Этим летом мы отдыхали у бабушки в деревне. Ехали на поезде дня два, не меньше, а потом от станции на машине. У неё большой деревянный дом и хозяйство – корова, лошадь, свинья, куры, утки, гуси, индюки и ещё кто-то, я уже не помню. Ещё во дворе большой сад с фруктовыми деревьями и ягодными кустами. Как раз к нашему приезду почти все фрукты созрели, и мы просто объедались ими. Чуть-чуть подальше - огород. Там растёт картошка, капуста, свёкла, кабачки и ещё много чего. Картошку, кстати, нужно окучивать и собирать с неё жуков. Жуков много, и они противные такие, если их не собрать вовремя - все листья сожрут. Причём их мало просто собрать, а нужно ещё уничтожить, лучше сжечь. Вообще, в деревне работы много. Поэтому я часто помогал бабушке по хозяйству. Даже кормил домашнюю птицу – насыпа́л на землю крупу, а курочки, утки, гуси и все остальные её клевали. И воды наливал в корыто, из которого они пили. Только один раз я случайно перепутал и налил керосина – он в ведре рядом стоял. Но животные его пить не стали. Ну и хорошо.
Водопровода у бабушки нет, и поэтому за водой приходится ходить на ключ. Там, чтобы удобнее было набирать, прямо в склон оврага воткнута труба, из которой вода и бежит. Просто ведро подставляешь – и всё. Носить, правда, далековато, и поэтому взрослые ходят по́ воду с двумя вёдрами, чтобы побольше за один раз принести. Бабушка ходит с коромыслом, к которому вёдра прицепляет, а коромысло кладёт на плечо. Так и несёт. Мой отец вообще по четыре ведра носит – два коромысла берёт. А мне и одного много.
Друзьями в деревне я тоже обзавёлся. Мы с ними часто купались в речке или пруду. В речке интереснее – там вода чище и берег тоже. Только она мелкая. А пруд глубокий. Но кроме нас там купаются ещё гуси и утки, поэтому берег ими загажен очень сильно. Невозможно к воде пройти, в помёт не наступив.
Ещё мы с ребятами катались на лошадях. Нам даже доверяли их купать и мыть специальными скребками и ещё гриву расчёсывать. После того, как накупаем - скакали по лугу. Вот только седла у нас не было, одна уздечка, и поэтому, когда я вечером приходил домой, сесть у меня уже не получалось. Лошади очень красивые, умные и добрые. Только к ним сзади подходить нельзя – не любят они этого. Я однажды подошёл и получил копытом. Не очень больно, только отлетел недалеко и всё. Хорошо, что это жеребёнок был, если бы взрослый конь, то отлетел бы намного дальше.
Мой дядя работает на грузовой машине, и он меня часто брал с собой в рейс, возить зерно из-под комбайна. Мы загружались, ехали на элеватор, там зерно высыпали и ехали обратно. Так вот, на обратном пути машину вёл я. По полевой дороге, конечно. Но всё равно было очень интересно. Я так хорошо научился водить автомобиль, что решил: когда вырасту – стану водителем. Потому что учить меня уже нечему.
Когда дядя меня с собой не брал, мы с пацанами катались на другой технике: подходили к шофёрам или трактористам и просились у них. А те всегда соглашались. На чём только я не катался! И на больших грузовиках, которые с прицепом ездят, и на грузовиках поменьше, что возят траву на силос. Силос – это такой корм для коров. Его из травы делают, сваливая в яму, а трактор её укатывает. Здоровый такой трактор, на гусеницах. На нём, кстати, я тоже катался, но мне не понравилось – чего интересного целый день туда-сюда по десять метров? Другое дело на колёсном тракторе. На нём я тоже несколько раз катался. Он такой огромный, что в кабину нужно по лестнице подниматься. Мы с трактористом занимались дискованием. Это когда после уборки нужно по полю проехать со специальными дисками, чтобы землю разрыхлить.
Однажды в деревню приехали цыгане, целый табор. Скорее всего пришли, потому что машин у них не было. Они расположились на пустыре, неподалёку от крайних домов. Там расставили палатки, или шатры, я не знаю, как они их правильно называют, и разложили кострище, где варили еду. Старший табора – барон. Его вместе с жёнами, а у него их не одна, а несколько, поселили в квартире, что в двухэтажном доме, на первом этаже. Мужчины табора работали в совхозе, а женщины занимались по хозяйству – с детьми возились, стирали и готовили. Нам с мальчишками было интересно, чем они там занимаются, и мы часто подглядывали из-за кустов. Тем более, что цыгане заняли наше футбольное поле.
Цыганята нашего возраста в таборе тоже были, но они игрались, далеко не отходя от шатров. Не знаю в какие игры, просто бегали друг за другом и всё. Как-то раз нам удалось познакомиться с двумя из них, которые так увлеклись беготнёй, что подбежали к нам на непочтительно близкое расстояние. И тут мы такие из кустов выскакиваем! Цыганята испугались, конечно, но виду не подали, а наоборот, стали нам угрожать. Правда, мы не поняли, о чём они говорят, но это не важно – они строили такие угрожающие, по их мнению, рожи, что и без слов было ясно. Видимо, решили, что мы покушаемся на их табор. А он нам как раз и не нужен был вообще. Обидно, конечно, что наше футбольное поле занято, но ничего, переживём. Тем более что футболисты из нас так себе. Цыганятам стало мало угрожающих гримас, они начали на нас наступать, размахивать руками и даже кричать. Вот это нам и не понравилось. Пришлось их немного проучить. Правда, убегали мы потом быстро, потому что их мужчины как раз в это время некстати на обед пришли. Хотя, наверное, не очень быстро убегали – они нас сразу же поймали и повели к своему барону. Не всех, конечно, поймали, только меня с Васькой.
К барону нам не хотелось, потому что по деревне ходили слухи как он наказывает людей за ослушание – бьёт кнутом и запирает в тёмной комнате без еды и воды. Мы отчаянно брыкались, однако, цыгане нас так цепко держали, что вырваться не было никакой возможности. И вот, через несколько минут, мы уже стояли перед дверью квартиры барона в ожидании кнута и тёмного чулана. Дверь открылась, и мы увидели его. Коренастый мужчина с чёрной бородой, в цветастой рубахе. Помню, я тогда подумал: «Ну всё, конец!» Но барон улыбнулся в ответ на возмущённые рассказы цыган о наших похождениях, погладил нас по головам и дал нам по большой шоколадной конфете. Цепкая цыганская хватка ослабла, и мы тихонько пошли по домам, разворачивая конфеты и удивлённо оглядываясь на улыбающегося цыганского предводителя.
Интерес наш к цыганскому табору исчез безвозвратно, но встала задача чем заняться. Решили в колхозный сад сходить, яблок нарвать. Зачем они нам нужны были мы не подумали – ведь у каждого дома в саду этих яблок завались, но это не важно, совхозные, наверное, вкуснее. На самом деле они были не такими уж и вкусными. Честно говоря, вообще невкусными – кислые и твёрдые. Может быть не созрели ещё. Но мы всё равно набрали целые запазухи. И тут услышали: «А ну стой! Кто такие!» Это сторож нас увидел. Рассказывать кто мы такие нам не захотелось, и мы побежали. Бежать с яблоками было неудобно, поэтому мы их выкинули. Так получилось быстрее. Но и сторож не дурак. Он взял и выстрелил из своей берданки. Хорошо хоть не в нас, а вверх. Я аж присел от грохота и страха. Но попасть в руки сторожа было ещё страшней, поэтому вскочил и помчался что есть духу. На этот раз мы не попались. Но совхозный сад впредь обходили десятой дорогой.
Деревня, кстати, не такая уж и деревня. Там есть клуб даже, магазины, дома не только деревенские, но и двухэтажные, в одном из которых цыганский барон жил, я уже об этом рассказывал.
Между двухэтажками было одно интересное место, где мы часто собирались. Просто там очень удобно с мячом играть – никуда далеко не откатится. Вот этим мы и занимались – пинали мячик, или подбрасывали его вверх, кто выше. Правда, иногда он при этом в окно попадал. Хорошо, что там стёкла, а то бы попрощались мы с ним. А однажды мяч нам подбрасывать надоело, потому что он сдулся внезапно, и мы взяли какую-то железяку. Она тяжелее, поэтому и соревноваться сложнее, зато интереснее. Только бросали мы её недолго – два раза. Сначала мой друг подбросил, вообще очень низко, а потом я. Полетела она хорошо так, высоко… Пока до окна не долетела на первом этаже. Но железяка ведь не мячик! Она не отскочит. И не отскочила, а влетела прямо внутрь. Грохот и звон был ужасный! Не надеясь на то, что в квартире никого нет, мы побежали прочь от этого страшного места. Правда не сразу, а как только оцепенение прошло. И вот, если бы сразу – убежать смогли бы, потому что в квартире всё же кто-то был. А так нет, нас быстро поймали. Мой друг сразу же рассказал кто на самом деле кидал железку и перестал быть моим другом. А меня отвели домой. Ну как отвели – оттащили. Потому что по доброй воле идти я был не согласен. Бабушка спокойно выслушала претензии моих мучителей, и выдала им денег на замену разбитого стекла. Я, конечно, ожидал взбучки. Но она не последовала. Только бабушка потом со мной не разговаривала, и всё. Дня три, наверное, точно не помню.
Когда на улице была плохая погода, дождь например, мы с сестрой сидели дома. После дождя, кстати, тоже, потому что на дороге и во дворе такая слякоть, что не пройти. Сестра играла куклами, хоть и взрослая – на два года старше меня. А я с ними не играю. И никогда не играл. Только с машинками, и то в детстве. Она считает, что если старше меня, то может диктовать что делать, но ошибается. В куклы я всё равно с ней играть не буду. Разве только один разок согласился. А она потом пожалела, что меня пригласила, потому что у одной её куклы случайно голова оторвалась. Посчитав, что это моих рук дело, сестра немного погонялась за мной по комнатам, уронила два стула и одну вазу. Когда дедушка пришёл домой с работы, она ему нажаловалась на меня, будто бы я ей куклу сломал, а ему вазу. Она вообще такая – ябеда и выпендрёжница. Как маленькая, в общем. Тогда дедушка решил нам для игр смастерить деревянный домик во дворе. И смастерил!
Домик был как настоящий. Высокий! Даже взрослые свободно туда могли заходить. Внутри он сделал всё как в купе поезда: две лавочки такой длины, что на них спать можно при желании, а между ними столик. Мы с сестрой ему помогали, если что-то принести нужно или подержать. И красили стены снаружи красной краской – просто другой не нашлось. А внутри мы поклеили обои. Правда, пришлось использовать газеты и журналы, потому что обоев мы не нашли. Это когда дедушка с бабушкой ушли на работу, мы решили им сюрприз сделать, и поклеили. Сюрприз удался! Они очень удивились! Особенно бабушка, когда обнаружила на стенах свои вырезки из журналов с выкройками. Однако, ругать нас почему-то не стали, а наоборот, похвалили. Потом ещё сестра всё время говорила, что это она всё поклеила, а я только немножко помог. Говорю же – выпендрёжница.
Как только домик был готов, сестра притащила туда всех своих кукол. И откуда столько игрушек у неё, не понимаю! Некоторых уложила на лавки спать, некоторых усадила на стол кушать. Заполнила ими всё пространство, короче. Я попытался сначала примоститься рядом со своей любимой машинкой, но неудачно: машинка, когда ехала за песком, случайно наехала на мишку, он зацепился шарфом за колесо и протащился так. Совсем немного протащился, а сестра чего-то обиделась, отобрала мишку, выкинула машинку и меня, закрыла дверь. Я постучал ей в окно, но не сильно, потому что стекло ведь и разбиться может. Однако она на меня не обращала внимания. Но я не расстроился, ведь на улице уже грязь просохла и можно идти гулять с друзьями.
С друзьями мы решили сходить на речку, половить раков. Это нужно просто ходить по колено в воде и руками искать их по норам. Я сначала очень боялся руками там шурудить, потому что у раков клешни, которыми они могут больно ущипнуть. А если рак большой, вообще палец может оттяпать. Как в пословице: «Сунул Грека руку в реку, рак за руку Греку цап!» Потом, конечно, я привык, не так сильно уже боялся, и меня ни один рак не ущипнул. Впрочем, я ни одного и не поймал. Да и никто из нас не поймал. Зато мы наловили рыбы. Точнее, одну рыбу. Случайно сачком зацепили, и всей командой вытащили на берег. Большая такая рыба! Решили мы её испечь. Сначала развели костёр, а когда он прогорел, отодвинули угли в сторону и положили нашу рыбу, которую перед этим вымазали глиной. Насыпали на неё углей и стали ждать. Ждали недолго, очень уж хотелось попробовать. И действительно, она такая вкусная была! Жаль, соли не было и только по одному кусочку досталось, видимо, не такая уж и большая она была, как сначала показалось.
Мне у бабушки очень понравилось. Особенно животные и домашняя птица. Жаль, конечно, что фламинго у неё нет. Только гуси, на них немного похожие – такая же длинная шея. Впрочем, это и вся схожесть. Лапы другие, клюв тоже, цвет не такой, и характер ужасный.
Я попробовал исправить ситуацию и превратить одного из них во фламинго. С клювом и лапами придумать ничего не смог, а вот цвет попытался изменить. Поймал я его и начал было, несмотря на возражения, красить той красной краской, которой домик покрасили – там ещё немного оставалось. Но вот ужасный гусиный характер не учёл. Или он краситься не захотел. Не знаю, в общем, почему, но он меня укусил. В смысле ущипнул. Я не знаю, как раки щипаются, но гусь явно сильнее. Но это его не спасло, хоть и больно было. Почти полностью я его покрасил, немного осталось. И тут он меня второй раз так сильно ущипнул, что я его отпустил – пусть не докрашенный гуляет. Так и ходил он красный, как варёный рак, до конца лета, а все соседи спрашивали: «Что это за новая порода у вас такая гусиная?» Что с ним стало дальше – то мне неизвестно, потому что мы уехали.
Читать повесть "Сочинение не в тему"
Присоединяйтесь ко мне в МАХ