Этот старый, пожелтевший листок изменил жизнь Светланы. Но её сердце уже тогда знало ответы…
Антон снова задержался на работе. Светлана стояла у окна, вглядываясь в серый петербургский вечер, и чувствовала, как знакомая тяжесть наползает на грудь. Дышать становилось всё труднее. Она нащупала ингалятор в кармане халата — третий раз за день.
Сырость просачивалась сквозь стены старого дома, въедалась в лёгкие, сжимала горло невидимой рукой. Врачи разводили руками: астма, аллергия на всё подряд, климат не подходит. Работу пришлось оставить три года назад. Теперь её мир сузился до этих четырёх стен, до счёта вдохов и выдохов.
Ключ повернулся в замке. Антон вошёл — и Светлана сразу поняла: что-то случилось. Он не смотрел ей в глаза, стягивал пиджак резкими движениями.
— Что-то не так? — осторожно спросила она, чувствуя, как сердце забилось чаще.
— С.амандур опять... — Антон махнул рукой. — Неважно. Всё хорошо.
Но она-то знала. Знала, как его начальник унижал прилюдно, как обесценивал результаты, как присваивал чужие идеи. Антон молчал, терпел. Ради неё. Потому что каждый скандал, каждое увольнение — это стресс. А каждый стресс для Светланы — это...
— Тоша, — она коснулась его руки. — Может, хватит? Найди другую работу.
— На какие деньги мы будем жить, пока я ищу? — муж улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. — Квартира, твои лекарства, врачи... Всё нормально, Светик. Я справляюсь.
Видела, как муж медленно гаснет. И ничего не могла с этим поделать. У самой не было ни сил, ни здоровья.
Через неделю Антон вернулся домой в три часа дня. В руках — коробка с личными вещами из кабинета. Лицо каменное.
Светлана замерла на пороге спальни, ингалятор выпал из рук.
Корни и крылья
— Всё. Уволился, — коротко бросил Антон, ставя коробку на пол. — Уезжаем. Жить будем в родительском доме. Там сосновый лес, там мои корни. Там тебе будет хорошо. А квартиру продадим: сыну надо помочь, а сами проживём и так. Что нам надо?
Светлана опустилась на стул. Мир поплыл перед глазами.
— Ты... уволился? Просто так?
— Не просто так, — Антон присел рядом, взял её ладони в свои. — Ради нас. Посмотри на себя, Света. Ты задыхаешься. А там воздух другой, хвойный. Вспомни, как тебе легко дышалось, когда мы в прошлом году на выходные приезжали.
Помнила. Помнила, как впервые за годы спала без приступа. Как ходила по лесу и дышала. Просто дышала, не думая о каждом вдохе.
— А ты? Работа?
— Найду что-нибудь. Может, в районном центре. Или удаленно. Главное, чтобы ты была здорова, — он поцеловал её в лоб. — Всё будет хорошо.
Первые месяцы в деревне стали для Светланы возвращением к жизни. Приступы почти прекратились, руки перестали дрожать от постоянной слабости. Снова могла гулять, читать, радоваться утру.
Антон преобразился. Отремонтировал дом, поставил баню, добился проведения интернета в деревню: уговорил, пробил, организовал. Блестяще справлялся с любой задачей.
Только по вечерам, когда думал, что она не видит, на лице появлялась какая-то отрешённость. Смотрел в окно, и взгляд был направлен куда-то далеко, за горизонт.
Антон собрался в районный центр за продуктами.
— Может, вместе? — предложила Светлана.
— Нет-нет, отдыхай. Я быстро, — торопливо поцеловал её и ушёл.
Светлана решила разобрать кладовку. Давно откладывала. Старые вещи, коробки, забытые воспоминания прежней жизни.
В кладовке пахло старой пылью и висел едва уловимый аромат туалетной воды мужа. Такой родной, такой тёплый. В углу стоял кожаный портфель Антона. Потертый, когда-то дорогой. С ним муж ходил на работу в отель. Рука потянулась выбросить зачем хранить то, что напоминает о плохом?
Но что-то остановило её. Светлана расстегнула замок.
Тот самый листок
Внутри — старые визитки, ручка, пара скрепок. И сложенный вчетверо лист бумаги, пожелтевший по краям.
Светлана развернула его. Официальный бланк гостиничной сети. «Назначение на должность регионального управляющего серией отелей. Место работы: Коста-Брава, Испания».
Дата — три года назад.
Сердце ухнуло вниз. Она помнила этот период. Антон тогда был как на иголках, часто задерживался, приходил вымотанный. Думала: очередной конфликт с с.амандуром. А он...
