Меня зовут Алексей, и я слесарь-сборщик из Перми. В далеком уже 2012 году нашему предприятию, которое сотрудничало с немецкой автомобильной компанией, выпала уникальная возможность — отправить нескольких специалистов на трёхмесячную стажировку на завод-партнёр в Баварию. Прошел жесткий отбор по знанию языка и навыкам, и вот я в маленьком уютном городке Швайнфурт.
Первые дни были похожи на погружение в другой мир. Чистота в цеху, где можно было буквально с пола есть. Тишина — гул станков, но нет привычного нашего громкого окрика или стука кувалдой. И главное — порядок. Каждый инструмент на своём месте, обведённом ярким контуром, каждый чертёж — актуальная версия в планшете, каждый этап работы описан в процедуре.
Моим наставником стал Петер, мужчина лет пятидесяти с руками, изъеденными мелкими царапинами от металла — знак настоящего мастера. Он говорил медленно, часто через переводчика, показывал тщательно. Сначала я нервничал: боялся сделать что-то не так, ударить в грязь лицом. Как-то раз я пытался «сэкономить время» и подогнать деталь напильником «на глазок», минуя контрольный шаблон. Петер не ругал. Он молча взял калибр, показал мне микроскопический зазор, затем достал альбом и нарисовал схему, как этот зазор повлияет на сборку узла в конечном изделии. И подписал: «Точность (Genauigkeit) — это не контроль. Это мысль, которая предшествует действию».
Это был первый «сувенир», который я начал собирать в свою копилку — принцип осмысленной точности. Не ради галочки в паспорте изделия, а ради понимания, как твоя микроскопическая ошибка умножится на тысячи километров чужой езды.
Но самое сильное потрясение ждало меня в отношении к времени. В ровно 16:00 все станки затихали. Петер откладывал инструмент, мы шли в раздевалку, а затем... он пригласил меня выпить пива в саду у своего дома. Он показывал мне свою мастерскую в гараже, где реставрировал старый мотоцикл. И говорил: «Работа — это важно. Но она для жизни, а не наоборот. Усталые руки и уставшая голова делают брак». Умение разделять работу и личную жизнь, ценить своё время и восстанавливаться — это был второй, неочевидный «тренд», который я вывез.
К концу стажировки мы с Петером и его коллегами сделали сложнейшую пресс-форму. Когда провели первый успешный тест-отливку, все пожали друг другу руки. Не было нашего привычного «Ура! Давай отметим!», было тихое, твердое профессиональное удовлетворение. Мне вручили не только сертификат о стажировке, но и калёный стальной эталон-кубик с гравировкой «1 см» и логотипом завода. Петер сказал: «Это чтобы ты всегда помнил, что такое настоящий эталон».
Я вернулся домой с чемоданом подарков: баварской горчицей, кружкой, фотографиями. Но всё это — просто вещи. А настоящее, самое важное, что я привёз — это нечто нематериальное:
1. Культура процесса. Я привёз привычку организовывать своё рабочее место не «для начальника», а для эффективности и безопасности. И заразил ею ребят в своём цеху. Теперь у нас тоже появились «теневые доски» для инструмента.
2. Уважение к своему времени и мастерству. Я перестал задерживаться на работе «на аврал», потому что понял: если аврал постоянный — это не аврал, это плохое планирование. Я начал учить молодых парней не просто «держать размер», а понимать, зачем этот размер нужен.
3. Эталон в голове. Тот самый стальной кубик лежит у меня на верстаке. Он напоминает не о Германии, а о стандарте качества. О том, что твоя работа — это твоё профессиональное кредо. И что где бы ты ни был, в Перми или в Швайнфурте, стружка должна лететь одинаково аккуратно, а замер — быть безупречным.
Иногда меня спрашивают: «Ну и как там у них? Машины лучше делают?». А я отвечаю: «Они по-другому думают. Сначала думают, потом делают. И уважают труд — и свой, и чужой». Вот этот способ мыслить и это уважение я и стараюсь привозить с собой на работу каждый день. Это и есть самый ценный багаж из той командировки.
Если статья Вам понравилась подписывайтесь на канал ставьте 👍.
Пишите в комментариях своё мнение.
Спасибо за внимание.