— Саш, мы же опоздаем.
— Да куда мы опоздаем. До свадьбы ещё три часа.
— Вы просто обязаны увидеть подарок отца.
— Что, правда такая крутая тачка.
Егор рассмеялся.
— Слово крутая вообще не передаёт, какая она на самом деле.
— Тогда поехали, прокатимся.
— Ладно, чёрт с тобой, — тяжело выдохнул Егор. — От тебя ведь не отвяжешься.
Он прекрасно знал характер Сашки.
Да и сидеть без дела целых три часа было мучительно.
Егор уже проснулся, собрался и в целом был готов к любому движу.
Ему хотелось вина, шума и лёгкого безумия.
Но приходилось держаться трезвым.
Отец голову отвернёт, если учует спиртное раньше, чем гости усядутся за стол.
Отец Егора был крупным бизнесменом.
Впрочем, как и отец Сашки.
Сегодня женился их друг Ромка.
Его отец был банкиром.
И сам Ромка уже тоже числился банкиром.
Правда, не по собственной воле.
Если бы Ромке дали выбор, он бы и дальше болтался с ними.
Он бы прожигал жизнь, как раньше, без расписаний и отчётов.
Но у Егора и Сашки отцы лишь грозились перекрыть деньги, если сыновья не возьмутся за ум.
А Ромкин отец однажды просто сделал это.
Он в один день заблокировал карты.
И всё.
Получалось, что друга они уже почти потеряли.
А сегодняшняя свадьба была похожа на странные похороны.
Похороны их крепкой, шумной и далеко не всегда трезвой дружбы.
Ромка за полгода жизни под отцовским колпаком несколько раз вырывался к ним.
Но это был уже не тот Ромка, которого они знали.
Он стал другим.
Тише.
Собраннее.
Как будто его завели и закрутили, как механизм.
Не прийти на торжество они не могли.
Причин было две.
Во-первых, отцы всех троих были крепко завязаны в одном бизнесе.
Во-вторых, даже если Ромка как друг почти исчез, он всё равно оставался другом.
Долгое время.
Своим.
Невесту они не видели ни разу.
Знали только, что она не из их города.
И если честно, смотреть на неё особо не хотелось.
Она окончательно забирала последнюю надежду, что Ромка вернётся в их компанию прежним.
Егор надел костюм заранее.
Он не хотел потом заезжать домой и переодеваться.
Пусть лучше будет всё готово, чтобы не терять время.
Он вышел из комнаты и сразу наткнулся на отцовский взгляд.
Отец сидел за столом с газетой в руках и пил кофе.
Взгляд был строгий.
— Куда намылился. Вроде рано ещё.
Егор усмехнулся.
— Пап, ты сейчас спросил так, будто мне шестнадцать. И ты боишься, что у тебя появится внук где-нибудь на стороне.
Отец не выдержал и улыбнулся.
— А о внуках вообще-то уже можно и подумать. Тебе двадцать шесть, а постоянной девушки нет.
Егор поднял палец вверх, будто ловил важную мысль.
— Постоянной нет. Постоянной, пап. Это не значит, что со мной что-то не так.
Отец хмыкнул.
— А пора бы уже уметь эту самую постоянную заводить.
Егор уже почувствовал, как отец собирается завести любимую песню про то, каким он был в Егора годы.
Но ему повезло.
На кухню вошла мама.
— Илья, ну что ты пристал к нему. Мальчик спешит куда-то. А ты снова нотации читаешь.
Илья Андреевич даже поперхнулся.
— Мальчик. Грудничок, — пробормотал он и тут же прищурился на Егора. — Кстати, ты так и не ответил. Куда собрался.
Егор быстро воспользовался спасением.
— Пап, пап. Сашке отец машину купил. Саня говорит, это не машина, а песня. Мы чуть-чуть прокатимся. И будем вовремя.
Отец отложил газету и посмотрел так, будто примерял, сколько бед может случиться за три часа.
— Смотри у меня. Чтобы потом мне за тебя не приходилось краснеть.
Егор почти по-детски козырнул.
— Есть, мой генерал.
Отец махнул рукой.
— Иди уже, клоун.
Егор вылетел из дома так быстро, как будто отец мог передумать в следующую секунду.
Если Илья Андреевич вспомнит ещё что-нибудь, будет ещё полчаса мозговыносительства.
А Егор сегодня не хотел спорить ни с кем, кроме пробок.
Сашка уже ждал у ворот.
Когда Егор увидел машину, он даже остановился.
— Ничего себе аппарат.
Сашка сиял, как ребёнок, которому наконец разрешили всё.
— А то.
Он погладил капот взглядом, как будто это был живой зверь.
— Эх, жалко, Ромка не видит. Оценил бы, что теряет. Это ж надо было выбрать нить бу и работу.
