Анна возвращалась с работы в состоянии лёгкой эйфории, которая наполняла каждую клеточку её тела теплом и светом. Шёл мелкий осенний дождь, но он не мог омрачить её настроение — сегодня её официально повысили до руководителя отдела аналитики, о чём она мечтала последние три года. Капли дождя стекали по витринам магазинов, превращая вечерний город в переливающуюся мозаику огней, и Анне казалось, что весь мир разделяет её радость.
По дороге домой она зашла в небольшой гастроном, где выбрала продукты для праздничного ужина: филе лосося, свежую зелень, дорогой сыр и бутылку красного вина, которое любил Максим. При мысли о муже её сердце сжалось от нежного волнения — она с нетерпением ждала момента, когда сможет поделиться с ним радостной новостью.
С Максимом Анна прожила вместе два года, хотя официально их отношения не были зарегистрированы. Жили они в однокомнатной квартире Максима, расположенной в спальном районе города. Анна была приезжей из небольшого провинциального городка, где прошло её детство и юность. Перебравшись в столицу пять лет назад, она сначала снимала комнату в коммуналке, потом крошечную студию, пока не встретила Максима.
В отличие от многих своих сверстниц, Анна всегда была застенчивой и не слишком уверенной в себе. Её мать, тихая и покорная женщина, во всём потакала мужу, редко осмеливаясь высказать собственное мнение. Видя перед глазами такой пример, Анна невольно переняла материнскую модель поведения, считая её нормой взаимоотношений между мужчиной и женщиной. Максиму, человеку властному и привыкшему к доминированию, такая покладистость была только на руку.
Анну нельзя было назвать классической красавицей: её лицо отличали правильные, но простые черты, фигура была далека от модельных стандартов — мягкие округлости, которые она безуспешно пыталась скрывать под просторной одеждой. Однако в первые месяцы отношений Максима это не смущало.
В отличие от предыдущих женщин, Анна ничего у него не просила: ей не нужны были дорогие подарки, украшения с бриллиантами или регулярные походы в рестораны. Она была неприхотлива, благодарна за малейшее внимание и, казалось, искренне восхищалась им. Именно это в конечном счёте и стало решающим фактором его выбора.
Достав ключи из сумки, Анна с лёгкой улыбкой открыла дверь и замерла на пороге. В прихожей на полу в хаотичном порядке валялись картины, написанные её рукой. Максим, стоя на стуле, со злостью срывал со стены последнее полотно — пейзаж с берёзовой рощей у озера, над которым она трудилась почти месяц.
Анна не имела художественного образования, но рисовала с детства, и многие отмечали её несомненный талант. Когда они с Максимом съехались, ей пришла в голову идея украсить интерьер собственными работами. Она писала картины с душой, подбирала цвета в соответствии с палитрой интерьера, создавала уникальные произведения, которые, как ей казалось, делали квартиру уютнее и индивидуальнее.
— Максим… Что происходит? — прошептала Анна, не в силах оторвать взгляд от разбросанных по полу картин.
Он резко обернулся, спрыгнул со стула и отшвырнул его в сторону. Лицо его было искажено раздражением.
— Мне надоела эта дурацкая мазня! Ты всю мою квартиру ей завесила. Куда ни посмотришь — везде твои картинки, в глазах уже рябит. Надоело до тошноты!
— Максим, может быть, не картины тебе надоели? — тихо спросила Анна, чувствуя, как подкашиваются ноги. — А я? Я же вижу, что в последнее время с тобой что-то происходит. Ты стал раздражительным, вспыльчивым. Когда я обращаюсь к тебе с вопросом или предложением, ты отвечаешь с такой неприкрытой досадой… — Анна всегда тонко чувствовала настроение Максима, улавливала малейшие изменения в его поведении.
— Наконец-то дошло! Давно пора было сообразить.
— Что не так? Чем я тебя не устраиваю? — Анна закрыла лицо руками, пытаясь сдержать накатывающие слёзы. — Я же всё для тебя делаю. Мы всегда поступаем так, как хочешь ты. Мои желания, мои мнения редко принимаются в расчёт.
— Да ты посмотри на себя! — его голос прозвучал с ледяным презрением. — В кого ты превратилась? Тьфу… В тебе, наверное, целый центнер уже наберётся! Мне с тобой на улицу стыдно выходить. Мне кажется, все смотрят на меня с жалостью и думают: «Как такого парня угораздило связаться с такой толстухой?»
— Максим, я не верю, что это говоришь мне ты, — голос Анны дрожал. — У нас ещё недавно было всё хорошо. Ты никогда не делал замечаний по поводу моего веса, а худышкой я не была никогда, с самого начала наших отношений.
— Просто мне надоело, — отрезал он, отворачиваясь. — Я перестал чувствовать себя комфортно рядом с тобой. Хочу разойтись! Да, кстати, ты сломала мою машину! Теперь ей требуется серьёзный ремонт.
— Я сломала твою машину? — Анна не понимала, о чём идёт речь.
— Конечно ты, кто же ещё? — усмехнулся Максим. — У моей «ласточки» правый передний амортизатор лопнул. Догадываешься, почему? Правильно, он не выдержал твоего веса…
Эти слова прозвучали как удар хлыста. Анна почувствовала, как острая боль сдавила ей горло, перехватило дыхание. Она пыталась сдержать слёзы, но они предательски текли по щекам, оставляя солёные дорожки.
— Максим, зачем ты говоришь такие жестокие слова? Зачем так обижаешь? — за всё время совместной жизни она никогда не спорила с ним так отчаянно.
Мужчина лишь презрительно усмехнулся и, не удостоив её ответом, прошёл в комнату, громко хлопнув дверью. Анна осталась стоять в прихожей, сгорбившись под невыносимой тяжестью обиды и горьких мыслей. Она смотрела на разбросанные картины — на закат над полем, на вазу с полевыми цветами, на портрет матери, написанный по памяти. Каждое полотно было частичкой её души, которую теперь безжалостно растоптали. В тот момент она с болезненной ясностью осознала, как обманчив и хрупок мир, как всё может рухнуть в одно мгновение.
Через несколько минут Максим вышел из комнаты. Анна по-прежнему стояла на том же месте, будто приросла к полу.
— Ты там что, окаменела? — язвительно бросил он. — Собирай свои вещи. Завтра к вечеру тебя здесь быть не должно. Я нанял работников — они завтра начинают в квартире ремонт. Потом ко мне переезжает другая. Да, и свои художества забери, я собирался отнести их на помойку, но не успел — ты явилась…
После разрыва с Максимом Анна набрала ещё добрый десяток килограммов. Стресс, душевная боль, ощущение собственной ненужности и неполноценности она заедала круглосуточно. Она потеряла всякое чувство меры, целыми днями что-то жевала, даже не ощущая вкуса пищи. Её жизнь превратилась в бесконечный цикл: работа, магазин, дом, еда перед телевизором, беспокойный сон.
Единственной, кто оставался рядом, была подруга Наталья. Она искренне переживала за Анну, умоляла взять себя в руки, заняться здоровьем. Когда весы показали сто три килограмма, Наталья пришла в ужас.
— Аня, тебе всего двадцать четыре года! Вся жизнь впереди! Из-за того, что ты рассталась с этим ничтожеством, жизнь не закончилась! — говорила она, глядя на подругу, уткнувшуюся в тарелку с пирожными.
— Я не справлюсь, — монотонно повторяла Анна. — У меня нет сил.
— Да ты даже не пытаешься! Нужно просто начать! Я буду ходить с тобой в спортзал, поддерживать, помогать…
— Мне незачем, Наташ. Нет стимула…
Вскоре после этого разговора произошла случайная встреча, которая стала переломным моментом. Возвращаясь домой из магазина с двумя огромными пакетами, Анна буквально столкнулась на углу с Максимом. Он шёл под руку со стройной девушкой-блондинкой, изящной, как фарфоровая статуэтка. Они остановились, и на лице Максима сначала отразилось удивление, а затем — откровенная насмешка.
— Боже правый, это ты, Ань? — презрительно оглядел он её с ног до головы. — Вижу, окончательно превратилась в бегемота. Как хорошо, что я вовремя тебя выгнал! — он громко рассмеялся, и его спутница, смерив Анну высокомерным взглядом, звонко поддержала его смех.
Это унижение стало для Анны тем самым «пинком», которого ей не хватало. В ту ночь она не спала, глядя в потолок и чувствуя, как внутри закипает незнакомое прежде чувство — гнев, смешанный с жаждой перемен. Она поняла: нужно меняться. В первую очередь для самой себя, а не для того, чтобы что-то доказать этому хаму.
На следующий день Анна твёрдо взялась за дело. Она отдала Наталье все запасы «вредной» еды, составила план питания и записалась в ближайший фитнес-клуб. Начались изнурительные диеты и тренировки. Первые недели давались невероятно тяжело: мышцы болели, постоянно хотелось есть, психологически было трудно заставить себя идти в зал. Но Анна не роптала. Она видела первые, пусть и крошечные, результаты — весы показывали на килограмм меньше, джинсы стали чуть свободнее. Это придавало сил двигаться дальше.
Медленно, день за днём, она превращала самодисциплину в привычку. Читала литературу о правильном питании, изучала техники тренировок, вела дневник прогресса. Постепенно еда перестала быть утешением, а стала источником энергии. Спорт приносил не только боль, но и эйфорию от преодоления себя.
Прошло три года. Анна, потерявшая почти половину своего прежнего веса, совершила ещё один смелый шаг: она оставила работу в офисе и, пройдя специальные курсы, устроилась инструктором в элитный фитнес-клуб в центре города. Она была счастлива и буквально расцвела. Каждый день приносил ей радость от возможности помогать другим людям обрести уверенность в себе, радость от собственного отражения в зеркале, радость от чувства контроля над своей жизнью.
Она не прибегала к услугам пластических хирургов, но её лицо преобразилось удивительным образом: проявились скулы, очистилась кожа, взгляд стал ясным и уверенным. Из скромной, закомплексованной девушки она превратилась в эффектную женщину, привлекающую восхищённые взгляды.
— Ань, тебя не узнать! — радовалась за неё Наталья, наблюдая, как подруга с лёгкостью демонстрирует сложные упражнения. — Всё, что осталось от прежней тебя — это твои огромные карие глаза. И то, в них теперь столько огня!
Но самое главное — Анна изменилась внутренне. Исчезла былая застенчивость, робость. Она научилась отстаивать своё мнение, говорить «нет», ценить собственные потребности. Ей казалось, что она сбросила не только лишние килограммы, но и тяжёлые оковы, которые долгие годы сковывали её душу.
В один из обычных рабочих дней в клуб записался новый клиент. Мужчине было лет тридцать пять, он был полноват и на первых занятиях выглядел неуклюже. Наблюдая за его робкими попытками выполнить упражнения, Анна с доброй улыбкой вспомнила себя. «Наверное, я смотрелась ещё забавнее», — подумала она.
Так получилось, что Анна стала персональным тренером новичка. Его звали Аркадий. Он оказался прилежным учеником, пунктуальным и целеустремлённым. Прошло чуть больше месяца, и в один из дней Аркадий задержался в клубе до самого закрытия. Когда Анна, переодевшись, вышла на улицу, он поджидал её у входа, заметно нервничая.
— Простите, Анечка, не найдётся ли у вас для меня несколько минут? — вежливо, с лёгким смущением спросил он.
— Да, конечно, Аркадий. Если у вас есть вопросы по программе тренировок, которую я вам расписала, пожалуйста, спрашивайте, — улыбнулась Анна.
— Речь сейчас не об этом. У меня к вам просьба иного характера. Наверное, она покажется вам странной, но… не могли бы вы помочь мне выбрать букет цветов? Здесь, буквально в трёх минутах ходьбы, есть замечательный цветочный магазин.
— Простите, Аркадий, боюсь, здесь я вам не помощник, — покачала головой Анна. — Вам лучше обратиться к продавцу. Они настоящие профессионалы, посоветуют что-то подходящее.
— Я не хочу, чтобы букет подбирал профессионал, — настойчиво, но мягко сказал мужчина. — Цветы нужно выбирать не умом, а сердцем. И я уверен, что вы прекрасно справитесь с этой задачей.
Анна посмотрела на него — на его искренние, чуть беспокойные глаза, на тщательно застёгнутый строгий пиджак, который явно стал ему великоват после месяца тренировок. В его просьбе было что-то трогательное.
— Хорошо, — пожала она плечами с улыбкой. — Пойдёмте, выберу букет сердцем. Только сомневаюсь, что мой выбор понравится вашей… простите, для кого вы подбираете букет?
— Для самой красивой девушки на свете! — не раздумывая, ответил Аркадий.
— Какие цветы любит ваша девушка? Вы знаете?
— В том-то и дело, что не знаю. Я никогда не дарил ей цветов.
— Задача сложная, — усмехнулась Анна.
— Ничего сложного. Какие цветы любите вы?
Вопрос застал её врасплох.
— Я? Я не люблю традиционные розы, они кажутся мне безликими. Предпочитаю ирисы, но это цветы на любителя, не каждой девушке они могут понравиться.
— Вот мы и пришли, — сказал Аркадий, открывая перед Анной дверь магазина, откуда пахнуло влажной свежестью и ароматом зелени.
— Нам нужен шикарный букет ирисов! — уверенно обратился он к продавщице.
— Отличный выбор! — улыбнулась та. — У нас есть ирисы различных оттенков, можем составить композицию. Какой цвет желаете? — спросила она, обращаясь к Анне.
— Этот букет не для меня! — смутилась девушка.
— Получатель букета точно любит ирисы? — поинтересовалась продавщица. — Если вы не уверены, лучше взять классические розы. Они никогда не подводят.
— Классические розы получательница точно не любит! — возразил Аркадий. — Давайте ирисы! Анечка, какой цвет вы предпочитаете?
— Мне нравится сочетание из белых и синих, но ведь букет не для меня!
— Нам букет из белых и синих, пожалуйста, — повторил продавцу Аркадий.
Через десять минут они вышли из магазина. Аркадий бережно нёс изящный букет, где нежные белые ирисы гармонично сочетались с синими, оттенка летнего неба. Неожиданно он протянул его Анне.
— Это вам!
— Спасибо… — Анна растерянно приняла цветы, чувствуя, как щёки заливаются румянцем.
— Не знаю, что со мной происходит, волнуюсь, как школьник на первом свидании, — с лёгкой усмешкой признался мужчина.
— Не только вы волнуетесь, — смущённо ответила Анна, — и я тоже…