Йовила выбрала одно из самых скромных платьев из всего своего гардероба и завязала волосы в тугую гулю – такую, которая бы понравилась монахиням триады. Выглядела она, как деревенская девица на выдание – из тех, которым женихов подыскивают путем обмена самой девушки на тройку коз или одну упитанную корову.
Камердинер в ожидаемый час не явился, очевидно, одна Йовила все же не была птицей такого высокого полета, чтобы он ее водил туда-сюда; зато пришла старая Бела, согнутая едва ли не пополам, и скрипучим голосом позвала ее за собой.
- Куда мы идем? - спросила Йовила, подбирая подол платья. Как раз по окончании испытания начал накрапывать дождик, и на траве все еще оставались капли воды, которые так и не высохли за день, потому что солнце из-за облаков не выглядывало.
В воздухе витала прохлада и свежесть, но когда появлялся малейший ветерок, Йовилу в ее легком летнем платье пробирал дрожь Она надеялась, что они быстро дойдут до дворца, но, казалось, у Белы были какие-то другие планы.
- К Его Высочеству. Принц желает встретиться с вами у озерной беседки, – отозвалась Бела, спеша на несколько шагов впереди. Для такой старой женщины двигалась она удивительно быстро, и Йовили приходилось прилагать немалые усилия просто для того, чтобы успевать за ней.
Йовила нахмурилась. В такую погоду сидеть в беседке, продувавшейся со всех сторон, ей не слишком хотелось. А еще и у озера, где точно будет даже холоднее, чем в роще... Свидание с принцем нравилось ей все меньше, а оно еще даже не началось.
В части дворцового парка, где стояла беседка, Йовиле бывать еще не приходилось. Это было под окнами покоев королевской семьи, и даже невесты не могли свободно входить в эту часть парка. Да и интересного там ничего не было – небольшое искусственное озерцо с рыбами со всего мира, аккуратно выстриженные кусты и мраморные статуи предыдущих монархов - Йовила увидела именно то, что и ожидала.
А вот чего она точно не ожидала – так это кучи людей вокруг беседки. Она думала, что будет иметь “прекрасную возможность” провести время наедине с лицом королевской крови, а походило скорее на то, что там проходил прием на двадцать человек.
Бела вела Йовилу к принцу не главной тропой, а одной из боковых – как будто Йовила сама была прислугой и должна была пробираться незамеченной. В любом другом случае ей было бы все равно; более того – она могла бы обрадоваться такой перспективе. Но сейчас она четко считывала сигнал – и сигналом этим было неуважение.
Эрика она заметить издалека не могла: его голову заслоняли собой крепкие спины охранников. Теперь, когда Йовила оказалась ближе, она поняла, что всеми этими людьми, стоявшими у беседки, были не гости, а стража с алебардами и колдуны, прятавшиеся за спинами артефакторов.
С неописуемым удивлением Йовила выловила глазом в этой небольшой толпе и Яра с Витаном – они стояли плечо к плечу за принцем, как два молчаливых прислужника. Что ж, теперь Йовила чувствовала себя лучше – не к ней одной относились не так, как стоило бы.
– О, ты пришла, - услышала она вальяжный голос и перевела взгляд на Эрика. Тот сидел в плетеном массивном кресле за небольшим столиком, сервированным на двух человек. Теперь, когда Йовила видела столько людей вокруг, которые просто наблюдали за ними, она чувствовала себя еще более неудобно – особенно, когда поняла, что сейчас сядет и будет ужинать, когда два десятка мужчин будут смотреть ей в тарелку и в затылок.
- Ваше Высочество, - Йовила присела в реверансе. Она застыла перед принцем, не двигаясь к своему стулу. Обычно у нее не было проблемы в том, чтобы найти дорогу к обеденному столу, но все же был придворный этикет, и даже Йовила, которая не была на светских мероприятиях уже шесть лет, прекрасно его помнила.
Принц должен был подняться, подать ей руку и усадить в кресло; сделать несколько комплиментов, спросить, удобно ли ей, и только после этого – вернуться к своему месту. Если же принц был невоспитанным (в чем Йовила и на мгновение не сомневалась), он должен был просто подняться и стоять, пока Йовила не займет свое место.
Но Эрик остался сидеть.
Йовила стояла перед ним, наполовину растерянная, наполовину даже пораженная этой наглостью. Все же принц сейчас был в худшем возрасте, в котором только может быть человек – уже перешел черту детства, но еще совсем не стал взрослым.
Тишина между ними затянулась на несколько долгих мгновений, и после этого Эрик небрежно махнул рукой в сторону второго кресла – мол, садись уже. Йовила села, стараясь держать себя достойно. Пусть принц был дураком, к тому же невежливым; но она, увы, не могла себе позволить отвечать ему той же монетой.
От нехватки других возможностей Йовила взялась за рассматривание принца – может, для какой-то статьи потом и сгодится. Он сидел, расслабленный и несобранный, с шейным бантом, завязанным неумелой мальчишеской рукой. Его камзол выглядел идеально наутюженным, а на грудь он нацепил сразу три бриллиантовые броши. Йовила едва удержалась от того, чтобы фыркнуть – почему-то раньше ей казалось, что такая нехватка вкуса может быть только у выходцев из низов, тех, что только-то разбогатели и пытались всем вокруг доказать свой статус.
- Я приказал повару подать печеную картошку. Слышал, такое едят там, откуда ты родом.
Йовила с удивлением уставилась на него, а потом на картошку, что в блюде стояла перед ними. Выглядела она вполне обыкновенно. Вот только принц вовсе не пытался ей угодить.
- Спасибо, Ваше Высочество, - ответила она сдержанно. - Это блюдо напоминает мне о том, как было здорово спать в соломе и доить корову дома…
Лицо Йовилы оставалось каменным, и если бы она была чуть наглее, то пустила бы слезу. Принц смотрел на нее, что баран на новые ворота и несколько мгновений пытался понять, Йовила над ним смеется или нет, поэтому она добавила еще немного драматизма в складку между бровями.
В конце концов принц расслабился и самодовольно улыбнулся, откидываясь на спинку кресла.
- Ну, чего еще можно ожидать от семьи фон Литтен. Даже не слышал о ней никогда…
Принц пожевал губу еще немного, разглядывая перстенек на пальце, а потом снова повернулся к ней.
- А, нет!.. Кажется, я вспомнил кое-что. Это же у тебя беглый брат, который отказался от тебя и семьи, да? Ох, бедный барон, кому он теперь передаст земли? Не дочке же? - принц покачал головой, прицокивая языком. - Надеюсь, у него есть хоть один бастард…
Эрик говорил, но Йовила знала, что это чужие слова. Она была уверена, что у шестнадцатилетнего принца должны быть на уме совсем другие вещи. Йовила сжала кулаки под столом. Да, Эрик был глуп, невежлив и просто неприятен, но то, что он говорил, было просто на грани. Он не мог не знать, что придворный колдун, стоящий у него прямо за спиной – это брат Йовилы. Просто не мог не знать. А сейчас намеренно унижал и его, и ее.
По меньшей мере, его обида чести семьи Йовилы и Яра прошла мимо, как стрела, выпущенная по мишени неумелой рукой. Йовила лучше других знала, что и отец, и мать ее не достойны никакого уважения.
- Да, Ваше Высочество, мой брат ушел из дома еще десять лет назад. У него теперь своя жизнь, – согласилась она, поглядывая на Яра исподлобья. Тот буравил спину принца тяжелым взглядом, но стоял тихо, как и Витан, который также не выглядел слишком довольным. – А насчет моего отца - он еще в добром здравии, благодарю вас за заботу.
Эрик только рассеянно посмотрел на нее, покачивая ногой.
- Ты, должно быть, поражена дворцом, да?
Йовила была рада этой смене темы, поэтому мелко закивала, добавляя во взгляд наивности. Крутить принцем было в разы проще, чем она могла ожидать даже в самых смелых мечтах – все же она серьезно переоценила его интеллект.
- Здесь невероятно. У меня даже есть своя перина на кровати! А вода, которая сама льется из крана? Это точно какие-то невероятные чары, я даже не представляла, что такое существует!
На конце своей пылкой речи Йовила запнулась. Она боялась, что с канализацией уже перешла черту, и что принц поймет, что она над ним насмехается. Впрочем, тот только посмотрел на нее свысока, как будто она была не его невестой, а самой настоящей лягушкой.
Йовила осмелилась бросить быстрый взгляд за плечо Эрика-там, где стояли Витан и Яр. Первый смотрел в сторону и даже не сдерживал улыбки, а брат стоял, расширив глаза, и всем своим видом пытался приказать ей прекратить эти глупости.
Но Йовила и в детстве не очень слушала своего брата.
Принесли напитки. Сама Йовила остановила служителя, когда он не наполнил ее бокал и до половины, а принц долил себе впоследствии до края сам, приказав оставить бутылку. Йовила была убеждена, что подросток и алкоголь было далеко не лучшей парой, но рядом не было никого, кто бы остановил Эрика, а сама Йовила также не собиралась в это влезать.
Какое-то время они ели молча. Пусть принц и хотел ее унизить крестьянской картошкой, наслаждалась она невероятно; как и овощами, и тропическими фруктами, и всеми остальными блюдами, которые одно за другим подносили к столу. Если бы Йовила не сидела на одной овсянке и жидком супе весь предыдущий месяц, она бы не набрасывалась так на еду, но удержаться было невмоготу. А принц только смотрел на нее и убеждался, что перед ним сидит невежественная крестьянка. Все, как Йовила и планировала.
Через еще два бокала принц наконец заговорил, откашлявшись:
- Так что ты, только и мечтаешь, чтобы все это стало твоим? - он обвел нетвердой рукой беседку, свою стражу и, вероятно, весь дворец вокруг. - Я знаю, чего вы все здесь собрались. Все вы хотите только получить богатство и власть, да? Ты мечтаешь о золоте и бриллиантах?
Принц пьяно посмотрел не нее, ожидая ответа. Йовила неуверенно кивнула, не зная, что сказать. Откровенно говоря, золото и бриллианты могли решить почти все ее проблемы.
– Я мог бы тебе это дать, - принц улыбнулся ей, но улыбка эта вовсе не была приятной. - Я мог бы, мог бы... вот только не даром. Придется тебе постараться.
Йовила подняла брови в непонимании – они все тут старались, конкурсы разные проходили, буквально соревновались за его внимание. А потом, всего через мгновение, она почувствовала, что нога принца в дорогом сапоге касается ее икры и прямо под юбкой поднимается до колена. От шока она в первое мгновение даже не шевельнулась, и только потом резко отшатнулась, вставая из-за стола и сжимая кулаки.
Смеяться над Эриком было весело. В конце концов, он был даже не молодым, а маленьким, и немало из его глупых, невежливых поступков можно было списать на его возраст, на то, что он был единственным королевским ребенком и просто не знал лучшего. Но была граница, которую не должен был переходить даже сын правительницы, и Эрик эту границу перешел, даже не задумавшись на мгновение.
- Вернись, - лениво приказал принц, подавая какой-то знак. Знак не ей, Йовиле, а громиле с алебардой неподалеку от нее. Йовила в шоке смотрела на Эрика, словно впервые его видела, а тот улыбался удовлетворенно и глазами подавал охраннику знак, чтобы тот вернул Йовилу на место. - Я еще не закончил.
Такого поворота событий она не ожидала. Голым плечом она почувствовала холодную сталь от рукавицы охранника, и он мягко, но бескомпромиссно подвел ее к столу. На ее плечо надавили, но ноги у Йовилы стали как деревянные, и она не могла бы их согнуть, даже если бы хотела. Так это что, она должна была сесть рядом с Эриком, и дать ему делать все, что тому заблагорассудится, и никто даже слова не скажет?
Но не успела Йовила начать выискивать взглядом Яра и Витана, как оба появились за плечами принца, и по меньшей мере выражение их лиц не сулило Эрику ничего хорошего.
- Ваше высочество, - начал Яр громовым голосом, и его тяжелая ладонь также оказалась у принца на плече. - Уже темнеет. Думаю, вам пора возвращаться во дворец.
- Нет! - Эрик взмахнул его рукой и сжал обеими ладонями подлокотники кресла. - Я сказал, никто и никуда не уходит. А ты, - он бросил свирепый взгляд на Йовилу. - Немедленно возвращайся на место!
Охранник, поняв, что принц не шутит, уже обеими руками надавил на плечи Йовилы, и та против воли упала в кресло. В таких ситуациях ей раньше быть не приходилось. Если бы Эрик позволил бы себе еще что-то неприличное, она бы его ударила, в этом она не сомневалась. А вот что произошло бы дальше, где одна Йовила должна была бы противостоять двум десяткам охранников, она даже не хотела представлять. Все свои надежды она возлагала на Яра и Витана, хотя и не стала бы такого делать в любом другом случае.
- Остановись, племянник, - теперь звучал голос Витана. Такого ледяного тона ей слышать еще никогда не приходилось. - Тебе пора отдохнуть. В своих покоях. А завтра мы вместе встретимся с Ее Величеством.
Вот эта угроза, казалось, подействовала. В глазах Эрика Йовила всего на мгновение заметила неуверенность, или даже страх, но потом он тряхнул плечом и встал с кресла, поворачиваясь к артефактору.
- Ты мне не указ! И тут приказываю я!
- Конечно, Ваше Высочество, - голос Витана стал медовым, но Йовила чувствовала в нем яд. - Вы вольны делать все, что вам заблагорассудится. Но также вы вольны пожинать последствия за эти действия. И это я вам обещаю организовать.
Всего на мгновение он выдержал паузу, за которую лицо принца побледнело, как полотно, словно он точно знал, о чем говорил Витан.
– А теперь - в свои покои. Быстро! И чтобы мои люди не видели тебя за их пределами до обеда. Я с королевой сам тебя проведаю. Разделим трапезу.
Какая бы там трапеза ни должна была состояться, Йовила бы отдала свою руку, чтобы не быть не ней. Эрик почти открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом закрыл его и отвернулся, собираясь уходить.
Йовила уже выдохнула с облегчением, несмотря на то, что рука часового все еще за плечо держала ее в кресле, она почувствовала, что все это наконец закончилось. Принц прошел мимо нее и вдруг в совсем уж детском, мелочном жесте опрокинул на нее бокал с остатками вина.
После этого Эрик ускорил шаг, словно ни в чем не бывало, и совсем скоро скрылся за кустами. Его охранники почему-то остались на месте. На лифе платья начало растекаться неприятное пятно, которое ей, вероятно, уже никогда не удастся вывести.
Именно в этот момент подул ветер, и она вздрогнула, а потом сама не поняла, от чего: то ли от холода, пробиравшего до костей, то ли от всего, что только что случилось. Как только принц скрылся за поворотом, к ней приблизился Яр. От одного его пламенного взгляда часовой, который все никак не мог отпустить ее плечо, наконец вспомнил о своих делах и отошел.
- Все вон! - прикрикнул Яр, и служители и часовые бросились во все стороны. Впрочем, колдуны и артефакторы, которых оказалось всего шесть, остались стоять. - Вас это тоже касается, бегом в институт! Поговорим завтра, а пока-никому ни слова.
Трое колдунов помахали Яру и ушли куда-то в сторону, противоположную от дворца, а артефакторы последовали за ними только после молчаливого кивка Витана.
- Ты в порядке? - спросил у нее Яр, как раз когда Йовила пыталась отлепить мокрый и пропитанный вином лиф платья от кожи. Йовила замешкалась с ответом; она сама толком еще не понимала, в порядке ли она.
Конечно, с ней случались вещи и пострашнее и неприятнее, но еще никогда она не чувствовала себя такой загнанной в угол и лишенной всякого выбора и власти.
Яр впопыхах взмахнул рукой, и пятно на платье прямо под ее удивленным взглядом начало словно испаряться в воздух. Она все никак не могла привыкнуть к таким чарам, пусть и провела в соседстве с ними немалую часть своей жизни.
– …нормально. Жить точно буду. Но я бы этого Эрика!
Йовила неопределенно взмахнула кулаком, рассекая воздух, и от этого ей немного полегчало. Все, чего она сейчас хотела – это оказаться в редакции "Леди в розовом”, где в уголке обеденной комнаты стояло мягкое чучело, на которое они изредка примеряли разную одежду, но гораздо чаще просто колошматили руками и ногами.
Сейчас бы Иовила могла стереть его в пыль.
- Понимаю. Я и подумать не мог, что он такое сделает... хотя, возможно, и стоило бы – в последнее время он совсем отбился от рук. - Яр покачал головой и помог ей встать на ноги. Колени у Йовилы дрожали, уже не от страха, а от злости.
Витан стоял рядом молча, но взгляд от Йовилы не отрывал. Тяжелый, задумчивый и как будто даже злой. Йовила уже подозревала, о чем тот думал, и это ей совсем не нравилось.
- Думаю, мне пора возвращаться в общежитие. Уже стемнело ..., - пробормотала она, нарочно оглядываясь между затененных тропинок. Она прекрасно помнила, откуда пришла, но это знать другим совершенно не нужно. - Только вот заблудиться по такой темноте боюсь. Витан, не мог бы ты?..
Артефактор кивнул, но словно даже не слышал, о чем она говорила. Яр медленно перевел взгляд с него на Йовилу, поднял на нее брови, а потом махнул рукой. После всех этих манипуляций он поспешно попрощался и последовал за своими аспирантами.
Какое-то мгновение Йовила с Витаном стояли молча. Она разглядывала его лицо, которое снова, словно чешуя змеи, менялось в лунном сиянии, а тот смотрел себе под ноги и даже глаз не поднимал.
- Привет, - позвала Йовила, ступая вперед. Ничего не изменилось. Она постояла мгновение, а потом робко протянула руку вперед и коснулась чужих пальцев. - Прекрати об этом думать. Все же нормально.
Йовила была готова встретить яркий ледяной взгляд, но все-таки ей на мгновение перехватило дыхание, но она не отняла руки, а только сжала чужую ладонь сильнее.
- Да нет. Не нормально. Принц вел себя недостойно, но это я был тем, кто подписал тебя на это свидание. Ты же поняла, да?
Йовила кивнула. Конечно, догадаться было проще простого.
- Ты не мог знать. К тому же это не твоя вина, а Эрика. А теперь давай забудем об этом и немного прогуляемся. Ты же не спешишь? - Йовила задала вопрос таким тоном, что даже если бы у артефактора и были какие-то неотложные дела, он бы должен был их немедленно отложить.
– Ничуть не бывало. Пойдем.
Они двинулись вперед, и Йовила словно случайно забыла отпустить руку Витана и держала ее, ожидая, что он сам заберет ее в любой момент. Но он этого не делал.
– У меня есть вопрос, - начала Йовила, рассматривая профиль Витана. Мигание артефакта становилось все сильнее, и это начинало на самом деле раздражать глаза. Витан бросил на нее быстрый взгляд и чуть склонил голову, ожидая. - Что случилось с твоим артефактом?
- Каким? - удивленно спросил он.
Йовила указала на чужое лицо.
- Тем, что скрывает твою внешность. Он то слетает, то становится на место, у меня уже голова скоро заболит. Ты не мог бы его снять, хотя бы ненадолго?
Витан расширил глаза и посмотрел на нее так, словно впервые увидел.
- О чем ты говоришь? Нет, артефакт точно работает как следует ... да и вообще, как ты о нем узнала?
Йовила задумалась. Она уже и не могла вспомнить, когда впервые заметила, что с внешностью Витана что-то неладно. Может быть, еще тогда, на первом балу? Она не была уверена.
–...не помню. Мне как будто все время казалось, что с тобой что-то не так. Как будто ты намеренно старался быть неприметным, но это у тебя всегда получалось скверно, – Йовила припомнила Витанов командный голос, то, как он умел говорить на публику и то, как приковывал к себе все взгляды даже тогда, когда выглядел откровенно посредственно, и улыбнулась. - Я сразу тебя заметила.
- Я помню, - Витан тоже растянул губы в улыбке. - Вероятно, в этом все дело. Артефакт начал давать на тебе сбои, потому что ты слишком хорошо смотрела. Такое бывает; в конце концов, он не меняет мою внешность, а просто заставляет людей... как будто не обращать внимания.
Йовила кивнула. Она хотела спросить о том, зачем Витан вообще его создал, но не успела: он заговорил первым.
– То, что было сегодня... , - он мягко сжал пальцами её ладонь. - Я знаю, это не очень уместный вопрос. Так ты тоже не общаешься со своей семьей? Живешь совсем одна?
- Что тебя так удивляет? В конце концов, мне двадцать три, я стала взрослой уже давно. Но с родителями – да. Поверь, они вовсе не те люди, с которыми хочется обмениваться письмами и ходить в гости на день жатвы.
- Извини ... Яр как-то говорил о них, совсем немного, но хватило, чтобы понять, что за детство у вас было.
- А у тебя было не так? - с интересом спросила Йовила. Она действительно хотела знать о Витане больше; но отчасти просто хотела положить конец теме о ее родителях.
Тем временем они миновали край озера и двинулись дальше – снова в чащу рощи. Половину времени в течение последнего месяца Йовили казалось, что она живет в лесу. Луна за их спинами почти исчезла, когда мелькание перед глазами Йовилы наконец прекратилось – артефакт не устоял и сдался, отступил, и перед Йовилой наконец открылось настоящее, скрытое только ночными тенями лицо Витана.
А оно было симпатичное, она бы даже сказала – красивое. Только серые глаза остались такими же, как и раньше – бледными, почти белыми – но теперь они словно смотрели ей прямо в душу.
- Нет, у меня все было действительно замечательно. Я жил с отцом и матерью здесь, в Сентре. Несколько лет назад мама умерла, и тогда мой отец переехал в деревню – там действительно милый дом. Я приезжаю к нему каждую осень по крайней мере на месяц, а он иногда навещает меня во дворце. Но у меня нет братьев или сестер, – с легкой улыбкой сказал он. Витан рассказывал о своем детстве беззаботно, как человек, знавший только любовь и ласку от родителей. Йовила подавила внутри тонкий, но едкий росток зависти.