Как я и предполагал, бакинцы легко распознали все нестыковки в рассказе о Баку заезжего музыканта. Это не может не радовать. Возможно, в каком-нибудь другом городе и возникли бы сомнения насчет правдивости повествования: "А может, все-таки такое имело место быть в какой-то части города?", но Баку — город собственных традиций. Довольно жестких — на уровне негласных законов, поэтому бакинцам легко распознать фальшь, тем более речь шла о сравнительно близких временах, которые мы хорошо все помним.
Вообще, это интересный феномен, иногда встречающийся в туристических отзывах о Баку. Люди выдумывают какие-то отрицательные моменты, совершенно не характерные для города, будучи уверены, что такое могло произойти. Иногда даже не побывав в столице — ради каких-то баллов или лайков.
Но автор предыдущей статьи, Виктор Лензон, в Баку был. Причем как минимум два раза. Поэтому его изыски не совсем понятны.
Как мне кажется, тут две причины:
- Профессор-музыковед считает себя очень остроумным человеком. Недаром помимо книг музыкальной направленности, он выпустил две с анекдотами: "Озорные еврейские анекдоты от Лензона" (2008) и "Еврейские анекдоты от Лензона" (2007), поэтому воспоминания о Баку он облек в форму фельетона. Как ему казалось. Получилось не очень: фельетоны пишутся на основе достоверных фактов, а не выдумок.
- Более поздняя поездка Виктора Марковича в Баку оставила у него горький осадок, поэтому он решил отыграться на городе, вспомнив события 30-летней давности.
События, рассказанные ниже, скорее всего произошли в апреле 2011 года, когда в Баку состоялось официальное открытие новой синагоги (5 апреля). На нем присутствовали:
- Председатель Государственного комитета по работе с религиозными структурами Азербайджана Идаят Оруджев.
- Глава религиозной общины горских евреев Азербайджана Семен Ихиилов.
- Епископ Бакинской и Прикаспийской епархии Русской православной церкви Александр.
- Посол России в Азербайджане Владимир Дорохин.
- Посол Израиля в Азербайджане Михаэль Лавон-Лотем.
- Директор стратегического планирования "Джойнта" Арие Дубов (Нью-Йорк).
- Еврейский депутат Милли Меджлиса Азербайджана Евда Абрамов.
- Председатель религиозной общины ашкеназских евреев Геннадий Зельманович.
- Глава общины грузинских евреев Абрам Чахрушев.
- Директор Еврейского дома Баку и Хеседа "Гершон" Шауль Давыдов.
- Глава религиозной общины горских евреев Красной (Еврейской) Слободы Борис Семандуев.
- В церемонии также приняли участие послы США, Молдовы, Латвии, Турции и Казахстана в Азербайджане.
Была делегация и от российских евреев во главе с главным раввином России Берлом Лазарем, в которой находился наш автор. (Кстати, в составе делегации был Геннадий Хазанов.)
А теперь к самому рассказу.
Нам нужен органист
Как-то утром сижу у себя дома, неторопливо пью чай из особого стаканчика — подарка одной знакомой девушки из Гянджи — и лениво прокручиваю в голове планы на день. Звонок. В трубке голос, которому давно бы не помешал логопед, с усилием выговаривает:
— Это Виктор?
— Я.
— Нам нужен органист.
— Вообще-то я пианист и клавишник.
— Ну вот, электрический орган, где клавиши.
— И?
— Мы едем на открытие новой синагоги в Баку. Сможете сыграть?
— Смогу.
— Сколько вам нужно?
— Билет. Один. Туда и обратно.
— Билеты вам принесут домой. А деньги?
— Много.
— Хорошо, договорились.
— А кто ещё летит?
В трубке повисла тишина. Но я и так понял: летит вся верхушка российского хасидизма во главе с Главным раввином.
Билет действительно доставили — безымянный курьер, конверт, эконом-класс. Через пару дней я уже в самолёте Москва–Баку. Осматриваюсь — ни одного знакомого лица из «элиты». Не перепутали ли чего?
Не перепутали. Перед самым вылетом по расписанию к самолёту подкатили несколько чёрных представительских автомобилей. Их пассажиров мгновенно и без лишних церемоний сопроводили в бизнес-класс. Мне — ни «здрасте», ни «до свидания». Ну, ладно.
Прилетели. У трапа — цепочка vip-машин уже с бакинскими номерами: «Бентли», «Ауди», «BMW», всё строго чёрное. Чуть поодаль — скромная серо-зеленоватая «шестёрка» жигулей. Для кого она — сомнений не было. Тем более что некий человек, даже не подходя ко мне, через пару минут молча кивнул именно в её сторону.
В специально подготовленном зале делегацию ожидал приём с «лёгким» угощением — таким, что сам Аладдин позавидовал бы, окажись он евреем. Всё, разумеется, кошерное. Посмотрев на своих высоко парящих заказчиков, я понял, что приветствия мне не предусмотрены, и сосредоточился на домашнем хумусе из нута. Есть, правда, пришлось быстро: тот же человек снова выразительно кивнул в сторону жигулей.
Внутренний голос подсказал — самое время дать обет молчания. Это оказалось несложно: говорить было не с кем и не о чем.
— Едем в «Хайат».
Я кивнул.
— Баку красивый город.
Я кивнул.
— Приехали. Вот ключи от номера.
Я снова кивнул.
Номер — роскошный. Белоснежный халат, бильярд, в ванной — увеличительное зеркало, чтобы изучать прыщи в деталях. На столе — аккуратно упакованная кошерная еда, возникшая словно сама собой. Бонусом по телевизору шёл концерт азербайджанских народных инструментов. Очень красиво. И познавательно. Промелькнула мысль: надо бы купить себе тар, саз или джуру — что попадётся. Но пора.
Кивающий человек повёз меня к новой синагоге. Старые, намоленные, я люблю больше. Но и новая — сойдёт: у людей праздник, а я здесь именно для этого.
Опять жестами и кивками предложили подняться на второй этаж. Я замешкался. Те, кто знаком с иудейской традицией, знают: второй этаж — женская половина, мужчинам полагается первый. Но «органчик», то есть электронное пианино, установили именно наверху. Видимо, и мы с инструментом должны были знать своё место.
В Баку жарко. А потому дети там особенно активные. Оказавшись рядом с матерями, сёстрами и бабушками возле клавиш, они начали колотить по ним всем, что под руку попадётся, рискуя свести на нет цель моего визита. Уговоры не действовали. Женщины равнодушно наблюдали за процессом, а некоторые и сами не упускали случая нажать клавишу. Даже начало церемонии открытия не помогло. Выступления официальных лиц и уважаемых раввинов сопровождались визгами детей со второго этажа, доедавших несчастную «Ямаху».
Но тут снизу раздался знакомый кивок: давай, играй. Пробившись сквозь детские ручонки, я пару раз сыграл «Эвейну шолом алейхем». Спустя минуту последовал ещё один кивок — миссия завершена.
Обед был великолепен. Огромные круглые столы в отличном ресторане. За каждым — по восемь человек, у каждого табличка с именем. Но один стол оказался исключительно для меня. Одна табличка. А приборов — на восемь. Прекрасно. Не пропадать же добру.
Утром — самолёт. В аэропорту охрана в строгих чёрных смокингах, в киосках — народная музыка. Чисто. Аккуратно. Почти по-европейски.
Обратный путь — как и туда. Эконом-класс. Элиты не видно. Денег — тоже.
Пришлось самому идти в бизнес-класс. Подхожу к креслу, где сидит заместитель Главного — бородатый человек по фамилии Борода. В прошлом — вполне нормальный парень, ещё до раввинских времён служивший на флоте.
— Что-нибудь расскажешь? — спрашиваю полушутя, вспоминая прежние разговоры.
— А что рассказывать?
— Ну, сказку, например.
— Я из другой сказки.
— А деньги?
— Какие деньги?
Тут в разговор вмешивается сам Главный:
— Это ви ещё должны нам за эту поездку!
Вот двоюродный брат мне потом и говорит: ты музыкант, а хочешь, чтобы к тебе относились как к миллионеру.