Теперь, когда у Софии имелись записанные на телефон доказательства того, чем эта парочка промышляла на самом деле, пелена спала окончательно, а вместо неё внутри крепла, словно закалившаяся сталь, уверенность в том, что нужно со всей этой ерундой разобраться.
План, возможно, было слеплен на коленке, но у Сони другого попросту не было. А оставаться и дальше под крышей того дома, от которого её воротило, она больше не могла.
Когда направлялась в гостиную, чутко прислушивалась к тому, чем занимались Эд и Ася, но кругом была такая тишина, что даже если эти где-то и находились, то явно не рядом.
А ещё в висках пульсом билось воспоминание о том, как мама говорила ей совсем недавно про необходимость оставить все так, как было на момент, когда она прибежала к ней в слезах. Но как бы она ни старалась хотя бы прикинуть мысленно, что действительно просто уйдёт отсюда и забудет про Эда и Асю навсегда, данная затея не находила у неё отклика.
Ей нужно что-то сделать. Что-то, что хотя бы отчасти искупит вину…
Зайдя в гостиную, Соня осмотрелась. На одной из полок стояла роскошная статуэтка. Она хоть и не выглядела на миллионы рублей, о которых ей вещал Эд, София знала - эта вещица и впрямь дорогая. Какие-то там редкие сплавы, чёрные бриллианты, что-то ещё… Когда хозяин этого дома рассказывал о том, как для него изготавливали статуэтку, кажется, богини Макошь, он весь преисполнялся каких-то своих фантазий.
Но для Сони сейчас эта статуэтка была лишь способом забрать те ценности, которые Эд экспроприировал у её отца через саму Софию. Хотя бы так…
Подойдя к полке, где стояла Макошь, она снова огляделась. Казалось, что за ней наблюдают, хотя рядом никого не было и быть не могло. А когда Соня всё же потянулась и взяла статуэтку, взгляд её упал на деньги, лежащие на столике.
Вот так вот просто Эдуард оставил здесь несколько пачек с крупными купюрами… Как будто даже не сомневался в том, что их никому не придёт в голову забрать.
Софии - пришло.
Даже не просто пришло - она считала, что поступает совершенно правильно, когда берёт и статуэтку, и деньги. Возможно, Эд даже не заметит пропажи, когда Соня просто пересечёт гостиную, выйдет из этого чёртова дома и покинет общество двух мошенников навсегда…
Сунув Макошь и купюры в карман короткой куртки, она направилась к двери, но когда до неё оставалось пару метров, ручка опустилась и на пороге гостиной возник мрачной фигурой Эд.
Он показался Соне просто огромным, заполонившим собой сразу всё пространство. А взгляд, которым Эдуард полоснул по лицу Софии, пригвоздил к месту наряду со страхом, от которого стали отниматься руки и ноги…
- Думала, что я такой идиот? Да, Сонюшка? - издевательски спросил Эд, шагнув к ней и понуждая отступить на шаг.
Кислород в лёгких кончился, дышать стало нечем. А от того, что казалось, будто на неё смотрит не человек, а какое-то сверх-существо из другого мира, Софию парализовало окончательно.
- Думала, что я не знаю, зачем ты вернулась? - продолжил он наступать на неё, пока Соня едва заставляла себя сместиться в сторону.
Она уже понимала - ей конец. И промчаться мимо Эда, чтобы выбежать из гостиной, она не сможет. Он схватит её ещё до того, как София сделает хоть шаг…
- Я… я… - пробормотала она, представляя, что именно с ней сотворят уже совсем скоро.
И самое страшное - об этом никто и никогда не узнает.
Ей действительно конец…
- Ты… ага, ты… Дура ты! Вот кто, - зло выплюнул Эд. - Такую карьеру могла сделать! В любимицах бы у меня ходила…
Он вдруг осёкся и замер. Повернул голову набок, как будто прислушивался к чему-то. А Соня вообще потеряла понимание, что творится. Лишь только гулкий шум в ушах давал ощущение, что она всё ещё жива.
- Какого чёрта?! - выдохнул Эд, когда снаружи раздался истеричный голос Аси:
- Сюда! На помощь! На помощь! - вопила она, а ей вторил такой рык и лай собак, что у Софии даже волосы на затылке зашевелились.
- Стой здесь! - рявкнул Эд, и помчался прочь из гостиной.
А Соне только это и нужно было. Она сорвалась следом, забыв обо всём. Пусть он поймает её где-то на улице - плевать. Главное сейчас вырваться отсюда, а не стоять перепуганной статуей.
Как только оказалась на улице, пришла в ужас. Даже застыла на мгновение, увидев, что именно творится.
Это был папа - именно он проник на территорию особняка, и именно на него напали сразу три собаки. Они до сих пор пытались его разодрать, хотя Эд и старался утихомирить животных.
Кругом бегала, заламывая руки, перепуганная Ася.
Но останавливаться было нельзя. Нужно уносить ноги, что бы здесь ни происходило…
Что Соня и сделала - пробежала к приоткрытой калитке, юркнула в неё и, сверкая пятками, помчалась дальше.
Остановилась только когда увидела старенькое такси, в которое и запрыгнула с отчаянно колотящимся сердцем.
- В город. Срочно… Я скажу адрес, - выдохнула, едва не теряя сознание от пережитого страха и вакуума, который заполонил лёгкие.
И когда такси отъехало от обочины, стала молиться.
Впервые за всю свою жизнь…
***
Чем ближе был мамин дом, тем острее становилось чувство, что Соня вот-вот сойдёт с ума. В голове помутнело, а мысли о том, чтобы просто сбежать туда, где её никто не найдёт, становились всё навязчивее.
Но она не смогла пойти на поводу этого малодушия. Нужно обратиться к правоохранительным органам. Нужно всё это остановить.
Удивительно, но об отце, и о том, что с ним случилось, София вспомнила только когда расплатилась с таксистом и побежала к дому, где с недавних пор жила мама.
Словно мозг блокировал жуткие картины, которые обязательно ей вспомнятся, только позже…
- Мама! - воскликнула она, когда нажала на звонок, и мать открыла ей дверь.
Удивительно, но родительница тут же положила руку на живот в защитном жесте, как будто бы… была беременна…
Впрочем, сейчас Соня совершенно не могла об этом думать. Голова её закружилась, снова стало тяжело дышать. Она попыталась схватиться за воздух и чуть не упала, но мама бросилась ей на помощь.
- Соня, боже, что стряслось? Тебя всю лихорадит! - воскликнула она, усадив Софию на стул, к которому подвела с такой осторожностью, словно та была сделана из хрусталя.
- Я была… у Эда и Аси. Я записала всё, что они говорили. А ещё вот…
На это ушли последние силы - сознание стало утекать, но София всё равно успела вытащить телефон, деньги и статуэтку, которые и передала растерянной матери.
- А ещё… там папа пришёл. На него напали собаки. Сделай что-нибудь…
Она стала отключаться, и на смену реальности пришла темнота. Кажется, на периферии рассудка ещё слышались голоса, потом показалось, что кто-то хлопает её по щекам, но Соня уже ничего не понимала и не осознавала.
И это было даже к лучшему…
В последнее время Клим Стрельцов стал для меня не только настоящей палочкой-выручалочкой, но ещё и своего рода ангелом-хранителем. И если бы не он, примчавшийся за считанные мгновения даже раньше скорой, которую я экстренно вызвала дочери, того и гляди, у врачей вновь могла оказаться и я.
А этот риск для моей беременности вполне мог оказаться фатальным. И, разумеется, я просто не имела права идти на него ради кого бы то ни было.
Пока Соню, которая пришла в себя, осматривали, мы с Климом перекинулись парой слов на кухне. Я рассказала ему всё, что знала из сбивчивого рассказа дочери. Указала и на деньги, и на статуэтку, и на телефон Софии.
Пока ничего из того, что передала мне дочь, не трогала - считала, что этим нужно заниматься специально обученным людям.
И Стрельцов, который выглядел ну очень озадаченным и встревоженным произошедшим, хмурился всё сильнее по мере моего рассказа. После чего сообщил коротко:
- Свяжусь с одним человеком. Он работает в структурах на… довольно высокой должности. Потом сообразим, что с этим делать. А пока Соню надо определить к врачам. И тебе - успокоиться.
Он положил руки мне на плечи и провёл ими вверх и вниз. От этого жеста действительно стало немного легче, как будто Клим взял на себя часть весьма не позитивных ощущений, что дало мне чувство освобождения.
- Да, я пойду узнаю, что там и как.
Когда прошла в комнату, где заканчивался осмотр, поняла, что дочь находится в каком-то коматозе. Видимо, нервное напряжение, которое она переживала, было столь сильным, что её сознание уплывало.
- Соф… - позвала я, и она перевела на меня затуманенный взор. - Поедешь в больницу, хорошо? Мы устроим тебя к отличным врачам.
Я только сказала это, как Соня закивала и стала проваливаться во что-то вроде забытья. Естественно, решено было везти её в клинику.
Через несколько минут, подписав все необходимые бумаги, мы со Стрельцовым отправились сопровождать Софию до того места, где ей могли оказать помощь.
Клим при этом бесконечно что-то обсуждал по телефону, но я не особо прислушивалась к разговорам, зная, что так или иначе мне всё расскажут.
Сама же сосредоточилась на том, чтобы хоть отчасти сбить чувство волнения.