Егор фыркнул.
— Не суди его так строго. Неизвестно, как бы мы себя вели, если бы нам тоже кислород перекрыли.
Сашка вздохнул и чуть сбавил радость.
— Тут ты прав, друг. С этой стороны ему не позавидуешь.
Потом он снова оживился.
— Ничего. Как только семейная жизнь ему надоест, он снова начнёт появляться у нас.
Они рассмеялись.
Они буквально запрыгнули в салон.
Запрыгнули, потому что машина была кабриолетом, низкой и дерзкой.
Дорога потянулась назад, как лента.
Мотор урчал тихо, но зло, по-взрослому.
Сашка ликовал.
Егор завидовал ему так, что даже не стеснялся этой зависти.
У Егора машина тоже была неплохая.
Грех жаловаться.
Но до этой ему было далеко.
Они вылетели за город.
Сашка, перекрикивая ветер, заорал:
— Ну что. Посмотрим, на что это сокровище способно.
Егор только кивнул.
Он не хотел даже говорить, чтобы не спугнуть этот момент.
Они отмахали километров семьдесят от города.
И самое дикое было в том, что прошло всего минут пятнадцать.
Время как будто сжалось.
Они остановились на небольшом пятачке у дороги.
Хотели перекурить и обсудить, что делать дальше.
Как только вышли из машины, заметили девушку.
Оказалось, эта площадка была для деревенских чем-то вроде маленького рынка.
Судя по всему, все уже разошлись.
Полукругом стояли пустые пластиковые ящики.
И только одна продавщица, самая упорная, ещё оставалась на месте.
Сашка подмигнул Егору и пошёл к ней, как на сцену.
— Добрый день. Здравствуйте.
Девушка поднялась навстречу.
Она улыбнулась.
Егор на секунду буквально споткнулся взглядом.
У неё была такая улыбка, что воздух становился легче.
Зубы казались ненастоящими.
Слишком белыми, как в рекламе.
Сашка продолжил, делая вид, что он очень важный клиент.
— А чем вы таким, девушка, торгуете.
Она спокойно пожала плечами.
— Молоко. Сметана. Творог. Масло.
Сашка не дал ей договорить.
— И ничего не портится на такой жаре.
Девушка улыбнулась ещё раз.
— Нет, конечно. Мы же не в каменном веке живём. У меня переносной холодильник. Как пластины растают, пойду домой.
Она сказала это ровно, без обиды, будто объясняла очевидное.
Потом добавила, словно заранее оправдываясь:
— Не переживайте. Ничем не отравитесь. Всё качественное.
Сашка расхохотался слишком громко.
— Егор, ты только посмотри. Какая-то доярка из задриппинска знает такие слова, как холодильник и качественное.
Егор криво ухмыльнулся.
Ему не хотелось смеяться.
Ему хотелось спросить у неё имя.
Ему хотелось узнать, что она делает вечером.
Но Сашку уже понесло.
Егор слышал, как Сашка несёт какую-то липкую ахинею.
Он говорил, чьё же молоко она на самом деле продаёт.
Он отпускал намёки, от которых становилось неловко даже стоять рядом.
И с каждым словом огромные синие глаза девушки наполнялись слезами.
Она дрогнула голосом.
— Зачем вы так. Я же ничего плохого вам не сделала.
Сашка резко осёкся.
Он посмотрел на Егора, будто впервые заметил, что тот рядом.
И коротко скомандовал:
— Всё. Возвращаемся.
Сашка зашагал к машине впереди.
А Егор подскочил к девушке.
Он сунул ей в ладонь несколько купюр и быстро сказал:
— Считайте, что я у вас всё купил. Идите домой.
Девушка растерянно улыбнулась.
Глаза прищурились, а слезинки, которые она изо всех сил прятала, всё равно скользнули по щекам.
У Егора защемило сердце.
Так резко, будто ударили.
Он развернулся и бросился догонять друга.
Обратная дорога прошла в тишине.
Город показался впереди, как спасение и как наказание одновременно.
Перед въездом зазвонил телефон.
Это был Ромка.
— Ну вы где. Забыли, что ли, что вы со мной за невестой едете.
Сашка хлопнул себя по лбу.
Они и правда вылетели из головы.
Он бодро ответил в трубку:
— Да мы уже рядом. Сейчас будем.
Сашка прибавил газу и понёсся, ловко обходя машины.
У Загса Ромка выглядел как настоящий банкир.
Даже смотреть на него было непривычно.
Сашка хлопнул друга по спине.
— Ой, да на тебя смотреть больно. Так сияешь, что глаза режет.
Ромка улыбнулся.
— Ладно, хорош. Поехали.
Сашка кивнул на направление.
— А куда мчим.
Ромка показал рукой вперёд, и они подъехали к огромному белому лимузину.
Сашка присвистнул.
— Ничего себе. А мы доедем на этом корабле.
Ромка коротко усмехнулся, и по дороге он начал рассказывать про невесту.
— Её зовут Инна. Она приехала к нам работать. Родители живут за границей. Сегодня прилетели приёмные родители, как раз на свадьбу. Так что, пожалуйста, будьте вежливы.
Сашка приподнял брови.
— Приёмные. Ничего себе. А вдруг она из рода…
Ромка так посмотрел на него, что Сашка мгновенно замахал руками.
— Всё, всё. Молчу. Ни слова.
Подружки невесты устроили им целый квест.
Испытания были шумные, глуповатые и весёлые.
Подружки, кстати, оказались очень даже хорошенькими.
Наконец их пустили в дом.
Ромка первым делом обнял невесту.
А Егор и Сашка с интересом начали рассматривать, какая же девушка украла сердце их друга.
Ромка повернулся к ним.
— Настя, знакомься. Это мои два друга-оболтуса. Они тоже когда-нибудь встанут на путь исправления.
Настя улыбнулась им.
Егор почувствовал, как внутри всё холодеет.
Сашка тоже напрягся.
Они переглянулись, и Сашка заговорил первым.
— А вы откуда здесь. Вы же час назад были там.
Егор добавил, не отрывая взгляда от Насти:
— Вы физически не могли сюда добраться. И ещё успеть всё это… — он махнул рукой, показывая причёску и сборы.
Ромка нахмурился.
— Что вы несёте. Выпили уже по дороге.
Сашка мотнул головой.
— Лучше бы выпили. Потому что это уже какая-то чертовщина.
Он вдохнул и выпалил:
— Мы на трассе катались. Машину опробовали. Там девушка молоком торговала. И это была Настя.
Ромка не успел ответить.
Егор вмешался сразу, жёстко:
— Ты можешь ругаться сколько угодно, но это правда. Я даже деньги ей дал.
Настя резко побледнела.
Она схватила Рому за руку.
— Рома. Рома, это она. Я уверена.
Ромка смотрел то на Настю, то на друзей, как на людей, которые одновременно сошли с ума.
Потом он сказал медленно, но так, что в комнате стало тихо.
— Саш. Говоришь, твоя машина бегает как пуля.
Сашка кивнул, не понимая.
— Тогда берёшь лимузин. И едешь за ней. Роспись через два с половиной часа. Мы должны вернуться. Понял.
— Понял. Не переживай.
Сашка исчез почти сразу.
А Егор поймал себя на мысли, что впервые видит Ромку таким серьёзным.
Как будто банкир внутри него окончательно проснулся и взял управление.
Через несколько минут они уже садились в машину.
К ним подбежала женщина и спросила тревожно:
— Настя, ты куда.
Егор сразу понял.
Это и есть её мама.
Настя обняла женщину.
— Мамочка, мы нашли её. Понимаешь, нашли. Мы успеем до росписи. Это недалеко.
Сашка поднял руку, будто клялся.
— Мы аккуратно. Чтобы внешний вид невесты не испортить.
И они рванули из города.
Добрались быстро.
Но на том месте у дороги девушки уже не было.
Сашка бросил коротко:
— Не переживай. Сейчас спросим.
Они влетели в деревню.
Остановились возле какого-то мужика.
Сашка наклонился к окну и спросил:
— Скажите, где она живёт.
Мужик посмотрел на Настю, поднял брови и удивлённо протянул:
— Маринка. Ты что, замуж собралась.
Сашка повторил вопрос, уже жёстче.
Мужик, всё ещё ничего не понимая, указал рукой на дом.
По дороге Настя рассказала то, от чего у Егора по спине пробежал холод.
Она говорила тихо, но каждое слово было тяжёлым.
— С пяти лет ко мне во сне приходит сестра. Она всё время плачет. Она говорит, что я не могу её найти.
Она сглотнула.
— Все думали, что это ерунда. Меня водили к психологам. Но девочка из сна не исчезала.
Настя посмотрела в окно.
— Я специально приехала работать сюда. Потому что когда-то здесь был детский дом. Его расформировали много лет назад.
Они остановились у нужного дома.
Вышли и пошли к калитке.
Ромка держал Настю за руку так крепко, будто боялся, что она сейчас рассыплется.
Сашка и Егор шли по сторонам.
Как охрана.
Как стена.
Стучать они не стали.
Они просто вошли во двор и поздоровались.
В доме за столом сидела девушка.
Она поднялась.
А с дивана встала женщина.
У женщины не было одной руки.
И едва она увидела Настю, она рухнула на колени.
— Нашлась. Прости меня, доченька. Я не смогла бы вас двоих поднять. Видишь.
Девушка у стола смотрела то на Настю, то на мать.
Потом, будто не веря своим словам, прошептала:
— Так значит, это ты ко мне во сне приходила.
Настя едва держалась на ногах.
Ромка соображал быстрее всех.
Он резко взял ситуацию в руки:
— Так. Разбираться будем потом. Сейчас собирайтесь и поехали с нами. У нас свадьба сегодня.
Женщина покачала головой.
— Нет. Простите. Не могу. Не могу так сразу перешагнуть через всё это.
Она повернулась к девушке.
— А ты, Мариночка, езжай. Если хочешь, езжай. Мы потом поговорим.
Марина отрицательно качнула головой.
— Я одна не поеду.
Ромка нетерпеливо взглянул на часы.
Настя вдруг опустилась на стул, как будто силы закончились.
— Значит, и я никуда не поеду. Будем тут сидеть.
Но уже через десять минут они неслись в сторону города.
Современные машины, к счастью, выдерживают не только скорость.
В салоне было тесно, но никто не жаловался.
Настя и Марина тихонько переговаривались, будто боялись спугнуть реальность.
Женщина сидела бледная и молчала.
Её взгляд был где-то внутри неё.
Когда они остановились у Загса, к машине бросились сразу несколько людей.
Это были и родители Ромки, и родители Насти.
Те самые приёмные, которые прилетели из-за границы.
Настя и Марина вышли одновременно.
Взрослые застыли, словно увидели невозможное.
Настя сказала спокойно, но твёрдо:
— Сейчас мы поженимся. А всё остальное потом.
Она повернулась к женщине рядом с собой.
— Мама, это моя мама. Я уверена, что она сделала всё это ради меня.
Сашка выдохнул и пробормотал, не скрывая восхищения:
— Ромка, завидую тебе белой завистью. Такая жена — это счастье.
Свадьба потом пела и плясала.
Музыка гремела.
Гости смеялись.
Столы ломились.
А родители, причём все сразу, сидели кружком и слушали рассказ Натальи.
Так звали мать Марины и Насти.
Наталья говорила, сжимая пальцы так, будто держалась за воздух.
— Мы с мужем возвращались из города. Мы ездили за вещами для новорождённых. Девочки должны были родиться через месяц.
Она опустила взгляд.
— Я даже не поняла, откуда на нас вылетела машина. Муж погиб на месте. Меня вытаскивали как могли.
Она тяжело вдохнула.
— Мне сделали кесарево. Но руки я лишилась. И спина с тех пор больная.
Она на секунду замолчала, словно пересиливала себя.
— Доктор сказал, что одна девочка отделалась легко. А второй досталось. Он предложил мне отказаться от обеих. Или забрать здоровую. Потому что вторая, если выживет, ходить, скорее всего, не сможет.
Наталья вытерла слёзы.
— Там была нянечка. Добрая, пожилая. Она помогала мне. Она и сказала, что здоровых детей забирают сразу. А с больными возиться никто не хочет.
Она подняла глаза.
— Решение пришло быстро. Я заберу Марину. А Настенька здоровая. Её удочерят.
Она горько улыбнулась.
— Двоих с одной рукой и без мужа я бы не подняла. Я бы обрекла нас всех на муки.
Наталья всхлипнула.
— Я знала, что Настю забрали. Не прошло и полгода. И я пообещала себе, что Марина никогда не узнает правду. Простите меня, если сможете.
Она судорожно вдохнула.
— Марину я подняла. В пять лет она только первые шаги сделала. И вот тогда я впервые подумала, что, наверное, смогла бы. Смогла бы и двоих.
Наталья заплакала.
Ромкина мать первой обняла её.
Потом мать Насти.
Потом обе дочери подошли с двух сторон.
Настя сказала тихо:
— Мы прощаем тебя. У меня было прекрасное детство и самые хорошие родители.
Марина добавила твёрдо:
— А кроме тебя меня бы никто на ноги не поставил.
Наталья зарыдала уже вслух, не сдерживаясь.
Егор и Сашка тоже подошли ближе.
Когда рассказ закончился, Егор вдруг повернулся к Сашке и сказал как о решённом:
— Женюсь.
Сашка удивлённо вскинул брови.
— На ком.
Егор даже не моргнул.
— На Марине.
Сашка фыркнул.
— Не, не, друг. На Марине я буду жениться.
Они уже почти сцепились, как два упрямых быка, пока Марина не подняла ладонь.
— А можно я сама буду решать, за кого замуж пойду.
Оба синхронно кивнули.
Марина посмотрела на них внимательно и продолжила, с улыбкой:
— Пока в списке предполагаемых женихов вас двоих точно нет.
Настя рассмеялась первой.
За ней Роман.
Потом уже хохотали все.
И парни.
И родители.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: