Часть пятая
Предыдущая часть:
– Ты слишком долго спишь, солнышко, – Он разбудил меня, тронув за плечо. – Пора завтракать.
– Я не голодна, – сонно отозвалась я и закуталась в одеяло.
– Я голоден! – с каким-то возмущением произнёс Он и попытался достать меня из одеяла.
Я не слишком сопротивлялась, сладко потянулась и мурлыкнула:
– Я решила, что это больше не мои проблемы.
– Что ты решила? – переспросил он и потрогал мне лоб.
Я села в постели, невинно пожала плечами. Он потянулся меня обнять.
– Не надо! – я помотала головой.
– Ладно, - он поднял вверх руки. – Так что с завтраком?
– Если ты о нём не позаботишься, то его не будет, – просто ответила я и вновь откинулась на подушку.
Он оделся и вышел. Через некоторое время вернулся в комнату с недовольным видом. В руках нёс поднос, на котором стояли две чашки с кофе и тарелка с криво нарезанными бутербродами.
– За то время, пока я хозяйничал в кухне, у тебя не появилось желание поесть? – пытаясь скрыть свою озадаченность моим поведением, спросил он.
– Раз ты старался, я не буду отказывать тебе в удовольствии позавтракать в моей компании, – мило улыбнулась я. Он протянул мне чашку, я отпила.
– Ты положил сахар в мой кофе? - спросила я с улыбкой.
– Не надо было?
– Я пью без сахара.
– Могла бы и промолчать, – буркнул Он.
–Могла бы, – кивнула я, – но я-то знаю, сколько сахара класть тебе в чашку.
– Это что, так важно? - с долей презрения хмыкнул Он и протянул мне бутерброд.
– Да, милый, это важно. Но в любом случае спасибо за заботу.
Доев, я оставила посуду в постели, оделась и собралась уходить.
– Куда ты? – спросил Он раздражённо и попытался схватить меня за предплечье.
Я легко увернулась, сказала весело:
– Прокачусь! И убежала, пока он не успел мне помешать.
Колесила по знакомым местам, потом выехала на трассу и думала, как бы мне разорвать этот замкнутый круг. Может, смертью? Я вжала в пол педаль газа. На такой машине, как моя, разбиться насмерть, скорее всего, не получится. Слишком продуманная система безопасности. Но можно попытаться. Не получится – тогда я снова окажусь в доме рядом с Ним. Но теперь я уже не буду той глупой послушной девочкой. И поселюсь в другой комнате, одна. В доме полно свободных помещений.
Размышляя подобным образом, я ехала и ехала, пока не стал мигать датчик давления в шинах. Я остановилась на обочине, включила аварийную сигнализацию и вышла из автомобиля. Действовала совершенно бездумно, но вдруг поняла, что стою на трассе со спущенным колесом. Я бешено огляделась вокруг, укусила себя за палец, взвизгнула от боли и поняла, что это мне не снится.
Возле меня остановилась машина, и её водитель предложил мне помощь в замене колеса. Я с радостью приняла её.
Пока мужчина возился с домкратом, я в танце кружилась по обочине, что-то напевала и думала о том, как я сейчас вернусь домой. Возможно, мой муж уже сменил там замки и вычеркнул меня из своей жизни. Что же, я пойму. Спрошу, могу ли я что-то исправить...
– Девушка, вы под кайфом? – подошёл ко мне мой спаситель. – Может, не стоит за руль?
– Нет, – ответила я, – у меня просто прекрасное настроение!
– Тогда счастливого пути! Я закончил. От души поблагодарив его, я прыгнула за руль и поехала, громко включив музыку.
«Не уходи, ты такая красивая.
Не уходи, не будь сукой, спасти меня!» - звучало из колонок.
Я убавила звук. Задумалась. С чувством стукнула ладонью по рулю. Грязно выругалась, что мне совсем не свойственно. И поехала обратно.
Он ждал меня у входа в дом - сидел на лавочке и курил. Увидел мой автомобиль, степенно подошёл и открыл мне дверь.
– Детка, чем я тебя обидел? – спросил Он и помог мне выйти.
– Ничем, – я поправила ворот Его дублёной куртки и поцеловала в щёку. – Напротив, ты помог мне!
– Что происходит, любимая? – Он заглянул мне в лицо.
– Любимая? – переспросила я.
– Я вдруг понял, что очень люблю тебя и боюсь потерять. Все остальные – пустое.
Кажется, он говорил серьёзно, но мне же всегда казалось, что он говорит серьёзно, даже тогда, когда откровенно врал. Я промолчала.
– Не ответишь? – он смутился.
– Почему же? Отвечу, – я сжала его руку. – Скоро всё будет на своих местах, и ты убедишься, что я – очередная пустышка среди многих.
– Когда мы, выберемся отсюда, я разведусь и женюсь на тебе, – пылко сказал он, ожидая моей реакции.
– Не надо! – с испугом сказала я и вошла в дом.
