Они лежали в палате на больничных кроватях, которые стояли рядом, и заложив руки за голову, мечтали.
- Мишка, ты сразу после выписки отсюда что сделаешь? – спросил томным скрипучим голосом Иван.
- Попрошу купить мне коньки.
- Попросишь? А сам, что, купить не можешь?
- Могу. Но я же в них не разбираюсь. Говорят, есть такие удобные коньки, которые надел на ноги, и сразу поехал.
- Нет таких коньков, – уверенно сказал Иван. – Я точно знаю.
- Да откуда ты всё знаешь?
- Оттуда. Я же ещё в первом классе пробовал научиться. Мне тогда купили, тоже, самые удобные коньки. Так я на них только встать успел, и сразу нос разбил.
- Ну, ты вспомнил, - усмехнулся Михаил. – Первый класс. Когда это было?
- Недавно, - опять уверенно сказал Иван.
- Ага, как же… Нет, Ваня, теперь всё изменилось. И коньки другие стали, и даже – лёд на катке.
- А я говорю - ничего не изменилось, - полез в спор Иван, потому что любил поспорить. – И, вообще, мне, правда, кажется, время прошло – всего-ничего. Я вот, когда нас отсюда отпустят, пойду сразу к Таньке.
- К какой? Со второго этажа? Которая в твоём подъезде живёт?
- А ты откуда знаешь? – тут же насторожился Иван.
- Ты, что, издеваешься? – засмеялся Михаил. – Как мне её не знать, если мы с неё ещё в песочнице вместе играли. – Хорошая девчонка выросла. Особенно, когда в школу пошла, прямо – красавица стала. Все пацаны у нас в школе на неё заглядывались.
- Она и сейчас хороша, - кивнул Иван.
- И чего ты к ней пойдёшь? Кадрить будешь?
- Ага. Попробую. Она же теперь одна. Ей, наверное, скучно живётся. Поэтому, я думаю, она меня не прогонит.
- Ну, не знай, не знай, – загадочно протянул Мишка. – У неё характер боевой. Если ей что-то не понравится, она тебе такое скажет, что все твои любовные ожидания сразу улетучатся.
- Почему это?
- Так язык же у неё острый. Сам знаешь.
- Знаю. Поэтому и обратил на неё внимание. Давно уже. Я таких девчонок всегда любил, и люблю до сих пор.
- Ох, девчонок он любит... - передразнил его друг, и хмыкнул. Потом мечтательно протянул: - А я люблю мягких, которые душой плавные.
- Да ну, - опять заспорил Иван. - Вялые и флегматичные – они хороши только на даче. Ты им говоришь – я пошёл на рыбалку, а они машут рукой – мол, иди, пожалуйста. Ты им опять - я пошёл в лес за грибами, и они опять соглашаются. И не мешают отдыхать. А для дома нужна женщина, которая и сама горит, и тебе не даёт остыть. Как у меня Вера была.
- Да, у тебя была жена – не дай Бог мне такую.
- А то! – Иван засмеялся. – Помнишь, как она тебя сковородой огрела, когда ты, поддатый, пытался в три часа ночи в гости к нам напроситься?
- А тебя она в ту ночь первого огрела! – засмеялся и Михаил. – Если честно, я её боялся после этого, как огня.
- Почему?
- А потому что она всегда с большой сумкой у тебя ходила. И мне казалось, что в этой сумке лежит та самая сковородка. И если к ней близко подойти, то она опять может психануть.
Иван расхохотался, потом весело посмотрел на друга.
- Нет, Мишаня. Она тебя, если честно, уважала.
- Да, хватит, врать, - отмахнулся Михаил. – У меня её уважение до сих пор в голове звенит. После того удара.
- Правда-правда. Уважала. За то, что ты на неё в полицию не заявил за тот случай. Ведь она могла тебя тогда контузить. А это уже – злостное хулиганство с применением вреда здоровью.
- Да разве можно на женщину в полицию заявлять? Тем более – на жену своего друга.
- Да, хорошо мы жили, - кивнул Иван, и громко вздохнул. - Жаль, что денёчки наши с ней быстро пролетели. Так что, Мишаня, ты свою жену береги изо всех сил.
