Ольга едва успела открыть дверь, как на пороге возникла Валентина Петровна с двумя огромными чемоданами и видом человека, переехавшего навсегда.
— Оленька, родная! — воскликнула свекровь, проталкиваясь в прихожую. — Я к вам погостить приехала. Совсем одна дома зачахла.
— Здравствуйте, Валентина Петровна, — растерянно пробормотала Ольга. — А Паша знает?
— Да какая разница! Сыну всегда рад матери. Где мне чемоданы поставить?
Ольга молчала, пытаясь переварить происходящее. Они с Павлом только недавно закончили ремонт, обустроили квартиру по своему вкусу. И вот теперь...
— В гостиной пока, — тихо ответила она.
Валентина окинула взглядом прихожую и поморщилась:
— Ох, как же тесно у вас тут! И обувь как попало стоит. Надо порядок навести.
Не прошло и часа, как свекровь уже переставляла туфли Ольги, развешивала свои пальто в шкаф и критически осматривала кухню.
— Что это у тебя за сковородки такие? — спросила она, открывая шкафчик. — Тефлон же весь облез! На такой готовить нельзя, отравишься. Надо было давно выбросить.
— Эта сковорода новая, я её месяц назад купила, — осторожно возразила Ольга.
— Месяц назад? — фыркнула Валентина. — Значит, бракованная попалась. Я завтра в магазин схожу, куплю нормальную посуду. А то как на такой Пашеньку кормить?
Ольга почувствовала, как внутри что-то сжалось. Она работала до шести, приходила уставшая, а теперь ещё и выслушивать претензии к своему хозяйству?
Вечером, когда пришёл Павел, лицо у него вытянулось при виде материнских сумок в гостиной.
— Мам, ты что, надолго? — спросил он, целуя мать в щёку.
— А что, сыночек, не рад? — Валентина обиженно поджала губы. — Совсем одна осталась, никому не нужная. Думала, хоть дети пожалеют.
Павел виновато взглянул на жену, но Ольга отвернулась к плите. Она знала этот тон свекрови — жалобный, требующий сочувствия.
— Конечно, рад, мама. Просто неожиданно как-то.
— Вот и ладно! А я уже присмотрела, что у вас тут не так. Холодильник, например, совсем не по-хозяйски заполнен. Продукты как попало лежат. И готовит Оленька странно — все эти её салатики с авокадо. Разве это еда для мужчины?
Ольга сжала зубы. Авокадо она покупала, потому что Павел сам просил добавлять его в салаты. Говорил, что это полезно.
— Мам, у нас всё нормально с едой, — попытался заступиться муж.
— Нормально? — возмутилась Валентина. — Посмотри на себя — похудел весь! А всё потому, что нормальной еды не видишь. Я завтра борщ сварю, настоящий, не эту вашу заграничную ерунду.
За ужином свекровь продолжала вести инспекцию:
— И почему у вас телевизор в спальне стоит? Это же вредно! Надо в зал перенести. А в спальне пусть тишина будет, для здорового сна.
— Нам удобно иногда фильм посмотреть перед сном, — сказала Ольга.
— Какие фильмы? — скривилась Валентина. — Лучше бы книжку почитала. Или вязать научилась. Я тебя могу научить — свитер Паше к зиме свяжешь.
После ужина, когда свекровь ушла в душ, Ольга тихо спросила мужа:
— Паша, а надолго она?
— Не знаю, — пожал плечами тот. — Ей там, наверное, действительно одиноко. Потерпи немного.
— Немного — это сколько?
— Ну... недельку-другую. Она же не навсегда.
Ольга хотела возразить, что даже неделя с постоянными претензиями покажется вечностью, но промолчала. В конце концов, это его мать.
Только вот почему-то казалось, что Валентина Петровна приехала совсем не на неделю.
Утром Ольга проснулась от звука передвигаемой мебели.
В гостиной Валентина Петровна уже хозяйничала — переставляла кресло, сдвигала журнальный столик, критически осматривала книжные полки.
— Доброе утро, — осторожно поздоровалась Ольга.
— О, проснулась наконец! — бодро откликнулась свекровь. — А я уже полдома переделала. Вот диван надо по-другому поставить — так светлее будет. И эти твои цветочки... — она презрительно покосилась на фиалки на подоконнике, — места много занимают, а толку никакого.
— Это мои любимые цветы, — тихо сказала Ольга.
— Любимые? — фыркнула Валентина. — Лучше бы что полезное выращивала — укроп, петрушку. А то красота красотой, а пользы ноль.
В ванной Ольга обнаружила, что её косметика аккуратно сложена в коробку, а на полочках разместились многочисленные баночки свекрови.
