Глава 43
— Дедка, не открывай! — крикнул Сафрон, ему вдруг стало страшно. Но дед, не слушая внука, уже снял засов и открыл дверь. На пороге стояла дородная бабёнка, а чуть поодаль — её мужик.
— Чего припёрлись ночью? Не спится самим и другим не даёте, — неласково встретил их дед.
— Дело к тебе есть, пусти в хату, дед, — сказал мужик, подходя ближе к двери. Дед обвёл их взглядом, женщина была очень встревожена, а мужик насупленный исподлобья смотрел на старика.
— Ну, заходите, коли дело есть, — посторонился он, давая непрошеным гостям пройти. Женщина несмело вошла в избу и остановилась, поджидая мужа. Тот степенно прошёл за ней и занёс было руку для креста, но, поглядев в красный угол, не нашёл иконы и смущённо кашлянул, спрятав руку в карман. Дед, заметив это, хмыкнул в седую бороду.
— Ну так, с чем пожаловали? — спросил он их. — Присаживайтесь на лавку и рассказывайте.
Мужчина, стянув с головы шапку, несмело сел на лавку, женщина притулилась рядом с мужем. Она не лезла первая с разговором, ждала, когда начнёт муж.
— Беда у нас приключилась с невесткой нашей, даже не знаю, как и сказать, — замялся мужик.
— А я смотрю, вы не нашенские? — перебил дед.
— Не, мы с соседней деревни, что пятнадцать вёрст вправо, деревня Сосновка называется, — ответил мужик.
— А, знаю такую деревню, приходилось бывать. Ну, давай рассказывай свою беду. Если в моих силах — помогу, а если нет, то не обессудьте.
Мужчина растерянно посмотрел на свою жену, как бы ища в ней поддержки, и начал свой невесёлый рассказ.
...В деревне Сосновка мы родились и выросли, там и жёнку мне батька с матушкой сосватали. Жили хорошо, ладно меж собою. Дом построили большой, пятистенок, сына родили Андрея. Детей больше нам Господь не дал, вот мы всю любовь и отдали своему единственному сыну. А когда Андрейка вырос и пришло время женитьбы, мы ему невесту присмотрели — знакомых наших дочку с соседней деревеньки. Девка у них Арина, славная такая, работящая. Вот мы с жинкой и решили: хорошая жена нашему сыну будет. Но мы ни сном ни духом не знали, что сынок наш сам себе невесту присмотрел, да какую невесту, будь она неладна, — дочку деревенской ведьмы Маланьки Плетневой, Аксинью. Решили мы с сыном поговорить насчёт женитьбы. А он и выдал нам, что не женится больше ни на ком, кроме Аксиньи. Мы тоже кремень своему слову: «Не будет етого». Ну, в общем, сломали мы сына. По-нашему вышло, оженили мы Андрея с Аришей. Стали наши дети жить у нас в доме. Сноха такая хорошая, не скандальная, сговорчивая. А вот Маланька с Аксиньей не успокоились, зло их брало, что Андрей не на ведьмовской дочке оженился. Прожили наши дети полгода, и вот в прошлую субботу с невесткой случилась беда, а она у нас в тягости. Мы все спать положились, а после полуночи началось с невесткой твориться неладное. Её вдруг стало ломать на постели, выкручивать в разные стороны, а изо рта такая брань понеслась, что мы сроду таких слов не слыхали. Успокоилась только тогда, когда жинка на неё святой водой побрызгала. Стали спрашивать у неё, что с ней было, а она ничего не помнит. А дальше — больше: орёт по-страшному, её ломает во все стороны, то кричать всякими голосами животных начинает, то собакой загавкает, то свиньёй хрюкает. А вчера мы её с петли сняли, вовремя успели, — женщина заплакала, а мужчина грустно опустил голову и потёр в области сердца.
— Мы ходили к старушке там одной, чтобы помогла, а она нам сказала, не в силах помочь, и до тебя, дед, послала. Сказала, что это порчу на неё навела Маланька, подселила к ней нечистого. Вот сноху и ломает. Пока нечистый не изведёт девку на тот свет, не успокоится. Помоги, пожалуйста, жалко девку и ребёночка ещё нерождённого. Хорошая у нас Аринка, да Андрею нашему жинка. Он и полюбить её успел за норов её ласковый.
— А сейчас с кем ваша сноха? — спросил старик.
— Так с Андреем оставили, велели глаз с неё не спускать.
— Ладно, попробую вам помочь, но ничего не обещаю, пока на девку не посмотрю, — произнёс старик. — А теперь идите домой, а мне приготовиться нужно.
— Так, может, мы тебя подождём, не пешком пришли, на лошадке доехали, всё же быстрее будет, — предложил мужик.
— Не надо, езжайте, сказал — приду, значит, приду, — повысил голос дед.
Когда за ночными гостями закрылась дверь, дед позвал Сафрошку.
— Ну что, ты там притих, слышу, что не спишь? Давай-ка, слезай с печки да дуй в баньку, растопишь её до большого жару, и париться пойдём.
— Дедка, да как же? А банник, а Задериха? — Сафрошка, глотая слёзы, стоял на одном месте.
— А ты дюже испугался Банника да Задириху? Какой же ты тогда мужик? Давай, одевайся и дуй, и никаких мне тут соплей, — прикрикнул дед на мальчишку.
Вышел Сафрошка на двор, а там хоть глаза коли — темень непроглядная. Прислушался, где-то вдали заскрипела телега. «Видно, баба с мужиком поехали», — подумал он и побрёл в сторону бани. Над головой пролетела совушка, хлопнув крыльями, отчего Сафрошка присел и подавился криком. Сердце его бухало, как отбойный молот, пытаясь пробить грудную клетку. Прижав тонкими ручонками грудь, мальчишка на полусогнутых ногах пробирался к баньке в конце огорода. Он, оглядываясь по сторонам, неслышно ступал по мокрой земле, поскальзываясь и увязая. Вдруг рядом с ним захохотал ребёнок, а потом громко заплакал. Сафрошка остановился как вкопанный, не в силах сделать шагу.
— Что это? — прошептал он одеревеневшими губами. Потом вспомнил, как дед ему рассказывал однажды, что так может кричать только сыч, имитируя смех и плач младенцев.
В баню заходить было страшно, он, когда вышел из избы, забыл взять свечку, и теперь ему предстояло в потёмках найти кресало и зажечь керосиновую лампу. Нащупав руками дверь, Сафрошка со страхом потянул её на себя, отчего та тяжко заскрипела. Фантазия подсовывала картинки одна страшнее другой, волосы на затылке у мальчишки зашевелились. В полуобморочном состоянии, не дыша, мальчишка вошёл в предбанник, остановился и прислушался, где-то в глубине баньки он услышал заливистый смех: «Задириха парится, её смех», — подумал мальчишка и стремглав стребанул оттуда. Он бежал к избушке, поскальзываясь и падая, потом снова поднимаясь, будто за ним неслась вся нечисть лесная.
Увидев внука в дверях, глаза деда Филарета полезли на лоб.
— Это кто же тебя, сердешного, так в грязи выкатал?
— Задириха, — прошептал Сафрошка, тяжело дыша.
— Ну-ну, не знал, что она способна из бани выходить, — хохотнул дед. — Ладно, пошли, горе луковое, — промолвил дед, беря в руки свечу и краюху хлеба.
Они медленно пробирались по протоптанной тропинке среди огорода.
— Так где же ты такую грязь нашёл? — спросил он мальчишку.
— Так я в темноте дорожку не нашёл и напрямки побежал.
— А свечку чего не взял? Угощение для Банника?
— Забыл, — промямлил мальчишка.
— А голову ты взять не забыл? — спросил дед Филарет, отвесив ему громкий подзатыльник. Сафрошка втянул голову в плечи и понуро поплёлся за дедом.
***
Видения одно за другим проплывали мимо деда Сафрона, а он сидел с закрытыми глазами, тесно притулившись к холодной печке.
...Банька гудела и плевалась искрами, Сафрошка, распаренный, сидел в предбаннике и хватал ртом воздух. В голове всё кружилось и вертелось, ему тошнило. Он приоткрыл дверь на улицу и просунул туда лицо, охлаждая и пытаясь продышаться.
— Сафрошка, едрит твою через коромысло, а ну-ка, паразит, дверь прикрой, выхолодил всю баню.
Мальчишка тут же захлопнул дверь и сел на грубо сколоченный табурет. Дед парился целую вечность, так показалось Сафрошке. Тошнота прошла, но слабость в ногах осталась.
— Давай, дуй на печку, досыпай, а утром рано я тебя разбужу, — сказал дед.
Мальчишке десять раз повторять не нужно было, и он вихрем влетел на печку. Уже засыпая, слышал, как дед общался со своим помощником рогатеньким да приказывал ему что-то, чего Сафрошка уже не слышал...
***
Макаровна встала, лишь только забрезжил рассвет. Затеялась с пирогами. Замесив тесто в макитре, накрыла его чистым полотенцем и поставила на загнетку. У неё всё время не выходил из головы Сафрон. «Вон он какой, горемычный, — думала она. — А если ребёнком любви никогда не видел, откуда же в сердце теплу взяться? А Татьянка вот рассмотрела его, поняла, что в груди не ледышка, а доброе сердце», — думала старушка, тяжело вздыхая. «Сейчас вот сгоношу пирогов и отнесу Татьянке да Сафрону».
Так в хлопотах прошло всё утро. Дождь вроде бы прекратился, но небо ещё не распогодилось: тяжёлые свинцовые тучи нависли над землёй, а холодный ветер продолжал гнуть верхушки деревьев, пытаясь сорвать с них последние листья. В воздухе ещё чувствовалась сырость, и даже солнце, выглянувшее из-за туч на несколько мгновений, не могло согреть мокрую землю. Природа притаилась в ожидании настоящего осеннего ненастья, которое вот-вот должно было разразиться осенним, холодным, проливным дождём.
К обеду пироги были готовы, и старушка, завернув в чистое полотенце, понесла Сафрону. «Татьянке на обратном пути занесу», — решила она.
— Хозяин! Сафрон, ты дома!? — крикнула она и толкнула двери в дом. Но дверь не открылась, она посмотрела и увидела на двери замок.
— Как же я его раньше не увидела? А где же Сафрон? Вчера ничего не говорил, что куда-то собирается. Либо на могилки к своим пошёл? — решила старушка. Она вышла со двора и направилась к дому Катерины с Петром.
***
— Сафрошка, вот, пострел, не добудишься, — заругался дед Филарет. — Просыпайся, надо торопиться.
Он стал укладывать в большой крапивной мешок свои колдовские принадлежности. Сафрошка, позёвывая, сполз с печки и пошёл на двор. Быстро сходив до ветру, трясясь от холода, вернулся в хату. Старик стоял уже одетый, привязывая по углам мешка по картошине, делая на манер рюкзака.
— Ну чего, стал как истукан, одевайся, — прикрикнул на него дед.
— А мы не будем есть? — спросил он деда.
— Не, есть не будем, нельзя. Потом, как придём, посмотрим, что там с девкой, тогда у них и поедим, — ответил старик.
Сафрошку замутило, живот заурчал, дед, услышав это, сказал:
— Вон, воды выпей, всё бы тебе жграть. Не об том, унучок, думаешь!
Мальчишка, чтобы не нарываться на дедовские окрики, быстро схватил плошку и, зачерпнув с бодьи воды, приложился к ней.
— Ну что, напился? Пошли, что ли...
Спасибо, что прочитали главу до конца.
Дорогие мои друзья, я Вас благодарю от всего сердца за Ваши комментарии, за помощь которую Вы мне оказываете. Жаль только , что Вы не оставляете своих имен, кто присылает донаты. Спасибо Вам огромное, я бесконечно Вас Благодарю. Спасибо за теплые комментарии которые Вы пишете мне с такой теплотой и тактом. Спасибо, что Вы у меня есть, спасибо что читаете!!!
С уважением Ваш Дракон..