23 января – память святителя Феофана Затворника, русского святого 19 века. Доводилось слышать, что святителя Феофана называют одним из учителей русской духовной школы. Владыка действительно отдал немало времени и сил духовному просвещению. Один факт, что он оставил более пятидесяти томов письменного наследия, уже говорит о многом. Только навскидку можно вспомнить его перевод пяти томов «Добортолюбия», «Евангельскую историю о Боге Сыне», толкования на апостольские послания, многочисленные нравственно-аскетические труды, проповеди и слова, переводы, труды на иностранных языках. Но, может быть, было еще что-то важное и существенное, за что его прозвали учителем?
«Одно нужнее всего – молиться Богу, и молиться непрестанно умом в сердце», – такое напутствие сразу после пострига дал молодому монаху Феофану преподобный Парфений Киевский. Совет старца на всю жизнь запал в сердце владыки Феофана, будто открыв новую страницу в жизни новоначального подвижника. Наставление об умном делании действительно стало основным делом всей жизни святителя – к этому были направлены его письменные труды, этому он учил в переписке и своих многочисленных духовных чад.
Духовные наставления святителя Феофана значительно отличались от общепринятых взглядов того времени на учение о молитве и духовном делании. Можно сказать, что они были, как минимум, очень смелыми, если не революционными. Читая его письма впервые, можно с удивлением обнаружить, что владыка предлагал умно-сердечную молитву в качестве повседневной практики даже для новоначальных христиан. Он рекомендовал заниматься ею всем, кто стремится ко спасению.
«У кого нет умной внутренней молитвы, у того и никакой нет, – писал святитель в своих письмах. – Она обязательна и для мирских людей... Без умной молитвы никому нельзя обойтись... Не думайте, что это дело совершенных. Нет. Это дело всех, начинающих искать Господа... Сердечная молитва – начало дела...»
Практически во всех посланиях святителя сквозит одна мысль: «Дело молитвы – не безмолвников только есть дело, а всех христиан – и это до самых высших ее степеней... Плод молитвы – сосредоточение внимания в сердце и теплота... Все должны молиться сердцем и умом».
Известна полемика святителя Феофана с другим не менее выдающимся богословом того времени святителем Игнатием (Брянчаниновым). В этом вопросе они не могли прийти к общему знаменателю. Пока последний, следуя преподобному Нилу Сорскому, предостерегал от «преждевременного стремления к низведению ума в сердце» под угрозой «впадения в прелесть», святитель Феофан с легкостью советовал юной девице-мирянке: «Оставьте голову и низойдите умом своим в сердце и там стойте вниманием неисходно».
Подобные советы можно встретить практически во всех письмах Феофана Затворника. Почему святитель давал наставления, казалось бы, не только не сообразующиеся со святоотеческим наследием, но даже противоположные им? Ответом служит вся жизнь владыки Феофана. Он шел этим путем сам, и потому, как опытно прошедший, мог подавать руку помощи идущим вслед за ним.
Наставлениями святителя Феофана пользовались многие люди того времени по всей России, и если бы его практика была ошибочной, история непременно сохранила бы эти факты, учитывая падкость человеческого естества на критику. Однако свидетельств массового помешательства или «впадения в прелесть» среди чад владыки Феофана не сохранилось. Зато сохранились другие свидетельства – о том, как немногим позже на революционных баррикадах с винтовками в руках оказывались те, чье понимание духовной жизни сводилось лишь к чтению утренних и вечерних молитв. Как известно, среди них было немало воспитанников духовных учебных заведений. Духовная жизнь таких людей незаметно для них самих из всеобъемлющей и пронизывающей все сферы жизни человека, превратилась в какую-то незначительную часть жизни.
В практике святителя Феофана, на самом деле, не было ничего принципиально нового, революционного. Все, к чему она сводилась, это память Божия, иметь которую в сердце как раз и учили святые отцы. В сердце жизнь человека, человеческое сердце избрал Своим жилищем Бог. Но Он не смеет входить туда до тех пор, пока сам человек не пригласит Его молитвенным призыванием. Тому же самому, чему учил владыка Феофан, в 20 столетии учили афонские старцы. Его практика полностью оправдала себя жизнью – святитель Феофан действительно стал подлинным учителем русской духовной школы. Казалось бы, мы должны знать и глубоко почитать святителя. Но тот факт, что сегодня в храмах почти нигде не его икон, пожалуй, свидетельствует о нашем нынешнем духовном состоянии.