- Ох, все вы здесь, мои дорогие! Как приятно вас видеть! - леди Орс всплеснула руками, оглядывая столы, заваленные грязью, кусками рыбы, сырого мяса и очистков от овощей, а кое-где и блюдами, которые будет вкушать принц. - Выглядит все просто невероятно, и я уверена, что его высочеству уже не терпится вас увидеть... Так что поторопитесь и оставьте здесь свои блюда — их доставят наверх. А сами вы, пожалуй, хотите переодеться?
Невесты дружно закивали. Йовила также — передняя часть ее платья кое-где была заляпана кровью.
Для того, чтобы завершить все приготовления, им понадобилось не более чем полчаса. После этого они быстро все закончили и очень быстрым шагом направились прочь из дворца.
- Думаю, мы можем кое с кем попрощаться уже сейчас, – Анит Канская по дороге бросила быстрый взгляд на Лотти. Та, несмотря на свой дворянский статус, почему-то не заслужила благосклонности герцогини. - Я бы сама лучше умерла, чем представляла что-то такое королевской семье.
Лотти надменно промолчала. Возможно, она сама понимала, что испытание ей не пройти, а, возможно, просто не хотела тратить на Анит слов. Но вступила другая дворянка, Кларисса как-ее-там, у которой шансов на победу было не больше, чем у Йовилы.
- Анит, ты бы помолчала немного. Твои комментарии уже начинают утомлять, и это не я одна так считаю.
- Да и в самом деле! Думаешь, ты лучше нас, потому что знаешь принца? - еще одна колдунья, Ремия, подняла голову. - По крайней мере, никто из нас не пытается выскочить замуж за своего кузена.
Та струна напряжения, которая висела натянутой на протяжении всего отбора, и которую все очень осторожно обходили до этого, наконец порвалась.
- Кто ты такая, чтобы со мной разговаривать? - спросила Анит вроде как спокойным голосом. Но он не мог обмануть ни Йовилу, ни других невест. Под ним скрывалась самая настоящая ярость. - Магичка без рода и племени, думаешь, у тебя есть шансы стать королевой? А если такое и случится, всем порядочным людям придется бежать в Алию или еще куда-то…
"Еще куда-то" Анит сказала таким тоном, словно и Алия, и все соседние королевства были теми местами, где она бы не хотела ступать и ногой. Акулина скривилась, но смолчала. В такой атмосфере тринадцать невест принца переоделись и самостоятельно пошли обратно во дворец. Камердинер за ними почему-то не пришел.
Когда перед ними снова появились шпили дворца, Йовила заметила, что Амелия как-то странно оглядывается по сторонам, словно выискивает кого-то в небольшой толпе невест. Да и вообще выглядела воительница как-то беспокойно, поэтому Йовила медленно подошла, касаясь ее плеча, чтобы привлечь внимание.
Амелия вздрогнула и оглянулась к Йовиле с поднятой рукой, как будто собиралась применить к ней какие-то чары и остановилась только в последний миг.
- Все в порядке? - спросила Йовила, поднимая брови.
- ...Нет, - прошептала Амелия через несколько мгновений молчания. - Не совсем. Ты не видела Селестию?
Йовила заозиралась по сторонам. Она была уверена, что замечала ее копну белокурых волос в общежитии, да и как будто только что вот слышала ее голос. Но она не могла вспомнить, что та говорила или где стояла.
- Да? - неуверенно отозвалась Йовила.
- И я вроде да. Но вроде и нет. Понимаешь?
Йовила понимала. Возможно, это были какие-то чары. А, возможно, они обе слишком напряглись и видели странные вещи там, где их не было.
– Я точно видела ее по дороге в общежитие, - уверенно сказала Йовила. Это она действительно помнила, не было никаких сомнений. А вот дальше... Она не обращала много внимания на девиц вокруг; слишком была занята тем, чтобы найти чистое платье и самостоятельно сделать прическу.
- И я как будто видела, - с каплей облегчения сказала воительница. - Но сейчас ее нет.
- Может, вернулась в общежитие? - кажется, это Амелию не успокоило. - Мы скажем Витану, как только придем в зал, – тихонько сказала Йовила, наклоняясь к чужому уху. - Он разберется.
Но сказать Витану они ничего не успели. Леди Орс, уже в новом платье, которое в диаметре было такого же размера, что и коридор, словно специально под него и кроилось, подхватила их на самом входе.
- Ох, дорогие барышни, вы постарались на славу! Все блюда уже выставлены посреди зала, и ароматы... Невероятные!
Йовила также подозревала, что смесь запахов рыбы, печеных потрохов и заварного крема должна была создавать что-то невероятное даже в таком большом помещении, как один из тех обеденных залов, в который их завела распорядительница.
А там и вправду сидел принц. А еще придворные, дворяне, фрейлины Ее Величества и, конечно же, само Ее Величество.
А вот ни Витана, ни Яра Йовила не видела, хоть их люди и выстроились под стенами и внимательно вглядывались в шеренгу невест. Интересно, сколько об убийствах знали они? Больше или меньше самой Йовилы или, скажем, Амелии?
Посреди комнаты, в которой одновременно могли бы вальсировать по меньшей мере сотня пар, скромно стояли тринадцать небольших столиков с тарелками, накрытыми серебряными клоше. На каждом столике стояла и табличка с именем конкурсантки.
- Разойдитесь до своих столиков, барышни. Сейчас принц будет пробовать то, что вы для него приготовили, а потом вы будете представлять блюдо и расскажете нам всем, почему вы выбрали именно его. И, конечно же, мы выберем, кто должен покинуть конкурс.
Йовила бросила последний быстрый взгляд на Амелию. Столик самой Йовилы стоял почти в начале — всего третьим, а вот Амелия оказалась чуть ли не в самом конце. Та кивнула ей и быстро направилась к своему столу, все еще оглядываясь по сторонам — как будто ожидала, что в любой момент рядом все же появится Селестия. Но девушки нигде не было, хотя Йовила каким-то странным образом едва не забывала об этом, когда только прекращала напряженно думать о Селестии. Это должно было бы вызвать у нее подозрения. Ей никогда не нравились игры с ее разумом. Но Йовила почему-то не обратила внимания, просто прошла к своему столу и сосредоточилась на больших серебряных колпаках, накрывавших блюда участниц.
Кстати, не замечать запах тоже было довольно сложно: он и впрямь смешался во что-то невероятное, и Йовиле крайне недоставало хотя бы двух открытых окон на всю эту огромную залу.
Принц встал со своего расцвеченного трона и медленно приблизился к первому столу. Счастливицей стала Вилена Иден, которая немедленно откинула серебряную крышку со своего блюда, как только принц появился в зоне досягаемости руки.
- Ваше Высочество. Сегодня я приготовила для вас...
Принц поднял ладонь, приказывая Вилене замолчать. Та запнулась на середине слова и отступила. Эрик шагнул ближе и внимательно разглядывал блюдо на тарелке. Там были какие-то запеченные овощи под соусом и маленькие кусочки мяса, которые, как Иовила подозревала, должны были хрустеть и таять во рту одновременно. Она должна была признать, что, несмотря на крайне странный на первый взгляд набор ингредиентов, блюдо у купчихи таки получилось.
Принц взял со стола серебряные приборы. С каменным лицом он отрезал малюсенький кусочек какого-то овоща и положил его в рот так, словно это была по меньшей мере живая оса. Впрочем, всего через несколько мгновений выражение его лица изменилось; возможно, на вкус блюдо было даже лучше, чем на вид. Через несколько секунд принц уже наколол целый кусок мяса, а потом еще и зачерпнул поджаренным хлебом соус. Легкое, словно нечаянное покашливание, послышавшееся от королевского трона, заставило его остановиться.
- Что это? - властным голосом спросил Эрик, отступая от столика.
- Это ножки индейки, маринованные в овощах с островов, с соусом из сливок, меда и соли. Так готовила моя мама, и я научилась этому у нее…
Вилена набрала в грудь воздуха, словно хотела сказать еще что-то, но не успела.
– Что ж, вы вполне могли бы работать поварихой при дворе, – обронил принц и двинулся дальше. Вилена покраснела, и неясно, от унижения или от удовольствия. Принц словно и похвалил ее блюдо, и сразу унизил, а после этого даже не взглянул на Вилену еще раз, двинувшись к следующему столику.
Дальше стояла колдунья со своей рыбой, напичканной какими-то травами. Ее принц только слегка откусил, и вместо какого-то въедливого комментария только сплюнул все, что взял в рот, в салфетку, и положил ее прямо в тарелку. После этого он двинулся к Йовиле.
На нее он даже не смотрел – все внимание Эрик направил на пышный пирог, который на кухне кто-то предусмотрительно порезал на более мелкие кусочки. К счастью, начинка выглядела так странно и коричневато, что узнать в смеси потроха было почти невозможно.
Принц укусил кусочек. На его лице не отразилось ничего, когда он проглотил еду, а потом отступил от стола.
- Представите блюдо, леди фон Литтен? – спросил он, все еще избегая смотреть прямо на нее. Вместо этого принц буравил взглядом мраморную колонну или кого-то из придворных за ее плечом.
- Конечно, Ваше Высочество! Вы так много говорили о национальной кухне на нашем свидании, что я решила приготовить вам блюдо, которое всегда готовят крестьяне в нашем баронстве – пирог с потрохами куропаток.
В зале не было тихо – придворные постоянно перешептывались между собой, смеялись и ходили туда-сюда, кто-то даже ел и пил; но тут на мгновение повисла оглушительная тишина, а после этого перешептывания возобновились с удвоенной силой.
Йовила уже приготовилась к тому, что принц скорчит отвратительное лицо и скажет ей что-то неприятное и унизительное, но этого, на удивление, не произошло. Вместо этого Эрик сжал губы в тонкую ниточку и выжал:
– Прекрасно…
А после этого двинулся к следующей девушке.
Принц не скупился на комментарии – правда, редко они бывали приятными; он едва не довел до слез Лотти де Ален, даже не коснувшись того месива, что она приготовила, но смолчал на картофельные отбивные, которые приготовила Амелия. Под тяжелым взглядом Анит Канской он молча съел кусочек пирожного и что-то пробормотал себе под нос, а потом отыгрался на блюде следующей невесты – баронской дочки с простым овощным супом.
И вот уже он приблизился к последнему столу. За ним ожидаемо никого не стояло; Селестия в зале так и не появилась. Эрик огляделся по сторонам, ожидая, что невеста вылезет из-под стола или выскочит из-за колонны. Этого не произошло.
– Леди Лейг? Дорогие мои, где вы потеряли панну Лейг? – со смешливым прищуром спросила распорядительница, пригрозив девушкам своим мясистым пальцем. – Неужели она решила не приходить на испытания? Вот странность…
Леди Орс огляделась вокруг, словно также ожидала, что кто-то ей подскажет, что же она должна делать дальше. Впрочем, этого никто не сделал – в конце концов, именно она была распорядительницей отбора.
- Что ж... это довольно нестандартная ситуация. Но барышня все же приготовила блюдо, не будем презирать ее усилия. Возможно, ее задержало что-то срочное.
Леди Орс плавно и медленно (словно ждала, что кто-то ее остановит) приблизилась к столу, на котором стояло блюдо. Она сморщила нос, Йовила стояла слишком далеко, чтобы почувствовать запах, но она видела то, что готовила Селестия, поэтому не была удивлена. Что ж, уже завтра девушки точно не будет на отборе.
- Тогда я, с вашего позволения, ваше высочество, на мгновение заменю леди Лейг. Вряд ли я смогу представить ее блюдо, но что-то мне подсказывает, оно должно сказать само за себя.
Взгляды, кажется, всех без исключения в зале сосредоточились на пальцах панны Орс, обхвативших ручку клоше и потащивших ее вверх. Как только она отделилась от тарелки, запах усилился, и его отголосок смогла ощутить даже Йовила.
Краешком разума она поняла, что это за запах еще до того, как крышка поднялась. Но, так же, как и все, она не успела ничего сказать.
- А вот и блюдо...
Панна Орс начала говорить, но запнулась, и ее голос превратился в высокий писк в самом конце. Серебряное клоше в ее пальцах задрожало и в конце концов упало на пол с громким звоном. Через мгновение после этого упала и леди Орс, чуть менее оглушительно, но гораздо более феерично. Только после этого Йовила наконец смогла увидеть, что же лежало на тарелке.
Она сама закричала бы, если бы только ее горло не перехватил спазм в тот самый миг.
- Охрана! Стражи! Где охрана?
Кто-то из дворян разорвал тишину, и тогда поднялся такой гвалт, что разобрать что-то в нем было просто невозможно. Йовила уставилась в кучку невест, пытаясь понять, какая из них могла сделать что-то такое?
Но она смотрела как будто везде. Йовила всматривалась в лица Акулины, Вилены, Анит, Амелии, но все, что она видела перед собой – это отрезанную, мертвую и окровавленную голову Селестии на блюде.
Перед смертью она застыла в каком-то чересчур спокойном, даже приподнятом выражении. Возможно, не ожидала, возможно, это произошло быстро. Но когда?
У Йовилы голова шла кругом. Она чувствовала, что еще немного, и она упадет без сознания рядом с панной Орс, которую уже обрызгали водой. Всего через минуту столик с головой кто-то убрал, вероятно, люди Витана и Яра. Но это не дало никакого эффекта, Йовила видела голову Селестии перед собой так же отчетливо, как и до того. Она ничего не могла с собой сделать.
- Нет... нет, нет, нет!
Медленно, словно в тумане, Йовила перевела взгляд из центра зала обратно к невестам. Амелия стояла на коленях, вглядываясь в свои ладони, словно не могла поверить тому, что произошло. Вся ее фигура, до того грозная и сильная, сжалась до маленькой кучки костей и кожи в платье, и она выглядела слабее новорожденного котенка.
Вокруг Амелии образовалась пустота, ни одна невеста не спешила подойти к ней, и Йовила понимала почему. Вся магия, которую воительница сдерживала внутри, начала прорываться наружу, образуя небольшой водоворот из силы вокруг нее. И никто не хотел, чтобы его задело.
- Нет! Как так? Нет!
Сила закручивалась вихрями и пламенными языками, и люди вокруг начали отступать. Когда Йовила наконец обратила внимание на остальную часть зала, поняла, что принца с королевой в ней уже давно не было, как и большинства придворных – хотя Йовила слышала приглушенные крики за дверью зала. Зато в ней стало больше артефакторов и колдунов, и каждый из них смотрел на невест с подозрением.
Наверное, все они знали. Все они знали, что в этом зале, среди них стояла девушка, которая не более часа назад обезглавила Селестию. Хладнокровно, жестоко и злобно.
- Все отойдите! Назад, быстрее!
Дверь зала распахнулась настежь, когда в них вбежал колдун с артефактором. Яр бросился вперед, к Амелии, без всякого промедления. Витан бежал чуть дальше.
Как только Яр переступил черту магии, она засветилась сильнее.
- На землю! - услышала Йовила сквозь свист и туман, покрывшие всю залу. - Ложись!
Чужая рука потянула ее вниз, и Йовила ударилась коленями, а потом и плечами об пол. Впрочем, как раз вовремя – магия Амелии в тот же миг разлетелась во все стороны, как щепки раскаленного стекла.
Ее голову прижала к земле сильная рука, и Йовила каким-то невероятным образом поняла, что это был Витан. Ураган у них над головами продолжался еще несколько секунд, а потом стих, словно его и не бывало.
Со страхом Йовила встала сперва на локти, а потом на колени; все та самая сильная рука помогла ей подняться на ноги.
- Ты цела? - спросил Витан, смахивая что-то со щеки. Этим чем-то оказалась струйка крови, стекавшая с его волос. На самой Йовиле не было и царапины. следует...
Она огляделась вокруг: на земле лежали куски гипсовой лепнины из стен, некоторые металлические украшения воткнулись в мраморный пол, словно стрелы, и только тогда Йовила поняла, как сильно ей повезло остаться не только невредимой, но и живой вообще.
– ... цела, - медленно отозвалась она. - Голова... Это Селестия.
Йовила хотела быстро рассказать о случившемся с профессионализмом, без лишних эмоций. Но как только она открыла рот, ужас случившегося словно настиг ее, и первое рыдание вырвалось из горла совершенно против ее воли. А дальше она уже просто не могла остановиться.
Она знала Селестию. Знала не так, как Эллу, знала не так, как Лану – хотя и смерти этих двух невест потрясли ее. Вместе с Селестией они ходили на прогулки и обсуждали лучшие фасоны платьев, вместе с ней они сплетничали о других участницах. Селестия не была ее подругой, пока нет; но через несколько недель, или, может быть, даже дней она могла бы стать ею. Но теперь уже нет. Теперь уже было слишком поздно.
Не было уже Селестии – была одна только голова на блюде да обезглавленное тело, которое, возможно, никогда не удастся отыскать. И убийца, которая все еще ходила на свободе и стояла где-то рядом с Йовилой.
- Йовила, - начал Витан, когда та расплакалась, но мигом замолчал. - Я знаю. Я очень сочувствую, - только и сказал он после длительной паузы и прижал ее к себе. Он раскачивал ее из стороны в сторону, совершенно незаметно, словно пытался усыпить ее истерику. И со временем это и вправду сработало – осталась только икота и необъятное ощущение пустоты внутри.
– Я... - неловко начал Витан. - Извини, я должен сейчас быть с Амелией. Я вернусь. Пожалуйста, будь осторожна.
Он сжал ее ладони в том же теплом жесте, что и раньше. Йовила понимала. Селестия не была ей и в десятую часть такой же близкой, как воительнице. Между ними было что-то особенное – нежное и тихое, и она даже не могла представить, как сейчас чувствует себя Амелия.
Она оглянулась вслед за Витаном, и тогда увидела и Яра. Он кивнул ей вопросительно, а Йовила вернула утвердительный кивок. Яр не подошел, он держал на руках тело Амелии; она тоже потеряла сознание от выброса силы.
Остальные невесты медленно поднимались с пола. На некоторых остались царапины, другие же были так же целы, как и сама Йовила. Через несколько мгновений трое колдунов начали осторожно теснить их к выходу и под конвоем отвели в общежитие. Йовила почувствовала, как чары на дверях за ними щелкнули и заработали, запирая их внутри комнаты. Сама Йовила не знала, насколько это было разумным шагом, учитывая то, что среди них сидела и убийца. Теперь она не могла бы спать. Она не знала, как сможет быть на отборе дальше, общаться с девушками, каждая из которых могла держать за спиной нож.
Но также она не могла представить, как она могла бы покинуть отбор. Теперь это стало по-настоящему личным. Она должна была довести дело до конца.
В общежитии все молчали. Нарушить тишину не решался никто, пока Анит Канская не сказала громко, но испуганно:
- Это сделал кто-то здесь. Селестию убила одна из вас. Я это знаю.
И после этого тишина утонула в десятке разъяренных, напуганных, дрожащих голосах.