- Да уж, стараюсь, как могу, - вздохнул громко и Михаил. – Только вот, видишь, загремел я не вовремя в больницу. И ты тут лежишь. А она, наверное, сейчас, одна дома. Переживает. И дети все разъехались.
- Конечно, переживает. Куда ей деваться. Так что, ты со своими коньками будь поосторожней. Навернёшься об лёд, и опять в больницу попадёшь, но уже с переломами. А переломы для нашего возраста - они пострашней инфаркта будут.
- Почему это?
- А потому что от инфаркта, обычно, быстро на тот свет попадают. Родственники даже не успеют испугаться. Раз-раз – и похороны. А с переломами – будешь лежать месяц напролёт, и жене всё это время на нервы капать. Опять же, утки за тобой убирай, пролежни массируй.
- Ну, спасибо, что предупредил, шутник, - недовольно отозвался друг. – Но, только, коньки, это же - не просто так. Должен же я хоть какое-то хобби в старости иметь. И желательное – спортивное. Чтобы пожить подольше. Ведь наши с тобой восемьдесят лет – это ещё не приговор. Правильно?
- Правильно. Но, ты лучше йогой займись. Говорят, очень хорошее хобби. Лежишь на коврике, худые ножки во все стороны тянешь, глаза в потолок таращишь. И здоровье в тебя со всех сторон проникает.
- Нет, йога – это женское, - поморщился Михаил.
- Почему?
- Потому что - ты правильно говоршь - там нужно принимать лежачие позы. А я, как только на ковёр дома ложусь, так меня сразу в сон клонит. А на коньках не уснёшь. На коньках нужно всегда ухо востро держать. И опять же, весело это - по льду скользить.
Вдруг отворилась дверь в палату, вошёл внук Ивана – Семён, и с порога поздоровался.
– Здрасьте. Привет, дядь Миш.
- О, внучок пришёл! – заулыбались оба старика. – Как там твои мамка с папкой?
- Нормально. - Парень сразу же поставил на тумбочку пакет с гостинцами. – Дедуля, отец просил спросить, тебя когда выписывают?
- Врачи говорят, через пару дней. Кстати, Семён, скажи-ка мне, у тебя ненужные коньки есть? – поинтересовался вдруг дед. - С ботинками, которые тебе малы.
- Ну, есть. А что?
- Какой размер ноги?
- Сорок третий.
- Неужели сорок третий – и малы?
- Ага, - опять заулыбался внук. – У меня уже сорок четвёртый.
- Может, тогда, ты их дядь Мише подаришь? У него - сорок второй. А я тебе с пенсии - денег на новые коньки дам.
- Договорились, - кивнул внук. – Если честно, я бы и просто так отдал. Только, дяде Мише они зачем?
- Надо. Он будет готовиться к Олимпиаде. Хочет в сборную команду по хоккею попасть. Чтобы с Овечкиным и Малкиным - в одной тройке. Центрфорвардом.
- Так наших же опять не допустили до Олимпиады, - удивлённо сказал внук.
- Поэтому у дяди Миши время есть – к следующей подготовиться.
- А-а-а… - только теперь дошла до Семёна шутка деда, и он расхохотался.
Минут через пять внук уже ушёл, и старики опять легли на кровати, и закинули руки за голову.
- Выходит, Ваня, я теперь твой должник… - пробормотал Михаил. – Коньки-то мне просто так достались.
- Да, ладно… - усмехнулся. – Пользуйся. Всё равно, ты только один раз на каток сходишь, и успокоишься. По себе знаю.
- И всё равно, я должник. Поэтому, так и быть, я, когда выпишусь, с Татьяной поговорю насчёт тебя.
- Зачем это?
- Подготовлю для тебя почву. Чтобы твои любовные ожидания сбылись. Мы же с ней, всё-таки, в одном классе учились. И поэтому она обязана будет выслушать, как я тебя расхваливать буду.
- Если так, тогда я согласен, - мечтательно заулыбался Иван. – Хвали меня, Мишаня. Только не переусердствуй. Чтобы и она тебя потом сковородой как-нибудь не хватила. За излишнее враньё. Вдруг я твою хвальбу не оправдаю.
И старики опять рассмеялись. ©
Всем моим дорогим читателям - радости и душевного тепла! Давайте вместе делать этот мир добрее!
Обнимаю. Ваш А. Анисимов