Серго Кромыч тревожно вслушивался в звуки боя. Впереди активно стреляли из винтовок, карабинов. Им огрызались короткими автоматными и изредка пулеметными очередями.
Боевые пятерки… Да, тяжело им сейчас. Сомнение то и дело брало воеводу. Вот он послушался Виктора и остался в стороне от боя. А ведь как сложно стоять здесь и ничем, абсолютно ничем не помочь. Но все же умом понимал замысел сержанта. Им нужно было продержаться до темноты. А там численное превосходство противника перестанет быть главным козырем.
Эх, им бы сейчас туда патронов подкинуть. Все реже и реже стреляют. Берегут.
Всё случившееся сегодня воевода считал чудом. Горстка бойцов сдерживала целую армию противника на узкой дороге уже несколько часов. А сколько боеприпасов лурцы израсходовали, тут и говорить нечего.
Если бы все эти снаряды полетели по Рыбачьему, от посёлка бы уже камня на камне не осталось. Все-таки сержант – голова! Что они вообще без него? Один человек сделал очень-очень много.
Воевода внимательно посматривал на серую коробочку на груди. Портативную рацию ему оставил для экстренной связи сержант перед началом боя. И сильно заранее пользоваться этим хитроумным прибором связи научил.
Поначалу воевода никак не мог взять в толк, как голос передается на расстоянии, но после нескольких тренировок оценил удобство прибора. Если бы всех в дружине такими снабдить. Но раций было всего две.
Но и они сейчас могли пригодиться. Впрочем, Виктор пока на связь не выходил, а Серго Кромыч первым не решался. Помнил про ресурс батареи.
Воинам там сейчас некогда. Раз стреляют, значит держатся. Вот если канонада стихнет, тогда дело плохо...
Солнце меж тем начало клониться к закату. Виктор и уцелевшие пятёрки пока были живы, продолжали планово отходить. Грамотно, прикрывая друг друга. Боеприпас был почти исчерпан.
Сержант понимал, что ещё час им не продержаться. Нужно было что-то предпринимать. Что-то, что могло замедлить прущую на Рыбачий людскую махину.
Он вытащил из нагрудного кармана рацию и вдавил кнопку: «Воевода, я сержант, прием!»
Короткое шипение и буквально через три секунды ответ: «Сержант, это воевода, приём».
Виктор решил не хитрить с шифрованием. Вряд ли у князя в войске были устройства, способные пеленговать сигналы. Поэтому и говорил прямым текстом.
- Вот что, Серго Кромыч, как могли мы их задержали. Боеприпасы на исходе, да и тактику нашу они уже выявили, дуром не прут, осторожничают. Медленно, но уверенно продвигаются. Сейчас нам главное обескровить их. Работаем по основному плану. Ваша очередь. Пока без потерь. Конец связи.
- Принял, – отозвался воевода и убрал рацию в сторону.
- Ратники, работаем по основному плану! – сурово гаркнул он.
Но наступление врага неожиданно застопорилось. Впереди послышались частые одиночные выстрелы, которые очень скоро слились в один нескончаемый треск.
-А это ещё что? – не понял Виктор. – Воевода не мог так скоро встретить врагов огнём. Стреляли довольно близко. Да и автоматных очередей не слыхать. У них, конечно, были воины, вооружённые карабинами Симонова, но сейчас били явно не из такого оружия.
Бой шёл около получаса, пока ситуация, наконец, не разрешилась. Оказалось, что сотня Макара вступила в бой с авангардом Харула. Первые беззастенчиво расстреливали наступающих прямиком из кустов, лежа за стволами деревьев. Начало смеркаться, и никто толком ничего не рассмотрел. Бой закончился только когда дошло до рукопашной.
—Да это же свои! – закричал один из ратников, пришедших по дороге . – Мы свои, не стреляйте!
Но обезумевшие продолжали отстреливаться из кустов. Наконец, после продолжительных окриков стрельба стихла. Сотня князя, убавившаяся на четверть, соединилась с наступающими.
- Какого чёрта вы тут делаете? – в гневе вскричал Харул, встретившись с сотником Рогулом и купцом Макаром.
Выполняем приказ князя Мороса, – ответил смертельно побледневший Макар. – Мы шли вам на помощь и должны были ударить по мятежникам. Но... Темнеет, сложно что-либо рассмотреть.
- Идиоты! – заверещал Харул. - Шестнадцать из вашей сотни и 24 из моих пало. Ещё столько же раненых, а солнце село. Ты за всё ответишь, купец! Я тебя прямо здесь расстреляю и кину гнить твою тушу в болоте!
Макар от страха онемел, икал и трясся. Затем хлопнул себя по лбу.
- Я же совсем забыл, – начал он. – Мы тут шпионку поймали. Это баба самого главного в лагере мятежника. Этого, как его, Виктора. На этом можно попробовать сыграть.
Харул с полминуты молчал, потом высказался: «А ты не такой полный идиот, как я погляжу. Хорошо, живи. И да, вели привести её сюда. Есть одна мысль».
Он намеревался вести её впереди наступающих, чтобы Виктор и его приспешники не решились стрелять по девушке. Это было подло, но Харула мало интересовали моральные принципы. Он выполнял приказ князя. И эта цель оправдывала любые средства.
Варю привели через несколько минут, вытолкнули в центр поляны пред Харулом. Девушка была напугана, измучена трудной дорогой, переживаниями. Но сейчас, глядя на испуганные, но злостные лица этих отморозей, поняла, что земной путь её близится к концу.
Не так долго прожила она на этой земле. Но сейчас абсолютно ни о чём не жалела. Ни об одном дне. Лечила людей, ухаживала за бабушкой, а затем повстречала любимого, стала его женой.
Последние месяцы были лучшими в ее жизни. И последняя отчаянная попытка выручить своих, помочь, чем могла, ничуть не поколебали её. Варя всё делала правильно. И коли всё вышло так, что же. Знать судьба такая. Они замыслили подлое. Это читалось на их гадостных лицах.
-Вяжите её к телеге и вперёд, – приказал Харул. – Наступаем дальше. Посмотрим, насколько её любит муженёк. Заодно и дорогу поможет разминировать.
Варя смотрела в глаза военачальника и зло усмехалась.
Эта тварь мнит себя главной, чувствует, что может подчинять себе кого угодно. Но разве правда за ними? Виктор в минуты их общения много рассказывал о своём мире. О таких вот негодяях, оставшихся гнить на руинах разрушенных «сверхдержав», которые они старательно выпестовывали. Но идеология сверхпревосходства одних людей над другими богопротивна и изначально обречена на поражение. И 1812-й, и 1945 годы в другом мире хорошо это доказали.
Нет, пусть она падёт здесь, сейчас, но никогда не будет сломлена. И уж тем более не предаст.
Еще год-два назад она жила в этом несправедливом мире и не знала общей картины. Но любимый все расставил по своим местам. Навёл порядок в её мироощущении.
То, что творилось в Луре, Холенгуме и других городах Подболотья было неправильно. Можно всё изменить. И Виктор был абсолютно в этом уверен. А она, его верная жена, уже давно поклялась во всём ему помогать.
Как истинная христианка она не могла поступить иначе.
Девушка сама подошла к телеге, что должна была выступать в роли минного трала и спокойно дала привязать себя ремнями.
- Трусы, — бросила она им. – Вам всё равно не победить.
Один из наёмников, вязавших ей руки, скривил недовольную гримасу и наотмашь хлестнул девушку по лицу. Из носа брызнула кpoвь.
-Замолчи, дрянь! – закричал он.
Девушка плюнула ему в лицо.
Тот, рассвирипев, потянулся за ножом, но рядом стоящие наёмники силой утащили его. Нужно было выполнять приказ Харула.
Девушка пошла вперёд, чувствуя, как телега позади начала движение.
Наёмники потянулись следом, ощетинясь стволами винтовок в разные стороны.
Колонна в полнейшей тишине двигалась полверсты, пока, наконец, в дали не показались окрестности Рыбачьего. Удивительно, но армия Мороса не встретила никакого сопротивления.
Разведка, вернувшаяся через несколько минут, доложила, что у головных ворот никого нет. Рыбачий темнел серостью частокола, рублеными стенами. Тишина стлалась над лесом. Никто, казалось, не оборонял посёлок.
Харул не спешил. Совершившееся поставило его в тупик. Он не верил, что мятежники так просто подпустили их к своему лагерю. Ведь еще час назад они так сурово огрызались огнём.
Поэтому княжеский воевода приказал вынести главные ворота артиллерией. Рисковать людьми, подпустив их вплотную к стенам посёлка, не решился.
Бимбо был доволен. Стенобитные снаряды, что остались в боезапасе, пришлись как нельзя кстати.
Он скомандовал батарее открыть огонь по воротам. Тремя залпами удалось проделать дыру. Деревянные ворота разлетелись в щепки, открыв проход в Рыбачий.
-К бою! – приказал Харул.
Наёмники устремились в пролом, крича и стреляя из винтовок в темноту.
И вновь их атака не встретила никакого сопротивления.
Толпы вооружённых до зубов воинов растекалась по городским улицам.
Ободрённые удачей, они поняли, что обороны как таковой не было, следовательно, можно было заняться тем, что им обещали накануне, – грабить всё, что приглянётся.
Поначалу Харул радовался скорой победе. Он решил, что мятежники испугались и бежали в леса. Но он никак был не готов к тому, что Рыбачий был вообще пуст.
Грабить там, конечно, можно было, вот только высокие пошлины и экономическая блокада лишила жителей последних денег. Рыбаки для наёмников были сами по себе ценностью, но сейчас в посёлке была безлюдно. На подворьях остались собаки и кое-какой скот. Вот им сейчас и занялись воины, быстро переквалифицировавшиеся в мародёров.
Толпа прямо во дворах начала праздновать победу. Резали скот, жарили на кострах мясо. В погребах нашли бочонки с пивом.
Харул уже через час утратил власть над наёмниками. Княжеские воины присоединились к сбору трофеев и весёлой пирушке.
-Посмотри, красавица, тебя бросили, – ухмылялся Харул. – Сбежали, как болотные крысы. Ну, ничего. Через день-другой наголодаются и сами на коленях приползут умолять о прощении. Кого-то мы, конечно, оставим в живых. Вешать работяг неправильно. Рыбку нужно ловить дальше. Но вот твоего муженька я лично отправлю на тот свет.
Варя смотрела в самодовольное лицо воеводы.
- Думаете, что наши мужчины трусы? – усмехнулась она.
- Кто же ещё? – удивился Харул. – Мои люди захватили посёлок, прочесали здесь каждый закоулок. Охрана выставлена на стенах. Атаковать нас не выйдет. Признай, вы проиграли.
- Господин воевода, отдайте её мне. Мой сын сватался за эту девку, – просительно обратился к Харулу Макар. – Могу заплатить золотом.
В глазках купца загорелись весёлые огоньки. Он забыл, как ещё недавно потерпел фиаско с дружественным огнём. Недальновидно вытащил из кармана туго набитый кошель.
- Хочешь купить княжеского воеводу? – вмиг изменился в лице Харул, положив руку на кобуру с пистолетом. – Пристрелю, подлец!
- Я только спросить, – сразу сник купец и почтительно склонил голову. – Как прикажете. Я человек маленький, слуга князя и ваш слуга.
- Давай сюда и проваливай, – вырвал золото у купца воевода. – Это плата за ущерб, который ты причинил своей тупостью.
Макар спешно ретировался подальше с глаз. Не хватало ещё получить пулю. Глупо это будет. Особенно сейчас, когда Рыбачий пал. Победа всё же. Нечего и связываться с этими мужланами. Лучше будет переговорить напрямую с князем, он больше сведущ в деловых переговорах. Чёрт с ней с девкой, можно будет выпросить себе что-нибудь посолиднее. Должность старосты там или артель рабов-рыбаков.
Купец был уверен, что после мятежа князь захочет затянуть хомут туже. Нечего этим лентяям жить с мнимой свободой. Пусть лучше работают на сильных мира сего. Так и будет. А девчонка? Да что она. Скоро у него во власти будут десятки таких.
Макар ушел, а Харул крикнул личной охране: «Уведите её в подвал и держите под охраной. Я в дом старосты. Там будет мой временный штаб. И найдите оружейный склад. Не дайте наёмникам растащить оружие. Нам оно пригодится больше.
Варя сначала не понимала, почему воины оставили посёлок, сдали без боя. Ведь здесь можно было долго держать оборону. К чему тогда тот блокпост, частокол, все труды по обороне.
Да, силы неравны, но отступить в лес сейчас – верх безумия. Как воины продержатся без крова, еды, тепла, всё же на улице не лето.
И тут она, кажется, поняла, в чём дело. Лицо её озарилось радостью.
- Пейте, ешьте, вороги, да хоть сожгите здесь всё, недолго вам радоваться, – думала девушка.
Продолжение следует.
Мой телеграм https://t.me/golentsov_evgeny
Автор канала издал книгу "Записки мобилизованного". Она подробно рассказывает о моей мобилизации и участии мобилизованных в СВО.
Озон - купить с автографом
Купить расширенную версию книги
https://www.ozon.ru/product/zapiski-mobilizovannogo-golentsov-evgeniy-vladimirovich-2608675497/
Читать отрывок
https://author.today/work/418393