Алексей Горин

Иван Ильич, глава администрации сельского поселения, торопливо шёл по тротуару вдоль дороги, пересекающей всё село. Трасса была не слишком оживлённой, только изредка проезжающий грузовичок потревожит спящую тишину. Просто время ещё раннее, да и не сезон. Вот ближе к июню начнётся. Иногда такое ощущение возникает, что вся страна в едином порыве на море рванула на личных авто. С одной стороны ничего хорошего – шум, выхлопные газы, но всё же хоть какой-то доход проезжающие дают жителям - покупают иногда фрукты, которые те выставляют возле своих домов...

Саня только присел перекурить - в гараж вошёл Пашка. Он работал на личном Камазе, но периодически заскакивал на автобазу – вдруг удастся разжиться запчастями по дешёвке. - Саня, привет, как жизнь, когда в рейс? - Завтра. - Что-то ты не в духе сегодня. - А, надоело всё. Нет настроя никакого. - Да бросай ты эту работу. Хватит уже на дядю работать, пора и на себя! Что тебе платят-то – копейки. Покупай Камаз и работай как я, например. - Мне не платят, я зарабатываю, - раздражённо ответил Саша, - а вот тебе как раз платят...

Как Олег и предполагал, Катя не усидела дома и одного дня – уговорила взять с собой на строящийся объект. Деловито всё обошла с проектом в руках, потом отозвала Олега в сторонку и начала тыкать то в проект, то в сторону стройки: «А это что? А так зачем? А тут почему?» Он разъяснял, унимая раздражение: «Сам же предложил, терпи». Но когда Катя начала предлагать свои варианты, понял, что был прав, как никогда, и разулыбался: - Я так рад, что в тебе не ошибся! Я и раньше счастлив был, а теперь в два...

После отпуска прошёл почти год, но из головы Олега не выходили слова Кати: «Значит есть повод вернуться». Это точно, повод действительно веский: дня не проходило, чтобы Олег не вспоминал эту приятную энергичную молодую женщину. В конце концов он не выдержал, оставил Серёгу старшим, и умотал в Сочи. Вот и знакомая гостиница. Пока оформлялся всё поглядывал по сторонам, но нет, Кати не видно. Заселился, оставил в номере вещи, вышел в холл и тут же столкнулся с ней нос к носу. Остановился и расплылся в широчайшей улыбке, не говоря ни слова...

Друзья весёлой компанией отдыхали в бане и вспоминали памятный вечер внезапного появления Петрухи в костюме Деда Мороза. Олега они знали с детства и при любой возможности не отказывались от дружеских посиделок. Старый сидел за столом, не сняв банную шапку, которую он недавно приобрёл по случаю. Шапка ему понравилась своей формой в виде наполеоновской треуголки, на что друзья не преминули обратить внимание: - Ну ты прям настоящий Наполеон! – отметил один. - Нет, ты не прав, - поправил его другой, - потому, что, во-первых: Наполеон был не наш...

Достаточно удачно получалось влюблённым обходить патрули, когда Петр был в «самоходе». Только один раз, за пару недель до увольнения, патрульные подошли к нему на автобусной остановке, когда моряк уже в часть собрался ехать. Причем в таких случаях всегда на такси ездил, чтобы не попадаться, а сейчас чёрт дёрнул на автобусе. Патруль был совместный: начальник патруля мичман, патрульные - солдаты. Подходят. Патрульные аж разулыбались от счастья – похоже, моремана, да ещё и старшину, в «самоходе» вычислили: - Вашу увольнительную, товарищ старшина...

Подготовка к увольнению в запас дело ответственное. Наверное, самое ответственное за всю службу. Ведь нужно не ударить в грязь лицом перед сослуживцами, роднёй и друзьями, когда придёшь да фотки показывать будешь. Поэтому последние полгода службы только и разговоров, что о дембельских альбомах и дембельской форме. Всё это делается в основном своими руками. Ну или руками умельцев части, художников там, портных, просто рукастых ребят. У Петрухи альбом был готов давно, только фотографиями наполнить осталось...

Письма Джону приходили редко. Наверное потому, что он сам не очень-то любил писать. Бывало, родители напишут, надо бы ответить, а он пару недель с мыслями собирается. Письма приходили на вахту общежития, где их раскладывали так, чтобы проживающие видели, когда мимо проходят. Джон обычно там не задерживался. Так, взглядом скользнёт, и дальше по своим делам, а тут дежурный остановил: «Ты чего письмо не забираешь? Уже неделю лежит». Саша подошёл и несказанно удивился - письмо от Старого. Никогда он не писал, а тут – пожалуйста...

В пионерском лагере Вика была самой красивой. Не только среди сверстниц из старшего отряда, а вообще среди всех девчонок, включая пионервожатых комсомольского возраста. Такой красивой, что сверстники стеснялись не то, что предложить дружбу, а просто подойти поближе, резонно, как им казалось, рассуждая: «Да куда уж мне-то, я-то уж точно ей не пара». А ребята из младших отрядов, в том числе и Саня, даже не помышляли взглянуть в её сторону. Такое странное поведение мальчишек совершенно разочаровывало Вику...

Старослужащие маялись от безделья и вели неспешную беседу о неминуемой радостной встрече с родными и друзьями, когда подошёл дневальный: - Сержант к нам пришёл из учебки. - А ну, давай его сюда, - оживились деды. Подошёл Джон в сопровождении дневального. - Рассказывай, откуда, где в учебке был, что умеешь? - Призвали из Питера, в учебке – там же, недалеко. На гитаре играю, ну на барабанах могу немного… - А ну, - один из собеседников протянул гитару. Джон присел на край кровати, исполнил несколько куплетов из разных песен дембельской тематики...