Марина была невесткой.
Точнее — жена сына. Потому что словом «невестка» Людмила Петровна ее не называла. Слишком уважительно.
— Марина, ты опять не так сервировала, — бросила она, проходя мимо кухни, не останавливаясь. — Салфетки должны быть справа. Это элементарно.
— Хорошо, — тихо ответила Марина.
Она всегда отвечала тихо. За восемь лет она научилась этому лучше всего.
Ей было сорок два. В этом доме — все сорок два были лишними.
Когда-то она работала фельдшером. Ночные смены, холодные подъезды, чужая боль. Потом — замужество. Потом — «зачем тебе бегать, у нас хватает денег». Потом — «маме нужна помощь». Потом — «ну ты же все равно дома».
И она осталась.
Сначала — временно. Потом — навсегда.
— Где Илья? — спросила Людмила Петровна, усаживаясь во главе стола. — В кабинете, — ответила Марина. — Ему звонили с работы. — Конечно, — усмехнулась свекровь. — Он у меня всегда занят делами. Не то что некоторые.
Продолжение ниже 👇