Я должна думать о сыне.
***
- Да перестань ты истерить! Итак на километр отсюда все на ушах стоят и уже явно вызвали полицию! - рявкнул Эд и щёку Аси обожгло звенящей хлёсткой болью.
Он никогда не позволял себе подобного, потому ненадолго Ася пришла в себя. А потом снова впала в прострацию, вспомнив, что прямо во дворе всё ещё лежит окровавленный Денис. И жив ли он, не знает никто…
А у неё ведь были к нему чувства. Да, не те, которые бы хотел на самом деле видеть Туманов, но благодарность по отношению к нему она испытывала уж точно. Уж слишком мало в её жизни было людей, которые её искренне любили.
Ася научилась ими дорожить.
- Куда ты? - хрипло шепнула она, обхватив себя руками.
Эдуард метался по кабинету, складывая в небольшую сумку всякие ценности и документы. И Асе казалось, что он планирует бежать.
Без неё.
- Куда-нибудь, - отмахнулся Эд. - А ты здесь оставайся. Расскажешь легенду, что рассталась с этим, - он небрежно кивнул за окно, на улицу, где и находился Ден. - А тот приехал требовать от тебя разговора. Забрался на частную территорию, вот и получил.
Эд приостановился, стал осматриваться тщательно, видимо, на предмет того, что мог забыть. А Ася не верила себе и своим глазам. Он вот так просто сейчас уедет? Бросит её тут? Но как же все их чувства? Все договорённости? Все обещания?
- Потом созвонимся, - бросил Эдуард и собрался вот так спокойно выйти из кабинета, однако Ася его остановила, снова начиная впадать в истерику:
- А как же Соня? Она же всё про нас расскажет!
Бросившись к Эду, Ася хотела схватить его за руку, но он увернулся.
- Никто её бредни слушать не будет. А если и так - спустят всё на тормозах. Но сейчас просто сделай то, что я сказал. Когда приедут полицейские - я придумал, что им скормить. Созвонимся!
Он повторил последнее слово и вышел прочь. Через пару мгновений на улице взревела мотором его тачка.
А Ася осталась одна с жутким пониманием, что её кинули. И осознанием, что тот человек, любовь которого она всё же чувствовала, лежит сейчас умирающий или мёртвый в нескольких метрах.
И сердце её стало обливаться кровью и новой потребностью кричать.
С этим бороться не было ни сил, ни желания.
***
- Голубчиков задержали. Девку сразу взяли, она и не сопротивлялась особо. А мужика на границе. Хотел по поддельному паспорту въехать на территорию сопредельного государства, но… не вышло.
Стрельцов развёл руками, пока я сидела, слушала его и боролась с чувством, будто попала в какой-то жуткий фильм, в котором играла второстепенную роль, но в то же время была своего рода центральной фигурой.
- А Денис? - сдавленно спросила у Клима, зная лишь вскользь, что его в тяжёлом состоянии забрали врачи.
А больше мне никто ничего не говорил, видимо, не желая лишний раз тревожить. Хотя, казалось бы, куда уж сильнее может быть то волнение, которое я испытывала каждый раз, когда думала то о дочери, то о бывшем муже?
- Стабильно, - просто ответил Стрельцов, и хоть я видела, что эта тема для него болезненна, добавил: - Всё нормально будет. С ним родители рядом, их пустили ненадолго. Всё будет хорошо, Оля.
Последняя фраза, весьма расхожая и уже набившая оскомину, особого успокоения не принесла.
Соня в больнице и ей потребуется длительная реабилитация. Выживет ли Туманов и в каком состоянии будет после того, что с ним стряслось, неизвестно. Радовало только то, что Асю и Эда сейчас держали под стражей. Но будет ли так и дальше, я не понимала.
Словно читая мои мысли, Клим заверил:
- Всё и впрямь будет отлично, обещаю. Они ответят за свои деяния, потому что там накопилось столько всего, что в полиции за голову хватаются, почему предыдущие жертвы молчали… Сейчас они потихоньку начнут говорить, поверь мне. И тогда ни этому, ни его девке не выбраться.
Я горько усмехнулась, когда на память пришёл тот день, когда потеряла одного из двоих детей. Ради вот этого всего и оборвалась его жизнь, не так ли? Ради этой грязи… Ради мерзости.
- Хорошо, - просто ответила я и прикрыла глаза.
И услышала то, что теплом разлилось по сердцу. Наблюдательный Стрельцов едва слышно проговорил:
- Думай о малыше.
Всё же он был просто чертовски проницателен.
Продолжение следует...
- Часть 11 – продолжение будет 27.01 в 06:00
Автор: Полина Рей («Цена твоей неверности»)
***
Содержание
- Часть 11 – продолжение будет 27.01 в 06:00
***
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
