Двенадцать самолётов. Всего двенадцать, десять из которых уже месяцами возят людей туда-сюда. Но соцсети разлетелись так, будто завтра все полетят на деревянных планерах времён братьев Райт.
«Восстановленные борта», «возраст около 30 лет», «авиационный кризис» — формулировки такие, что хочется немедленно сдать билет и поехать на поезде. Даже если этот поезд идёт до Владивостока неделю.
Информационный шум начался после объявления о вводе в строй лайнеров Ту-204/214, Ан-148 и Ил-96. Плюс авиакомпания планирует вернуть два Boeing-747. И вот тут началось.
«Я теперь вообще летать боюсь. Тридцать лет машине! Моя „девятка" в таком возрасте уже еле ездила», — пишет пользователь из Новосибирска.
Слово «восстановление» пугает сильнее турбулентности
В головах обычных пассажиров возникает картинка: где-то на задворках аэродрома стоит ржавый остов, его сваривают, подкрашивают, вставляют новые сиденья — и вперёд, в небо. Как старенький «Жигулёнок» после гаражного ремонта.
Профильные специалисты смотрят на ситуацию иначе. По их словам, происходящее не имеет отношения ни к экстренным мерам, ни к дефициту техники.
«К самолётам, которые подлежат расконсервации, неприменимо слово „старые". Их возраст — примерно 10-15 лет. По авиационным меркам они только-только повзрослели, им ещё летать спокойно по 15 лет», — объясняет главный редактор портала Avia.ru Роман Гусаров.
Звучит обнадёживающе. Но почему тогда все эти годы машины простаивали?
Пандемия заморозила четверть флота
Ковид ударил по авиации так, что многие компании вынуждены были отправить самолёты на консервацию. Пассажиропоток рухнул, рейсы отменялись пачками, содержать простаивающие борта стало дорого. Законсервировали всё подряд — и Boeing, и Airbus, и отечественные машины.
«Это нормальная мировая практика. Когда спрос падает, технику временно выводят из эксплуатации. Сейчас спрос растёт — самолёты возвращаются в небо», — добавляет Гусаров.
Термин «восстановление летной годности» — профессиональный. Самолёт на консервации временно не находится в состоянии, позволяющем ему летать. Его расконсервируют, проводят аудит всех технических компонентов, меняют элементы с истекшим сроком — и возвращают в строй. Никакого «склеивания музейных экспонатов».
«Я как эксперт не вижу здесь абсолютно никаких угроз. Это ровно те же типы самолётов, которые эксплуатировались и продолжают эксплуатироваться авиакомпаниями. Просто добавляется ещё некоторое количество бортов», — подчёркивает специалист.
А что насчёт экономики? Зачем возвращать в небо машины, которые годами стояли без дела?
Считать умеют не только в небе
Авиакомпании — не благотворительные фонды. Если борт расконсервируют, значит, посчитали: выгодно. Тем более речь идёт не о раритетах советской эпохи, а о самолётах, произведённых в России относительно недавно.
«Многие были законсервированы во время ковида. Тогда примерно четверть всех самолётов оказались лишними. Сейчас пассажиропоток восстанавливается, особенно на дальних международных направлениях», — поясняет Гусаров.
История с двумя Boeing-747 отдельная. Эти машины достались от обанкротившейся авиакомпании «Трансаэро». У нынешнего владельца уже есть опыт их эксплуатации, понимание экономики, налаженные каналы поставок запчастей.
«Это дальнемагистральные широкофюзеляжные самолёты, востребованные на туристических направлениях. Поскольку сейчас идёт существенный рост спроса на международные перевозки, решение абсолютно оправданно», — говорит эксперт.
Но если расконсервируют старые борта, значит ли это, что новых самолётов не хватает?
Новые машины на подходе
В текущем году авиакомпании должны получить новые самолёты. МС-21(вы хоть один вживую видели?), Superjet-100 и Ил-114-300 проходят заключительные этапы лётных испытаний. Как только программа завершится, машины получат сертификаты и начнут поступать в эксплуатацию.
Правда, быстро их не развернуть.
«Новые самолёты надо осваивать: готовить пилотов, инженерный состав. Каждая авиакомпания будет встраивать их в свою инфраструктуру постепенно, пробуя на разных маршрутах», — объясняет Гусаров.
Везде, куда летает самолёт, нужно создавать инфраструктуру на месте. Между рейсами борт проходит технический аудит: пока пассажиры садятся и выходят, инженеры изучают машину, подкачивают колёса, меняют тормозные колодки. Для новых самолётов всё это нужно создавать с нуля.
Поэтому широкого применения ждать рано. Сначала отдельные маршруты, постепенное расширение географии.
Апокалиптические прогнозы делают не те люди
Исполнительный директор агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев тоже не видит оснований для паники.
«Решение о расконсервации самолётов постсоветского производства было принято ещё в 2022-м. Значительная часть этих бортов эксплуатируется или будет эксплуатироваться в интересах государственных структур, деловой авиации, грузовых перевозок. Например, два самолёта Ил-96 уже возят грузы», — говорит он.
До консервации эти машины эксплуатировались не слишком долго и не слишком интенсивно. Перед возвращением в строй они проходят полную процедуру: выход из консервации, тщательный анализ состояния всех элементов конструкции.
«По сути, они ничем не отличаются от самолётов, которые просто проходили плановый тяжёлый ремонт», — уточняет Пантелеев.
Программа расконсервации стартовала не вчера. Она идёт уже несколько лет. Сейчас приняли решение о дополнительном финансировании, потому что за последнее время подорожали запасные части и выросли издержки.
«Переживать по поводу безопасности эксплуатации этих самолётов не стоит», — заключает эксперт.
Страх летать сильнее логики
«Мне всё равно, что там говорят специалисты. Тридцать лет — это тридцать лет. Буду ездить на машине», — категорична жительница Екатеринбурга.
Массовое сознание работает по своим законам. Цифра «30 лет» звучит пугающе, даже если речь идёт о самолёте, который большую часть этого срока провёл на консервации и налетал меньше, чем иная пятилетняя машина.
А ведь в мире полно самолётов, которым далеко за 20, и они спокойно летают. Главное — не возраст, а состояние, техническое обслуживание, соблюдение регламентов.
Рациональные доводы экспертов разбиваются о стену эмоций. Люди продолжают писать гневные комментарии, делиться страшилками, пророчить катастрофы.
«Вот увидите, скоро начнут летать на кукурузниках», — язвит пользователь из Самары.
Но факты остаются фактами: речь идёт о машинах со значительным остаточным ресурсом, прошедших все необходимые процедуры. Плановое, а не экстренное решение. Экономически оправданное. Технически обоснованное.
Только вот убедить в этом тех, кто уже решил бояться, почти невозможно. Можно ли доверять возрасту самолёта меньше, чем мнению инженеров?
Пожалуйста, поставьте ваш великолепный лайк ❤
А если нажмёте "Подписаться" - будет супер 🙌