В ванной Косметичка собирала с верёвок высохшее бельё. Я села на край ванны и убедилась, что она трезва.
– Я знаю, как отсюда выбраться. Мы все зациклились на тех вещах, которые стоит отпустить, – сказала я. – У меня это получилось.
Косметичка оставила в покое бельё, села рядом и грустно ответила:
– Я здесь гораздо дольше, чем ты, и давно это поняла. Нам просто некуда возвращаться. Нашу квартиру банк забрал за долги. Мы переехали к маме, но она... В общем, попросила съехать. Надоели пьянки, крики, ссоры. Я тогда очень на неё разозлилась, но теперь понимаю, что виновата перед ней.
– И мне, наверное, некуда возвращаться, – вздохнула я. – И всё же я не хочу провести тут всю жизнь.
Нам обоим нужен был этот разговор, и мы проговорили несколько часов. Нормальной девкой оказалась эта Косметичка!
* * *
Доносить открывшиеся нам простые истины до Старухи было бессмысленно, она, казалось, всё понимала, но всё равно не соглашалась покидать своё убежище. Оставив её в покое, после оживлённого кухонного консилиума мы вчетвером с верой в светлое будущее покидали это место.
Сначала Маргинал и Косметичка, держась за руки, направились к автобусной остановке, потом стали прощаться мы с Ним.
– Езжай, – я с чувством обняла Его, - пусть у тебя всё будет хорошо, прекрасный Змей Горыныч. Ты больше не мой.
– У нас всё будет хорошо, – шепнул он и прижал меня к себе. – Я твой! Уедем вместе.
– Не жди меня!
Я пошла в дворницкую, надеясь попрощаться с Курьером. На двери висел замок. Я тяжело вздохнула, вернулась к машинам. Он всё же ждал меня, открыл мне водительскую дверь, помог устроиться за рулём.
– До встречи, - поцеловал мою руку и захлопнул дверь.
– Пока! – улыбнулась я и выехала из двора.
С трудом справляясь с охватившим меня волнением, я ехала по дороге, мысленно подготавливая себя к встрече с мужем и детьми. Он обогнал меня, подрезал, заставил прижаться к обочине. Я остановилась. Он быстро выбежал из машины и подбежал ко мне.
–Детка, я не хочу тебя отпускать! – прокричал Он с отчаяньем, открыв мою дверь.
Упав на колени в грязный, изъезженный шинами снег, Он протянул ко мне руки.
– Встань, пожалуйста, – еле слышно попросила я.
Он услышал, но подниматься не спешил.
– Пересядем ко мне в машину, любимая, прошу, дай мне объясниться.
Я не смогла Ему отказать. Не знаю, что мною двигало в тот момент, но я отстегнула ремень безопасности, дав Ему понять, что я готова к беседе. Он встал на ноги, не отряхая налипшую на колени жижу, помог мне выйти из машины, обнял меня, касался губами лба, глаз, щёк, бесконечно шептал что-то ласковое.
Я подняла на него глаза, Он потянулся за поцелуем. Я ответила.
– Я обещаю тебе... – начал Он.
– Тссс, – я приложила палец к Его губам. – Мы сейчас поедем к своим семьям, а дальше будет видно.
– Сразу, как будет возможность, свяжись со мной, – с тревогой сказал Он, – я буду думать только о тебе.
– И я о тебе, – зачем-то ответила я. Может, я сказала так, потому что мне было страшно возвращаться. А может, потому, что я всё ещё не хотела Его отпускать. Потому что всё ещё считала его своим.
Как бы то ни было, мы расселись по автомобилям и на ближайшем перекрёстке разъехались в разные стороны.
* * *
Что я чувствовала, когда мы почти одновременно остановились возле знакомого нам старого барака? Наверное, мои ощущения можно сравнить с разочарованием и облегчением одновременно.
– Ещё не время, моя прелесть! – Он смеялся над нами своим чудесным глубоким смехом и ловил мою руку.
Ещё недавно Он винил меня за всё произошедшее с нами, желал вырваться на волю, вернуться к обычной жизни, а теперь радовался тому, что мы снова здесь. Он прижимал меня к себе как самое дорогое сокровище, и я наслаждалась этим.
– Мы можем прекратить всё в любой момент! – утешила я себя и Его.
– Конечно, милая, – согласился Он. – Пока момент не настал, я поставлю чайник, – Он отправился в дом и увлёк меня за собой.
Я шла неуверенно, а потом повисла на его руке, счастливо улыбнулась, когда он посмотрел на меня.
Старуха встретила нас молчаливым кивком. В нашей комнате ничего не изменилось. А в комнате Маргинала и Косметички жили совсем другие люди. Пока Он что-то готовил в кухне, я смотрела в окно, мне было хорошо и спокойно. Проходивший мимо Курьер остановился напротив окна, увидев меня, выразительно покрутил пальцем у виска, но потом подмигнул и крикнул:
– Хорошо, что ты передумала, Детка! Я успел соскучиться!
Конец.