Буян
Кто-то из магнитогорских забыл свою собаку. Да просто оставил. Кто же забудет живого человека… Это был дог. Всю свою недолгую жизнь он жил, видимо, в квартире. Здоровенный, ростом с телёнка, он бегал по деревне, искал своего хозяина. Кто даст ему хлеб, кто косточку подбросит. Воду лакал из реки или из луж. Деревенские собаки его драли, даже мелкие дворняжки гоняли его по улице. Мой папа пожалел пса и приютил у нас во дворе. Сделал из старых досок будку, привязал на цепь. Назвали дога Буяном. Но Буян оборвал цепь вместе с горбылем. Отец привяжет – тот обрывает. Отец плюнул: «Ну и пусть бегает».
Так прошла весна, лето. Буян к осени стал огромным. Верно служил своим новым хозяевам, громогласным лаем предупреждал всех, что дома есть охрана. Когда стояли морозы, он тихонько ложился к коровам и засыпал, греясь, прижимаясь к их тёплым животам. Коровы тоже привыкли к этому.
В тот год ноябрь был снежным и морозным. Мама беременная. Буян каждое утро убегает за отцовскими санями на ферму. Перепрыгивает через высокий забор – и за хозяином. Пятнадцатого ноября выпал метровый снег. У мамы начались схватки. Папа быстро запряг лошадь, положил в сани мягкую солому, маму укутал в тулуп, и помчались в поселок, в роддом. На повороте только отец обратил внимание на то, что Буян почему-то не бежит за ним. Видимо, за зайцем или за собаками побежал, мало ли… В больнице мама долго не была – 16 ноября появился на свет я.
А Буян на самом деле поспешил за отцом, и как всегда решил перепрыгнуть через забор. Неокрепший снег провалился под весом дога, его шея застряла между двух досок. Под своим весом Буян задохнулся и умер. Старший мой брат вместе с двумя курсантами, которые жили у нас, вытащили Буяна, но было уже поздно. Так ушёл из жизни хороший верный пёс.
В деревне так
Ехал с гастролей. По пути решил завернуть к родителям. Возле палисадника сидит на скамейке тётя Ханват. Остановился, вышел из машины.
– Здравствуйте, тётя Ханват!
Она сразу:
– Зять дочку увёз в Сибай, картошка плохо всходит, доски в бане сгнили, позавчера зашла к Марве, чай попили. «Теперь твоя пенсия будет побольше, добавлю», – сказал Путин по телевизору. Галим мне так перевёл. Мотоциклы шумят всю ночь, спать невозможно. Салим в Аскарове. С твоей мамой к Мафрузе на аят ходили, мать твоя читала. Дождя нет. Марсил умер.
Я:
– Ну, ладно.
В деревне так.
В Уфе народ хороший
«Курбан-мясо для твоего имени», – сказал по телефону папа.
Позвонила и мама: «Мясо плотное, жирное. Папа сегодня сел на поезд Сибай – Уфа, вагон номер шесть, не забудь. Встречай».
В те годы поезд Сибай – Уфа прибывал в шесть утра. Пока я подошёл к вагону, отец уже стоял на перроне.
– Ну как доехал? – спрашиваю.
Но разговор перебила проводница:
– Ваш отец постель не взял, чай попил и лёг спать.
– Два стакана чаю выпил без молока, фуфайку под голову положил и уснул, – добавил отец. – Нет, так-то в вагоне было тепло, только из окна дуло, видишь и нос заложило.
Он продемонстрировал, как не дышит его нос. Потом или себе, или кому-то другому говоря «Да пройдёт!», зашагал. Я с рюкзаком впереди, а он позади: «Да этого здания не было, его, видимо, недавно построили».
В подземном переходе голосят частники: «Стерлитамак! Толбазы! Черниковка недорого. Уважаемый, поехали!» – чуть не в глаза лезут. На выходе в город дверь не успела закрыться, как к отцу подскочил какой-то мужчина среднего роста, плотного телосложения, в кепке, и улыбается: «Здравствуй, абзый! Исанмысыз! Ну как доехали?».
Отец снял с рук вязаные варежки, протянул ему обе руки, поздоровался и говорит:
– В вагоне было жарко. Я говорил проводнице, чтобы прикрыла чем-нибудь окно. А она ходила туда-сюда. А теперь видишь? – и показал татарину, как он шмыгает носом.
– Ой, абзый, давай я тебя довезу прямо до подъезда, куда скажете. Айдате, абзый, садитесь.
– Ай, аллам. Спасибо огромное. Сынок меня забирает. Эх, как же мы сделаем? В этот раз я курбан-мясо привез, и сын забирает меня. А весной я привезу мешок картошки. А ты меня здесь жди. Я ведь один раз увижу человека – больше не забываю, запоминаю. Ты встретишь, сына беспокоить не будем. Он здесь недалеко, на Округа Галле живёт. Ну ладно, до встречи. Как тебя зовут? Ильдус? Я запомнил. В конце апреля приеду, до свидания.
Мы сели на мою «семерку» и поехали домой.
– Сынок, какой же всё-таки народ хороший в Уфе! Абзый, говорит, прямо до подъезда довезу, говорит. Уй, аллам, редко встретишь таких людей нынче. Главное – узнал ведь меня, не спал, в такую рань приехал встречать. Спасибо ему. В Магнитке народ другой. В Уфе народ хороший.
Автор: Вахит Хызыров
Журнал "Бельские просторы" приглашает посетить наш сайт, где Вы найдете много интересного и нового, а также хорошо забытого старого!