Предыдущая часть:
К тому времени отношения Алёны с мужем окончательно развалились. Скандалы вспыхивали по любому поводу, а чаще и вовсе без него. Артём обвинял её во всех грехах, а сам завёл на работе роман с очаровательной Мариной, которую «подсадил» к нему в отдел не кто иной, как Максим Олегович.
Накануне открытия второй точки произошла особенно тяжёлая стычка.
— Позанимайся с Мишей шахматами, — попросила Алёна, останавливая мужа в прихожей. — Он уже неделю ждёт, ты же обещал.
— Некогда мне! — буркнул Артём, щедро поливая себя новым одеколоном с удушающим запахом. — Отдай его в секцию, если так хочет играть.
— А ты чем так занят-то? — не удержалась Алёна, морщась от запаха. — Родному сыну полчаса уделить не можешь?
— Не твоё дело! — огрызнулся он. — Я на важную встречу опаздываю.
— Снабженцы теперь по важным встречам ходят? — скептически подняла бровь Алёна. — Надеюсь, коллеги не задохнутся от твоего нового парфюма. Поаккуратнее с ним.
— Отстань! — прошипел Артём, и в его глазах мелькнула такая злоба, что Алёна невольно отступила на шаг. Он хлопнул дверью.
В тот же вечер, поняв, что терпеть больше нет сил, она начала искать жильё. Свекровь, наблюдая, как невестка методично обзванивает объявления, ничего не сказала, лишь грустно вздохнула. На следующий день Алёна спросила у тёти Лены, не сдаёт ли кто из её знакомых квартиру. И удача улыбнулась: свободная однушка нашлась буквально в пятнадцати минутах ходьбы от пирожковой. Уже к вечеру Алёна, при помощи Сергея и его старенького автомобиля, перевозила туда свои немногочисленные вещи и самое дорогое — сына.
Сын на новом месте под присмотром всё той же тёти Лены распаковывал коробки. Алёна собирала последние вещи, когда в дверях показался Артём.
— Ну и что это за цирк? — усмехнулся он, наблюдая за её суетой. — Куда собралась? Нашла себя, что ли?
— Знаешь, я больше не хочу это слушать, — спокойно ответила Алёна, не глядя на него. — Ты превратил нашу жизнь с сыном в непонятно что. Ни одного дня без скандала. Тебе вообще не стыдно устраивать такое при ребёнке?
— Да мне плевать! — отмахнулся Артём. — Самá же приползёшь в итоге, чтобы молить о помощи. Только не мечтай, что получишь её. Ни копейки не дам. А через алименты так вообще сына отберу!
Алёна дальше слушать не стала. Она решительно подхватила последние коробки и вышла из квартиры. Вслед ей беспомощно смотрела свекровь, но оглядываться было некогда — впереди ждала пустота новой, неустроенной жизни.
Работа в пирожковой постепенно затягивала Алёну. В ней снова проснулся азарт, забытый за годы рутины. У неё появилась реальная доля самостоятельности в принятии решений, и она всё чаще задумывалась о дальнейшем расширении бизнеса. После переезда энтузиазм только усилился — ведь вечером её больше никто не убеждал в собственной никчёмности. Более того, Сергей теперь называл её не иначе как спасительницей, и это хорошо сказывалось на самооценке.
— Сергей, смотри! — как-то утром она влетела в их неофициальный офис, размахивая распечаткой. — Конкурс государственных грантов для малого бизнеса! Мы просто обязаны податься! Если получим — отчётность там максимально простая, а на эти деньги можно открыть сразу несколько новых точек. Я уже всё прикинула!
— Да уж, тогда нам точно понадобится отдельный офис, — вздохнул он, но в глазах читался интерес. — И кадровик, и ещё куча всего…
— Да ничего, я пока сама́ справлюсь! — улыбнулась Алёна. — Но для гранта нужно твоё официальное одобрение как учредителя.
— Хорошо, — решительно кивнул Сергей. — Давай подаваться, если ты уверена, что потянем.
— Абсолютно уверена! — глаза Алёны горели. — Бизнес-план я уже набросала, осталось только грамотно его защитить. Думаю, если потренируешься — всё получится.
Сергей смотрел на неё с нескрываемой благодарностью. С тех пор как дела взяла в руки Алёна, их скромный бизнес из почти нулевого превратился во вполне успешный, а с перспективой расширения можно было уже помечтать о небольшой сети пирожковых с оригинальной рецептурой.
Вскоре грант одобрили, и работы прибавилось. Сергей и Алёна теперь часто вместе объезжали город, выбирали места для новых точек, искали оборудование и поставщиков. Они решили, что часть пирожковых будут работать только на продажу, а выпекать продукцию станут на трёх централизованных пекарнях — так можно было удешевить производство и не нанимать лишний персонал.
Через несколько месяцев точек стало уже десять. Популярность пирожковых Волкова только росла. Алёна была счастлива — её зарплата давно превысила доход на прежнем месте, правда, и ответственности прибавилось в разы. Свекровь продолжала помогать с Мишей: днём мальчик оставался у бабушки, а вечером она привозила его к пирожковой. Вскоре они с Сергеем сняли небольшой офис для собеседований и централизованного учёта. Теперь непосредственно в точках главный бухгалтер и управляющая бывали нечасто.
Бизнес рос. Алёна успела нанять нескольких толковых продавцов, взяла на работу пенсионеров-пекарей, которых не хотели брать другие работодатели — всё по рекомендациям тёти Лены. Вместе с Сергеем они уверенно обходили все подводные камни, и даже сумели получить пятилетний контракт с городом на торговлю с лотков в самых бойких местах — на вокзалах и площадях.
А вот у Артёма дела шли совсем не по плану. В один из дней его просто не пустили в офис. Рядом у входа нервно переминался с ноги на ногу Максим Олегович, то и дело хватаясь за телефон.
— Что происходит? Почему пропуска не действуют? — растерянно спросил Артём.
— Утечка информации, — сквозь зуба пробормотал Максим. — Похоже, этот старый лис, Лев Семёнович, нас раскусил. Нет доступа ни к одной системе. Как такое могло произойти? Мы же всё делали скрытно!
— Вот и думай, где прокололись, — раздражённо бросил Максим. — Кто знал о планах на следующую неделю? Ты и я. Мы же никому не говорили.
— А твоя Марина? — холодно поинтересовался он. — Насколько она была в курсе?
Артём ударил себя ладонью по лбу. — Она всё знала. Мы обсуждали детали, но я думал… я был уверен, она твоё доверенное лицо. Вы же и без меня общались.
— Вот как она решила отплатить, — мрачно констатировал Максим. — А что, она вообще что-то требовала в последнее время?
— Понимаешь, у Маринки аппетиты выросли, — смущённо признался Артём. — Начала просить дорогие подарки. Колье из ювелирного, с ценником, который мне не потянуть. Три дня её уговаривал, а когда окончательно отказался, она пообещала, что я пожалею.
— Звони ей, — приказал Максим. — Выводи на громкую связь. Пусть признаётся.
Артём набрал номер. Вскоре из динамика раздался весёлый женский голосок:
— Тёмочка! Как тебе мой сюрприз? — рассмеялась Марина. — Понравилось чувствовать себя человеком, который стучится в закрытую дверь?
— Совесть есть? — вырвалось у Артёма. — Ты понимаешь, что подставила нас всех?!
— А мне какое до этого дело? — усмехнулась она. — Ты не захотел тратиться, а вот Лев Семёнович — человек понимающий. Раскошелился, даже не пискнул, да ещё и повышением обеспечил. А вы с Максимкой можете теперь гулять на свободе.
— Знаешь поговорку про синицу в руках? — серьёзно спросила Марина. — Так вот, я выбрала именно её. От ваших обещаний ни жарко, ни холодно. Разберитесь для начала между собой.
В трубке раздались короткие гудки. Артём и Максим переглянулись.
— И кому теперь объясняться? — глухо спросил Артём.
— Мне, — сквозь зуба процедил Максим. — Серьёзные люди вклад требовали вернуть. Ненавижу её.
Теперь оба остались без работы, а устроиться в городе Лев Семёнович им вряд ли позволил бы.
— Ну и куда теперь? — глухо спросил Артём.
— Жить хоть есть где? — перебил его Максим.
— Аренда оплачена до конца месяца. А ты?
— Перед серьёзными людьми держать ответ теперь мне, — мрачно сказал Максим. — Насчёт жилья… можешь у меня временно устроиться. Женá всё равно ушла, как-нибудь поместимся.
Вместе они неспешно побрели прочь от офисного здания.
Через несколько дней Максим переехал к Артёму. Увидев его на пороге с чемоданами, Лариса Викторовна вскинула бровь, но сын поспешил её успокоить:
— Мам, ты же всегда говорила, что у меня где-то есть брат. Так вот, это он — Макс.
— Того мальчика в документах по-другому звали, — нахмурилась Лариса Викторовна, пытаясь вспомнить. — И фамилия была другая…
— Ему поменяли данные при усыновлении! — отмахнулся Артём. — Чего ты придираешься? Лучше бы порадовалась за меня — я же брата нашёл, как всегда и мечтал!
— Ой, чему тут радоваться-то? — устало вздохнула она. — Притащил чужого человека в мой дом. Вы с ним даже не похожи.
— Мне достаточно того, что он сказал! — резко оборвал её Артём. — А если тебе не нравится — можем уйти оба. Хорошую поддержку в трудную минуту устраиваешь.
— А это не тот ли Максим, которого вспоминала Алёна? — вдруг спохватилась мать. — Подлец, что её уволил!
— Ты ещё и в мои отношения с женой лезешь? — рассвирепел Артём. — Хватит этого цирка! Я просто хочу наладить жизнь. Теперь я без работы.
— Вот и брал бы пример с Алёны, — сердито сказала Лариса Викторовна. — Она смогла справиться. Теперь вон начальница. Может, к ней пойдёшь? Попросишь прощения, глядишь — и на работу возьмёт.
— Ты откуда знаешь, как у неё дела? — насторожился Артём. — Вы что, общаетесь?
— Конечно, я же с Мишенькой помогаю, — усмехнулась мать. — Вот если бы ты сыном интересовался, давно бы это знал. Кстати, им с Волковым сейчас реально нужны сотрудники. Курьер на развоз продукции, снабженец… Поговори с ней. Алёна женщина отходчивая.
— Ладно, — кивнул Артём, в голове уже роя планы. — Думаешь, правда простит?
— Конечно! — оживилась Лариса Викторовна, всё ещё лелеявшая надежду на воссоединение семьи. — Обязательно свяжись. Думаю, она будет рада.
Артём решил для начала обсудить этот план с Максимом. Тот, к его удивлению, воспринял идею с воодушевлением и даже попросил найти работу и для него. Теперь Артём ощущал себя настоящим спасителем брата. А у Максима в голове уже созревал новый план: он знал, что у любого растущего бизнеса всегда найдутся завистники, и теперь жаждал не просто работы, а возможности компенсировать свои потери — желательно за счёт пирожковых Волкова.
Продолжение :