекровь. Потом Света. Она выключила телефон.
***
Катя работала юристом по семейным делам. Она не стала говорить Марине: может, помиритесь. Она просто попросила рассказать все с самого начала.
Марина рассказала. Про ключи от их квартиры, которые свекровь раздала всем родственникам. Про то, как Тамара Николаевна приходила без предупреждения и проверяла холодильник. Про намеки, что Марина сидит дома и ничего не делает, хотя Марина работала полный день, просто удаленно. Про первоначальный взнос за квартиру - ее деньги, от бабушкиной комнаты, - и про то, что квартира оформлена на Игоря. Он тогда сказал: так проще, какая разница, мы же семья.
- Семья, - повторила Катя. - Знаешь, что меня больше всего поражает? Они даже не понимают, что сделали. Для них это правда было недоразумение. Маленькое такое, бытовое. Нашлась брошь, давайте чай пить.
- Никто не извинился.
- Конечно. Потому что они не считают, что виноваты. Они же не обвиняли, они просто спрашивали. Правда?
Марина кивнула.
- Слушай меня внимательно. Квартиру оформляли в браке?
- Да.
- Первоначальный взнос на твои деньги?
- Да. Я могу доказать, у меня есть договор о продаже бабушкиной комнаты.
- Тогда у тебя хорошие шансы. Это твое вложение, оно учитывается при разделе.
***
Той ночью Марина вспоминала последние четыре года. Первую встречу со свекровью, когда та сказала: какая худенькая, надо откормить. Свадьбу, на которой мать Игоря три часа рассказывала гостям, какой у нее замечательный сын. Переезд в новую квартиру, когда Тамара Николаевна пришла с иконой и повесила ее над кроватью, не спрашивая.
Тысячу мелочей, которые по отдельности казались ерундой. Подумаешь, свекровь с характером. Подумаешь, муж не любит конфликтовать с мамой. Подумаешь, ключи у всех родственников, зато если что случится, помогут.
А сегодня она сидела на стуле и открывала сумку, чтобы доказать, что не воровка.
Утром позвонил брат Денис.
- Маришка, что случилось? Игорь мне названивает, говорит, ты ушла из дома.
Она рассказала.
- Ты серьезно? - в голосе брата было что-то такое, отчего Марина заплакала впервые за эти сутки.
- Серьезно.
- Давно пора. Я тебе три года назад говорил, что они токсичные, а ты не слушала. Что будешь делать?
- Разводиться.
Денис помолчал.
- Я с тобой, если что нужно - скажи.
Дальше было много всего. Игорь писал сообщения - сначала недоумевающие. Марина, ты где? Перезвони. Что за детский сад? Потом злые. Из-за такой ерунды? Ты ненормальная. Мама плачет из-за тебя. Потом умоляющие. Маришка, давай поговорим. Я люблю тебя. Давай не будем ломать семью.
Она не отвечала.
А потом пошли слухи. Катя рассказала, что общие знакомые спрашивают: правда, что Марина нестабильная? Что с ней невозможно жить? Что она из тех, кто из мухи делает слона?
- Они защищают свою версию, - сказала Катя. - Это нормально. Ты знаешь правду, я знаю правду. Остальное неважно.
Суд по разделу имущества длился несколько месяцев. Катя вела дело бесплатно, Марина предоставила все документы: договор о продаже бабушкиной комнаты, выписки со счета, переводы на счет Игоря для первоначального взноса.
Игорь на суде выглядел растерянным. Его адвокат, нанятый свекровью, пытался доказать, что деньги были подарком. Марина молчала, говорила Катя. Факты были на их стороне.
Судья вынесла решение: Марине полагается компенсация первоначального взноса при разделе имущества.
Игорь вышел из зала белый.
- Где я возьму такие деньги? Мне придется продавать квартиру.
- Теперь это не мои проблемы, - зло ответила Марина.
Квартиру продали. Свекровь помогать деньгами сыну отказалась: «Я ее не выгоняла, она сама ушла». Игорь переехал обратно к матери.
Может и хорошо, что так получилось с брошкой? Уже лучше через 4 года увидеть ситуацию, как есть, а не через 10, когда уже появились дети. Читать новое👇