Ниже — размашистый почерк мужа: «Отказываюсь». И приписка: «Прошу уволить по собственному желанию».
Светлана опустилась на пол прямо в кладовке, прижимая листок к груди. Испания. Это же была его мечта. Мечта всей жизни. Со студенческих лет грезил работой в Европе. Строил карьеру отельера именно ради этого. Двадцать лет шёл к цели.
И отказался. Ради неё. Наверное, каждому из нас знакомо чувство вины перед теми, кто жертвует ради нас.
Три года назад её здоровье резко ухудшилось. Врачи говорили о необходимости переезда, но денег не было. А Антон... Он выбрал её. Похоронил свою мечту. Отказался от промозглого Петербурга. Тянул всё на своих плечах.
Сердце ухнуло вниз. Казалось, весь мир перевернулся. И только пыльные сумерки кладовки знали: отсчёт пошёл.
Слёзы текли по лицу, размывая строчки на письме. Как он мог? Как смог молчать все эти годы?
На ватных ногах Светлана вошла в дом, опустилась за стол. Перед глазами стоял Антон. Усталый, с посеревшим лицом, возвращающийся с работы, которую ненавидел. И она жаловалась ему на своё самочувствие, не зная, что каждая жалоба напоминание о цене его выбора.
Через час хлопнула калитка. Антон вошёл с пакетами продуктов, улыбаясь:
— Света, я тебе персики привёз, такие...
Он замолчал, увидев её лицо. Заплаканное, с красными глазами. И пожелтевший листок в руках.
Цена мечты
— Зачем ты... — голос Светланы дрожал. — Ведь я же знаю, что ты об этом мечтал всю жизнь. Испания, карьера, всё, к чему ты шёл двадцать лет...
Антон медленно поставил пакеты, присел рядом.
— Света...
— Я преклоняюсь перед тобой, — она сжала его руки. — Целую твои руки. Не думала, что ты пожертвуешь своими целями. Но как ты мог молчать? Как мог нести это один?
— Светочка, перестань. Муж обнял и прижал к себе. Мне без тебя не жить. А жизнь без тебя просто прозябание, понимаешь? Не жизнь вовсе.
— Но твоя мечта...
— Моя мечта изменилась. Раньше я мечтал об Испании, об отелях, о карьере. А потом понял: всё это ничего не стоит, если рядом не будет тебя. Когда ты задыхалась по ночам, когда хваталась за ингалятор: готов был на всё, лишь бы ты дышала свободно.
— Три года ты терпел с.амандура...
— И что? — он усмехнулся. — Я же справился. Накопили денег, переехали. Ты здорова. Для меня это главное. А работу найду и еще не одну. Уже, кстати, нашёл еще одну. Хотел сегодня сказать. Меня берут консультантом в сеть загородных баз отдыха. Удалённо в основном, иногда буду ездить. Нормальные деньги.
Светлана смотрела на него сквозь слёзы. На этого человека, который выбрал её. Не карьеру, не мечту, не успех. Её.
— Я не достойна такой любви.
— Глупости. Антон поцеловал жену. Ты достойна всего. А мечты, знаешь ли, бывают разные. Была мечта об Испании. А теперь есть мечта просыпаться рядом с тобой. Слышать твоё дыхание: ровное, спокойное. Видеть, как ты улыбаешься. Вот она, моя мечта всей жизни. И она сбылась.
Светлана прижалась к нему, чувствуя, как боль и благодарность сплетаются в груди в один тугой узел. За окном шумел сосновый лес. Воздух был чистым и целебным. А рядом был человек, который отказался от всего ради её мира и здоровья.
— Я люблю тебя.
— И я тебя. Всегда любил. И всегда буду. А теперь давай эти персики есть, пока не испортились. И знаешь что? Может, когда-нибудь мы всё-таки съездим в Испанию. Вместе. На отдых. Просто посмотреть на море.
— Съездим, — кивнула Светлана, вытирая слёзы.
Впервые за долгое время она поверила: у них впереди ещё много времени. Много совместных планов. Много счастливых дней. Хотя понимала: никакая Испания не спасёт, если рядом не будет Антона.
Потому что когда рядом такая любовь: мечты сбываются. Просто иногда совсем не те, которые мы загадывали.
А вы бы смогли отказаться от мечты, к которой шли 20 лет? Ради любимого человека. А какие жертвы ради любви совершали вы? Напишите об этом в комментариях!
Поддержите эту историю лайком. Пусть о силе настоящих чувств узнают другие!