— Валентина Петровна, — позвала она из ванной, — где мой крем для лица?
— В коробочке, на нижней полке сложила, — отозвалась та. — Места больше будет. И кстати, зачем тебе столько всяких кремиков? В твоём возрасте главное — здоровье, а не эта химия.
За завтраком свекровь продолжила воспитательную работу:
— Оленька, а почему ты каши не варишь? Вот бутерброды всякие... Это же не завтрак! Мужчине нужна сытная еда с утра.
— Паша не любит кашу, — возразила Ольга.
— Не любит? — возмутилась Валентина. — Как это не любит? Любой нормальный человек кашу любит! Просто ты, видно, готовить не умеешь. Я научу — сварю геркулесовую, с маслицем.
Когда Павел спускался на завтрак, мать тут же переключилась на него:
— Сыночек, ты похудел! Совсем худющий стал. Надо тебя подкармливать. Я сегодня в магазин схожу, куплю мясо хорошее, котлеток наделаю.
— Мам, я не худой, — попытался возразить Павел.
— Как не худой? Посмотри на себя в зеркало! Щёки впали, под глазами круги. Это всё от неправильного питания.
Ольга молча доедала свой "неправильный" завтрак и собиралась на работу. Хотя бы там, в офисе, она могла спокойно выпить кофе, не выслушивая лекций о вреде кофеина.
Вечером её ждал сюрприз. Валентина перестирала все полотенца в ванной, перевесила занавески и разложила по новой всё постельное бельё в шкафу.
— Как у вас тут было неаккуратно! — сообщила она Ольге. — Полотенца серые совсем, надо почаще стирать. И бельё как попало лежало. Теперь порядок.
Ольга открыла шкаф и ахнула. Её аккуратно сложенные комплекты белья были перемешаны, сложены по-другому. Теперь нужно было всё искать заново.
— Я сама всегда так складываю, — попыталась объяснить она.
— Так — это как? — поинтересовалась свекровь. — По цветам разбросано? Это же непрактично! Надо по размерам сортировать, по ткани. Я тебя научу.
— Мне не нужно учиться, мне так удобнее было, — чуть резче сказала Ольга.
Валентина удивлённо подняла брови:
— Ты что, обижаешься? Я же добро делаю, помогаю. Неблагодарность какая!
Когда пришёл Павел, мать тут же пожаловалась:
— Твоя жена на меня обиделась. Я ей помочь хотела, порядок навести, а она недовольна.
— Оль, что случилось? — устало спросил муж.
— Ничего особенного, — ответила Ольга. — Просто я не просила помощи.
— Не просила? — возмутилась Валентина. — А кто должен был просить? По-твоему, я должна смотреть, как у сына в доме бардак?
— Какой бардак? — не выдержала Ольга. — Мы прекрасно жили без...
— Прекрасно? — перебила свекровь. — Паша, посмотри на свою жену! Совсем распустилась! Я из лучших побуждений, а она...
— Мам, тише, — попросил Павел. — Давайте без ссор.
— Это она ссорится, не я! — Валентина всплеснула руками. — Я стараюсь, помогаю, а она...
Ольга развернулась и ушла в спальню. Зачем объяснять? Всё равно виноватой останется она.
Через стену было слышно, как свекровь долго жаловалась сыну на неблагодарность современных жён. Павел изредка что-то отвечал примирительным тоном.
Ольга лежала в темноте и думала: а сколько ещё это может продолжаться? Неделя? Месяц? Или Валентина Петровна действительно собирается остаться навсегда?
Прошёл месяц. Валентина Петровна обосновалась в квартире как полноправная хозяйка.
Она перемыла всю посуду заново, заменила стиральный порошок на "правильный", выкинула половину специй Ольги, назвав их "заморской дрянью".
— Оленька, — обратилась она к невестке за завтраком, — а ты почему так рано встаёшь? Ведь на работу в девять, а ты уже в семь на ногах.
— Мне нужно время на сборы, душ принять, позавтракать спокойно, — ответила Ольга, наливая себе кофе.
— Спокойно? — фыркнула свекровь. — Это какое же спокойствие, если ты по дому носишься как угорелая? Лучше бы попозже встала, выспалась хорошенько. А то вечно какая-то взъерошенная ходишь.
Ольга сжала чашку крепче. Взъерошенная? Она каждое утро тщательно приводила себя в порядок, и никто на работе никогда не делал замечаний по поводу её внешнего вида.
— Валентина Петровна, мне так удобнее.
— Удобнее? — протянула та. — А мужу твоему удобно, что жена как сонная муха ходит? Паша, скажи ей!
Павел поднял голову от газеты:
— Мам, у Оли нормальный режим.
— Нормальный... — проворчала мать. — У меня соседка есть, Клавдия Семёновна, так та в пять утра встаёт, всю квартиру приберёт, мужу завтрак горячий приготовит, и сама при этом как огурчик. Вот это хозяйка!
А вечером того же дня Ольга застала свекровь за изучением её личных документов.
— Валентина Петровна, что вы делаете? — растерянно спросила она, увидев в руках у той свой трудовой договор.
— Ой, да я нечаянно, — не смутилась Валентина. — Искала скотч, ящик открыла, а тут бумаги. Любопытно стало — а сколько же ты зарабатываешь.
— Это мои личные документы! — возмутилась Ольга.
— Личные? — удивилась свекровь. — Какие личные? Ты же замужем за моим сыном! Что может быть личного в семье? А зарплата у тебя, кстати, небольшая. На такие деньги семью не прокормишь.
— Я не собираюсь содержать семью одна! — вспылила Ольга. — У Паши тоже есть работа!
— Есть работа... — пренебрежительно протянула Валентина. — Только толку мало. Видно, жена его не мотивирует, не подталкивает к карьере. Хорошая жена мужа к успеху ведёт, а не тянет вниз.
Ольга почувствовала, как внутри всё закипает. Тянет вниз? Она что, мешала мужу работать? Наоборот — поддерживала во всём, никогда не упрекала в низкой зарплате!
— Я никого не тяну вниз, — тихо, но твёрдо сказала она.
— Не тянешь? — усмехнулась Валентина. — А домашний уют создаёшь? Мужчину после работы встречаешь? По мне так ты только о себе и думаешь — работа, работа... А дом? А семья?
Ольга хотела крикнуть, что именно она занимается домом — готовит, убирает, стирает. Но что толку? Свекровь всё равно найдёт, к чему придраться.
Последней каплей стал субботний вечер. К Ольге с Павлом должна была прийти подруга с мужем — они давно планировали этот ужин. Ольга приготовила любимые блюда, накрыла красивый стол, предупредила свекровь о гостях.
Валентина встретила гостей с таким видом, словно это её дом и её приём.
— Проходите, проходите! — радостно воскликнула она. — Я Павлова мама, Валентина Петровна.
За столом она не замолкала ни на минуту:
— А знаете, какую рыбу я вчера Пашеньке приготовила? По особому рецепту, семейному. Оленька, конечно, тоже старается, но опыта маловато...
Ольга краснела, а гости переглядывались. Подруга сочувственно поглядывала на неё, муж подруги явно чувствовал себя неловко.
— А вы знаете, — продолжала Валентина, обращаясь к гостям, — молодожёны сейчас совсем не умеют семью создавать. Всё у них работа, карьера, а про домашний очаг забывают...
— Мама, — тихо попросил Павел, — может, не будем?
— Что не будем? — удивилась она. — Я же правду говорю! Вон, Оленька даже борща настоящего сварить не может. Хорошо, что я приехала, а то бы вы совсем голодные ходили.
После ухода гостей Ольга молча убирала со стола. Руки тряслись от унижения и злости. Как можно так опозорить человека при друзьях?
— Оль, не обращай внимания, — попытался утешить Павел.
— Не обращать внимания? — тихо переспросила она. — На что не обращать? На то, что твоя мать унижает меня при друз ьях? На то, что она роется в моих личных вещах? На то, что я в своём собственном доме чувствую себя чужой?
— Она же не со зла...
— А с чего тогда? — Ольга повернулась к мужу. — Паша, сколько это будет продолжаться? Месяц? Два? Год?
— Не знаю... Она ведь одинокая, больная...
— Больная? — горько усмехнулась Ольга. — Больная женщина не может переставлять мебель целыми днями и читать лекции о ведении хозяйства!
— Оль, потерпи ещё немного...
— Сколько? — в голосе Ольги зазвенела истерика. — Сколько ещё терпеть?
Но ответа не последовало. Павел, как всегда, промолчал.
Через три месяца Ольга поняла — больше нет сил терпеть. Валентина окончательно превратила их квартиру в своё королевство. Она переставила всю мебель в гостиной, заменила шторы на "более практичные", выкинула половину книг Ольги, назвав их "макулатурой для интеллигентщины".
Последней каплей стал воскресный обед.
Ольга весь день готовила — хотела порадовать мужа любимым блюдом. Когда Павел попробовал запечённую курицу с травами, лицо у него просияло:
— Оль, очень вкусно! Как всегда у тебя получается.
Но Валентина тут же вмешалась:
— Вкусно? Паша, ты что, язык потерял? Пересолено же! И травки эти непонятные зачем? Я бы просто в духовке запекла, с картошечкой. Это была бы еда, а не эта заграничная ерунда.
— Мне нравится, — спокойно ответил Павел.
— Нравится... — скривилась мать. — Тебе бы любая стряпня понравилась, лишь бы не готовить самому. А между прочим, твоя жена опять полдня на кухне провела. Разве это правильно? Воскресенье же! Надо отдыхать, а не у плиты стоять.
Ольга почувствовала, как внутри что-то лопнуло. Она готовила с удовольствием, для любимого человека, а теперь это преподносят как какую-то жертву!
— Я готовлю, потому что мне это нравится, — твёрдо сказала она.
— Нравится? — фыркнула Валентина. — Ну-ну. А если бы нравилось по-настоящему, готовила бы нормальную еду, а не эти свои выкрутасы.
— Валентина Петровна, — Ольга встала из-за стола, — хватит! Хватит критиковать всё, что я делаю! Хватит переставлять мои вещи, выкидывать мои продукты и учить меня жизни!
— Ты что кричишь? — возмутилась свекровь. — Я тебе добра желаю!
— Какого добра? — голос Ольги дрожал. — Вы превратили мой дом в ад! Я не могу спокойно попить кофе, не выслушав лекцию о вреде кофеина! Не могу купить продукты, не получив нагоняй за "неправильный выбор"! Не могу даже с мужем поговорить наедине!
— Паша! — воззвала Валентина к сыну. — Ты слышишь, как твоя жена со мной разговаривает?
Ольга повернулась к мужу. В его глазах она увидела растерянность, усталость, но не поддержку.
— Оль, успокойся, — тихо сказал он. — Мама же не со зла...
— Не со зла? — переспросила Ольга, и в её голосе прозвучало что-то новое, незнакомое. — Паша, твоя мать три месяца методично разрушает нашу жизнь, а ты говоришь "не со зла"?
— Она пожилая, одинокая...
— А я что, не твоя жена? — крикнула Ольга. — Я не имею права на покой в собственном доме?
— Имеешь, конечно, но...
— Никаких "но"! — Ольга шагнула к мужу. — Или ты сейчас же скажешь матери, что её визит закончен, или...
— Или что? — холодно спросила Валентина.
Ольга посмотрела на неё, потом на мужа. Павел молчал, опустив голову.
— Или я подаю на развод, — тихо сказала Ольга.
Повисла тишина. Валентина торжествующе усмехнулась:
— Вот она, современная женщина! Чуть что не по ней — сразу развод! А про семейные ценности забыла?
— Какие семейные ценности? — горько спросила Ольга. — Когда свекровь важнее жены? Когда мать взрослого мужчины решает, что ему есть, как жить и с кем спать?
— Оль, ты не можешь так, — наконец подал голос Павел. — Это же мать...
— А я кто? — У Ольги на глазах блестели слёзы. — Временная жильчиха? Прислуга? Кто я в этом доме, Паша?
Муж молчал. И в этом молчании Ольга услышала ответ на все свои вопросы.
— Понятно, — кивнула она. — Тогда завтра утром я иду к адвокату.
— Ты не посмеешь! — воскликнула Валентина.
— Посмею. И знаете что, Валентина Петровна? Впервые за три месяца я чувствую облегчение. Наконец-то этот кошмар закончится.
— Оль, подожди, — попросил Павел. — Давай обсудим...
— Что обсуждать? — устало спросила она. — Ты сделал свой выбор три месяца назад, когда промолчал в первый раз. И каждый день подтверждал его своим молчанием.
Ольга ушла в спальню и заперла дверь. За стеной слышался взволнованный голос Валентины, что-то бормотал Павел. Но ей было всё равно.
Впервые за долгое время она почувствовала себя свободной. Да, больно. Да, страшно. Но она больше не будет жить в постоянном напряжении, не будет оправдываться за каждый свой поступок, не дет терпеть унижения в собственном доме.
Утром, собирая вещи, Ольга думала: а может, Валентина Петровна оказала ей услугу? Показала, каким слабым оказался её муж, как мало значила для него их семья?
Павел стоял в дверях, растерянный и виноватый:
— Оль, может, всё-таки попробуем...
— Попробуем что? — спросила она, укладывая последние вещи. — Ты же так и не понял, в чём проблема. Для тебя я просто капризная жена, которая не может ужиться со свекровью.
— Это не так...
— Это именно так. И пока ты этого не поймёшь, нам не о чем разговаривать.
Выходя из квартиры, Ольга обернулась. Павел стоял посреди прихожей, а из кухни доносился довольный голос Валентины Петровны:
— Ну и слава богу! Теперь хоть нормально жить будем...
Ольга улыбнулась. Да, теперь она точно будет жить нормально.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- впереди много интересного!
Читайте также: