— Ира, ты не поверишь, что я только нашла! – Голос в трубке дрожал, срываясь на крик. – В его спортивных штанах! В кармане!
— Алло? Оля? Что случилось? Ты где? – встревоженно спросила сестра.
— Дома. Кирилл еще на работе. Задерживается. «Встреча важная».
Ольга передразнила мужа, и ее голос сорвался в рыдание.
– А я хотела стирку закинуть. Карманы проверила. И… Ирина, там лифчик! Чужой! Не мой размер! Ты понимаешь?!
Тишина в трубке была красноречивее слов. Ольга прислонилась к холодной плитке ванной, сжимая в кулаке кусок кружевной ткани – розовый, дерзкий, чужой. Завтра двадцать лет брака. Она собиралась отметить в любимом ресторане, вспомнить молодость, посмеяться над фотографиями. А теперь эта грязь, предательство, плевок в лицо.
— Оль, ты уверена? Может, ошибка? Может, не его? – попыталась успокоить Ирина, но ее голос звучал неубедительно.
— Чьей еще?! Его штаны! Он их вчера на теннис надевал! – Ольга выдохнула, пытаясь взять себя в руки. Разум лихорадочно работал. «Встреча». Он сказал «Встреча». Но вчера он пришел поздно, уставший, с запахом.
– Подожди, Ир, – Она резко выпрямилась.
– Подожди секунду.
Она бросилась в прихожую, к его куртке, висевшей на вешалке. Руки тряслись, когда она шарила по карманам. Кошелек, ключи, смятая салфетка. И в нагрудном кармашке – маленький, сложенный вчетверо клочок бумаги. Чек. «Белые ночи». Ресторан. Престижный, романтичный. Время оплаты – вчера, ровно в тот час, когда он якобы был на «совещании». Сумма на двоих.
— Нашла, – сказала вполголоса в трубку, глядя на чек, будто на приговор.
– Чек из «Белые ночи». Вчерашний. На двоих. Он не на совещании был. Он с ней. – Голос стал ледяным, все слезы высохли мгновенно.
— Оля, родная… – начала Ирина, но Ольга ее перебила.
— Не надо жалеть. Жалость – это для слабых. – Она разгладила чек, положила рядом с лифчиком на стиральную машину. Два материальных доказательства измены.
– Он думает, я заплачу в подушку? Буду умолять вернуться? Он ошибается. Еще как ошибается.
— Что ты собираешься делать? – спросила сестра, в ее голосе звучал уже не страх, а тревожное любопытство.
— Что? – Ольга усмехнулась, коротко и безрадостно.
– Я собираюсь дать ответочку. Он выбрал войну, когда предал. Теперь получит ее. Он не уйдет просто так к любовнице. Он узнает цену доверия, которое растоптал.
Она подошла к зеркалу в прихожей. Лицо было бледным, глаза – огромными, с темными кругами. Страх отступил, уступив место ясности. Развестись? Возможно. Скорее всего. Но это будет ее решение, на ее условиях.
Сначала она позвонила дочери, Кате, учившейся в другом городе.
— Мам? Что-то случилось? – сразу насторожилась Катя, услышав непривычно жесткие нотки в голосе матери.
— Котенок, слушай внимательно, – начала Ольга, опуская эмоции, оставляя только факты. – Твой отец мне изменяет. Доказательства есть. Я нашла сегодня. Завтра наша годовщина. Я сообщаю тебе первой, потому что ты имеешь право знать правду. И потому что мне нужна твоя поддержка, моя родная.
На другом конце провода – мертвая тишина, потом прерывистый вдох.
— Папа? Не может быть. Мам, ты уверена? – голос Кати дрогнул.
— Уверена на все сто. Чужое белье в его кармане, чек из ресторана, где он был вчера вместо работы. – Ольга говорила спокойно, почти монотонно.– Я не знаю всех деталей. Но знаю, что наши семейные отношения в том виде, в котором были, закончились. Я не буду его просить остаться. Я буду действовать.
— Мама. Я даже не знаю, что сказать, – Катя заплакала тихо. – Это ужасно. Как он мог? Я с тобой. Однозначно с тобой.
Разговор с дочерью дал Ольге странное ощущение опоры. Она не одна. Родные – ее дочь, сестра – были с ней. Это придавало сил.
Ключ щелкнул в замке. Сердце Ольги екнуло, но она сделала глубокий вдох и вышла в прихожую. Кирилл вошел, устало сбрасывая туфли.
— Привет, – буркнул он, не глядя.
– Совещание адское. Все только начинается, завтра тоже, наверное, задержусь, – Он пошел на кухню, видимо, за водой.
Ольга стояла, прислонившись к косяку. Лифчик и чек лежали у нее за спиной, в ванной. Сейчас не время. Сейчас она соберет информацию. Сохранит лицо.
— Завтра наша праздничная дата, – напомнила она ровным, без эмоций голосом.
– Мы договаривались о ресторане на восемь. Успеешь?
Он обернулся, на мгновение растерявшись. Видимо, забыл. Или надеялся, что она забудет.
— А. Да, конечно! – поспешно сказал он. – Я как-нибудь вырвусь. Не беспокойся.
Он налил стакан воды, выпил залпом.
– Ты чего такая тихая? Устала?
— Да, – ответила Ольга просто. – Очень устала. Пойду спать. Не шуми, пожалуйста.
Она прошла мимо него в спальню, не прикоснувшись, не встретившись взглядом. Она чувствовала его недоуменный взгляд в спину. Пусть недоумевает. Пусть думает, что она ничего не знает. Пусть чувствует себя в безопасности. Пока.
