В утреннем метро или автобусе, среди хмурых, сонных, раздраженных лиц, иногда можно встретить удивительного человека. Он не проповедует, не носит вериги. Он просто уступает место старику не с кислой миной, а с радостью. Если ему наступают на ногу, он просит прощения первым. В его глазах нет «оловянной» пустоты, в них — тихий, спрятанный огонек. Этот человек — тайна. Может быть, он только что причастился. Или всю ночь читал Псалтирь. Мир держится не на политиках, а на таких вот неизвестных молитвенниках, которые едут на работу рядом с тобой и молча удерживают небо над нашими головами.
СВЯТОЙ В ТОЛПЕ
В утреннем метро или автобусе, среди хмурых, сонных, раздраженных лиц, иногда можно встретить удивительного человека. Он не проповедует, не носит вериги.
Он просто уступает место старику не с кислой миной, а с радостью.
Если ему наступают на ногу, он просит прощения первым.
В его глазах нет «оловянной» пустоты, в них — тихий, спрятанный огонек.
Этот человек — тайна.
Может быть, он только что причастился. Или всю ночь читал Псалтирь.
Мир держится не на политиках, а на таких вот неизвестных молитвенниках, которые едут на работу рядом с тобой и молча удерживают небо над нашими головами.
