В произведении используется разговорно-обиходный стиль речи. Повесть художественная, но основана на некоторых реальных событиях.
...Я уже дверь открыл, как сзади получил удар в затылок, в ухо, ещё раз в голову, -чудак попутавший! Заплатишь! Я те все мозги вышибу!
Удары мощные, боль так себе, но вот в глазах потемнело, звёздочки замелькали, в ушах зазвенело.
-Эдька кончай! Ты чо!? Не бей его! -закричал пассажир и вроде, как стал оттягивать водилу от меня. Но крепкий бугай оказался, оттолкнул он пассажира, ещё удар и поскользнувшись я упал.
-Я из тебя, блин, всё выбью, ещё и сверху! -замахнулся он ногой для пинка.
Получилось у меня его ботинок перехватить, резко крутанул и на себя дёрнул, он на пятую точку шмякнулся, я на него заскочил, раз всего удалось мне ему врезать по челюсти. За руки меня этот Эдька схватил, начал крутить, чтобы сбросить меня, короче борьба началась, я локтем смог ему в голову врезать, захваты ослабли. Пассажир меня начал хватать, чтобы оттащить от своего друга.
-Да вы чо мужики?! Хорош! Успокойтесь!
-Мужики харэ! -потянул меня подбежавший водитель уже выехавшей «Волги».
Шум остановившегося КамАЗа, Лёха подбежал, не разобравшись пассажиру сходу пинка влепил.
-Охренел!? Лучше помоги растащить!
-Ага!? Ща!
Микрогрузовик с нашей базы остановился, водитель поспешил на помощь, а тут ещё и Серёга на «сельхознике» подкатил, ещё какая-то легковушка остановилось, с неё водила подбежал. В общем растащили нас. Эдик, как раненый медведь ревёт, но матом. Я почти и не отвечал, одно большое желание было, забить его, до такой степени, чтобы он пощаду начал вымаливать. А тут Коля на УАЗике с охранником и и.о. Синько подъехали. Видать, кто-то из наших по рации сообщил, или ещё что, база же совсем рядом, с километр примерно.
Эдику ничего не оставалось, как успокоится, но всё равно косые взгляды он на меня кидал, -ничего, ничего, всё равно получу с тебя.
-Посмотрим.
-Ну, ну, смотрелки не просохать.
-За своими приглядывай, -резко взбесила меня его морда, хотя уже и не такая наглая, как была до появления наших. Я в его сторону дёрнулся, но несколько рук меня на месте удержали.
Синько Колю в милицию отправил. Ко мне подошёл, ты почему здесь? -тихо спросил он.
-А где мне быть?! По дороге, по правилам, чо не так?
-Почему с города не сразу на трассу поехал, а сюда, через посёлок? Зачем?
-Какая разница.
-Ладно, потом разберёмся.
Менты быстро приехали, замерили, опросили, протокол составили, свидетелей тоже зафиксировали, в трубку нас обоих заставили дунуть, и «всем спасибо, все свободны, пока свободны». Я в кабину залез, Синько мне рукой махнул, чтобы я не уезжал. Дверь открыл.
-Редкодуб вернёшься мы с тобой… А что это за вонь?!
-Водку купил, а при торможении две бутылки разбились.
-А ты случаем не пил?
-Нет конечно, вон менты уже проверяли.
-А ну да, ладно, после разберёмся, езжай сливайся и строго по маршруту.
-А отсюда другой дороги нет.
-Мало ли, вы шофера что угодно найдёте.
-Да ладно тебе!
-Не тебе, в вам.
-Без разницы.
Залез я в кабину, по коробке и на выход из посёлка пошёл. На трассу вырулил, ну и притопил. Настроение наглухо испорчено, ну хоть желание того Эдика уработать за пропущенные удары и наглость утихло. Но злость на него не ушла, только притихла. «Вот же шакалюга! Со спины налетел! Меня виноватым хотел сделать! Хрен-то там!... Я прав, так он меня ещё и на бабки хотел поставить!... Блин ухо болит, и шея, как будто застудил». Было у меня пару раз такое, неприятная вещь, при каждом повороте, хоть и не сильная боль, но неприятно, а особенно за рулём, когда головой постоянно вертеть надо.
Пока сливался в Золотинке, стемнело. «Вот же ушлепан! Из-за него поздно домой вернусь, а Ольга сегодня пацанов хотела искупать, помощь моя нужна. Может тёща придёт, ну или завтра можно, в рейс завтра точно не отправят».
На обратном пути в Иенгру заехал, сначала в контору подъехал, там уже никого, домой к Николаевичу рванул. В ограде у сарая УАЗ занесённый снегом стоит, а возле дома Тойота «Прадо» не последней модели, а начала 90-х годов, крепкий аппарат, на мостах. Остановился, собаки залаяли, к КамАЗу подбежали, посигналил воздушным сигналом, они, чуть отбежали, но лаять не перестали. Свет на крыльце и на столбе посередине ограды вспыхнул, Николаич из дому вышел, и почти сразу же в мою сторону пошёл.
-О Захар! Приехал всё-таки! Я думал, чой-то забыл ты про меня, -протянул он обе руки.
-Здорова Николаич! -работы много, дома забот прибавилось, сегодня вот в Золотинку мотался, вот и заскочил.
-Ну, ну! Давай!
-Всё в кабине лежит, ща достану!
-Это потом. Давай хвастайся, кого жена родила? Когда?
-Два сына, 20 декабря! Домой их перед самым Новым годом забрал, растут мужики!
-Я тебе чо говорил? Наследники будут, род твой, фамилию продолжат.
-Ага, я там у тебя в сарае канистры всякие видел, тащи.
-Дам, но с возвратом.
-Ну нет, я тебе бензин же как-то обещал, литров 180-200 есть у меня, тащи тару, солью.
-Далёка, ты в ограду заезжай, ближе к сараю, а потом задом выедешь, ты ж был у меня, знаешь.
-Можно и так.
Заехал я в ограду, поближе к сараю. Ограда у Николаевича большая, тут, если бы не снег, то с закрытыми глазами можно на автопоезде развернуться. Бензин в несколько канистр ёмкостью от 10 до 30 литров слили. В кабину залез, подарки забрал.
-Это тебе, простава, -протянул я пакеты.
-Так нельзя, обидеть можна, а мы друзья с тобой!
-Базара нет, друзья, но видишь, я на работе, мне ехать надо, а ты же за стол потянешь, нельзя мне Николаич.
-Да кто там тебя…
-Не спорь, в посёлке, когда сюда шёл, легковушку зацепил слегка, менты сразу же налетели. Ваще не уговаривай, даже грамм не выпью.
-Жалко, очень я хотел с тобой посидеть, друзья же.
-Посидим Николаич, сыновья подрастут, мы все вместе к тебе в гости приедем.
-Придётся согласиться, чо уж делать, а в дом пошли, хоть чай попьём.
-Время Николаич! Домой надо.
-Подождут сыновья 15 минут, пошли.
-Кружка чая и всё, я попру.
-Да, ну и два пирожка, жена недавно напекла, -хихикнул он.
В дом зашли поздоровался со всеми, кто был. Николаич меня за стол усадил, жена, и по-моему дочь его, на стол еду начали ставить, всё как у всех, только мясо было в двух мисках и пирожки на большой сковороде накрытые полотенцем. Мой торт на стол поставили. Николаевич, что-то на своём языке домашним сказал, а их в доме было человек семь, не меньше. Не понять, кто они есть, родственники, знакомые, или соседи.
-Ну как имена дал сыновьям?
-Павел и Пётр.
-Наши имена, хорошие.
-В смысле ваши?
-У нас кто крещённый, такие имена самые частые. У меня Иван, тож много кого так звать.
-А Захары есть? -улыбнулся я.
-У нас в селе нет, а так есть, дальние родственники в Якутске живут, у них аж два Захара в семье.
-Нас тоже двое было, батя мой тож Захар был.
-А чо помер?
-Да, сердце.
-Оно от нервов и злости начинает болеть, изнашивается. Шофера говорят, как мотор на машине, который не жалеют и газуют ему шибко.
-Наверное, не задумывался.
-Я точно говорю, вот приедешь, мы с тобой ладом сядем поговорим за это.
-Ты чо Николаич врач?! -засмеялся я.
-Нет, но пожил, старших слушал, вот сколько мне лет?
-Ну так не скажу, на вскидку лет пятьдесят примерно.
-А вот и фиг там! -хохотнул он.
-Ну а сколько тогда?
-Шестьдесят пятый год мне пошёл.
-Да ну?!
-Паспорт показать?
-Нет, не надо, верю конечно.
-Эх жалко, что так с чаем сидим, оно с водочкой душевнее, как-то получается.
-Знаю, но пока так Николаич.
Женщины и подросток в дом в клубах морозного воздуха зашли, Николаичу что-то доложили, он пару фраз только в ответ сказал.
-Всё Захар, выгоняю я тебя, -с улыбкой сказал он.
-А если не уйду? Может я ещё хочу побыть, пирожков ещё много, -пошутил я.
-Ешь, с собой возьмёшь ещё.
-Да куда мне? Дома тоже ужин ждёт. Спасибо всем, поеду я домой, ждут.
-Пошли провожу.
Вышли из дому на крыльце два мешка белых стоят, обычно в таких мука, или сахар бывают.
-Вот это домой возьмёшь, тут мясо доброе, печёнка, а в том четыре больших круга молока, жирное, ну и маленьких маленько, вкусное молоко, у нас всего две коровки такое дают, даже зимой.
-Какие круги? Не понял.
-Смотри, -открыл он мешок, там замороженные круги молока лежали.
-Ох ты! И чо с ним делать? Таять, или так грызть?
-В миску круг положи, растает, молоко через марлю пропусти на всякий случай, пейте, ну там кашу на нём варите, но лучша конечно прокипятить его.
-Понял, сколько денег за это всё?
-Договорились же, я меняться люблю, ты мне бензина дал, а я тебе вот мясо и молоко.
-Ну как-то оно вроде не то, вон сколько мяса.
-Ничо, я даже в наваре остался, -хитро хихикнул Николаевич.
-Или я. Спасибо Николаич.
-Тебе тож спасибо. Приезжай за мясом, молоко понравится, до тепла такое у меня будет, потом только свежее.
-Добро, подбегу. Побегу я, времени уже много.
-Беги, ко мне заезжай в любое время, мясо у меня завсегда имеется.
-Будет возможность бензинчику тебе подкидывать буду.
-Хорошо, видел у меня какой конь теперь? -кивнул он на Тойоту.
-Ага, какой год?
-1994, мотор сильный такой, на бензине, и скорость переключать не надо, автоматически переключаются, две педали всего.
-Зашибатый джип, где покупал?
-Брат двоюродный пригнал, он у меня сейчас в Хабаровске живёт, вот такими японскими машинами занимается, помог мне, сам бы я туда не поехал, далёка и не знаю я там ничо и никого.
Мясо я в кабину положил, а мешок с молоком в ящик, Николаич мне ещё один мешок дал полиэтиленовый на всякий случай. Попрощались мы с ним, как настоящие друзья, задним ходом из ограды выехал и в сторону трассы рванул. Меньше, чем за час я до базы добежал, автопоезд на его место поставил, тэн подключил. «Крузер» подогнал, оба мешка в багажник перенёс. «Калдина» Синько подъехала, стекло опустилось...
Продолжение следует...
Вы можете сугубо добровольно и только по возможности! Поддержать канал и автора, любая сумма будет большой помощью: Карта Сбер: 5469 7400 1036 6122 Игорь Георгиевич Н.