Лежа в темноте, рядом с человеком, который двадцать лет был ее мужем, а теперь стал предателем, Ольга не спала. Она продумывала шаги. Завтра, пока он на работе:
Найти контакты хорошего семейного юриста. Через подруг, через Иринины связи. Нужен специалист по бракоразводным процессам с опытом в разделе имущества.
Собрать информацию о финансах. Доступ к его счетам? Кредитки? Накопления? Бизнес? Надо понять, с чем она имеет дело.
Предупредить Катю, чтобы пока не звонила отцу. Не раскрывала, что я знаю.
Проверить его телефон? Компьютер? Возможно. Но осторожно. Юрист подскажет, что будет допустимым доказательством в суде.
Она не собиралась устраивать истерик. Не собиралась мстить по-мелкому. Она собиралась бороться. За квартиру, которую они выбирали вместе. За свою долю в их общем деле. За финансовую безопасность своей дочери. За свое будущее, которое он так цинично поставил под удар. Расторжение брака перестало быть страшными словами. Оно стал необходимой стратегией выживания. Ее решение было принято.
Утро пришло серое, дождливое. Ольга встала первой, приготовила кофе. Кирилл вышел, помятый, невыспавшийся.
— Доброе утро, – сказала она нейтрально, ставя перед ним чашку.
– Хочешь яичницу?
Он снова удивленно посмотрел на нее. Ждал упреков за вчерашнюю холодность?
— Да. Спасибо. – Он сел.
– Оль, насчет сегодня. Может, перенесем? Дела горят, проект.
Ольга повернулась к плите, скрывая вспышку ярости. Он хотел отменить их годовщину! Чтобы быть со своей любовницей?
— Перенесем? – Она не обернулась, голос ровный. – Хорошо. Как скажешь. Надеюсь, твой «проект» оценит твою жертву.
Она бросила яйца на сковороду. Шипение было похоже на шипение ее гнева внутри.
Кирилл промолчал, поперхнувшись кофе. Она почувствовала его напряжение. Пусть напрягается.
Он ушел, торопливо бормоча что-то о важном звонке. Ольга дождалась, пока за ним закроется дверь, и замерла, слушая, как затихает звук лифта. Тишина. Она была одна.
Сначала – доказательства. Она достала лифчик и чек, аккуратно разложила их на чистой поверхности стола на кухне. Достала телефон. Крупный план чека – название ресторана, дата, время, сумма. Общий план – предметы лежат около его любимой кружки. Без комментариев. Фото отправила Ирине и себе в облако. Потом аккуратно убрала все обратно в его карман куртки и в корзину для грязного белья – туда, где нашла. Пусть пока не знает, что улики найдены.
— Приезжай, – тут же позвонила Ирина.
– Я уже связалась с Мариной, помнишь, она в юридической конторе? Она дала контакт адвоката, специалиста именно по таким делам. Сложным разводам с имуществом. Зовут Артем Сергеевич. Говорят, очень жесткий и результативный.
— Отлично, – сказала Ольга, собирая сумку.
– Я выезжаю. Через полчаса буду.
Дорога к сестре пролетела в тумане. Ольга механически вела машину, а в голове крутились обрывки двадцати лет: их свадьба, рождение Кати, переезды, первые успехи, кризисы, которые они, казалось, преодолевали вместе. И этот розовый лифчик.
Ирина встретила ее крепкими объятиями.
— Рассказывай все по порядку, – потребовала Ирина, усаживая Ольгу на диван. – Без самоедства. Только факты.
Ольга рассказала. О находке. О вчерашнем «совещании» и чеке из ресторана. О его попытке перенести юбилей.
— Козел! – вырвалось у Ирины. – После двадцати лет! И даже признаться честно не может! Трус!
— Признание мне не нужно, – холодно ответила Ольга.– Мне нужны гарантии. Гарантии, что я и Катя не останемся ни с чем. Что он заплатит за свое решение сполна. И юридически, и финансово. Как связаться с адвокатом?
Ирина дала визитку. Ольга тут же набрала номер. Голос в трубке был спокойным, профессиональным, внушающим доверие.
— Артем Сергеевич? Меня зовут Ольга Семенова. Мне порекомендовала вас Марина Петрова. У меня сложная ситуация с мужем. Измена, желание скрыть факт, попытка манипулировать. Мне нужна консультация. Срочно. И я подозреваю, что он может начать выводить активы. У нас совместный бизнес, доля.
— Понимаю, Ольга, – ответил адвокат. – Это серьезно. Чем быстрее начнем действовать, тем лучше. Можете подъехать сегодня? Через два часа? Привозите все, что есть: документы, любые доказательства неверности, информацию о доходах, имуществе, бизнесе. Чем больше фактов – тем сильнее наша позиция.
— Приеду, – твердо сказала Ольга. – Спасибо.
Она положила трубку. Теперь был план. Юрист. Факты. Финансовая разведка. Поддержка сестры. Ее собственная железная решимость.
— Ир, – сказала Ольга, глядя сестре прямо в глаза. – Это война. Но я не собираюсь проигрывать. Он получит свою ответочку.
Ирина молча обняла ее. В этом молчании была вся поддержка, которая сейчас была так необходима. Ольга закрыла глаза. Боль никуда не делась. Она была огромной, всепоглощающей. Но теперь рядом с болью жила ярость. Теперь дата их свадьбы, это была просто дата. Дата начала конца.
Она взяла сумку. Пора ехать к адвокату. Пора начинать свою войну
Друзья, не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые публикации!
Рекомендую почитать еще: