Утром к Вере пришли те, кому нужно «поправить здоровье» после вчерашнего, пришли соседки и подружки, чтобы помочь убрать и приготовить для новых гостей. Впрочем, пришло немного, поэтому лапши сварили одну кастрюлю, и после обеда уже никого не было. В доме убрали, поставили мебель по местам, еще раз поздравили молодых и разошлись. Вера слегка загрустила. Саша, заметив это, встревожился:
- Верочка, что с тобой? Тебя кто-то обидел?
- Нет, Саша, никто меня не обидел. Просто я представила, что скоро в этом доме будет другой хозяин.
- Да, Верочка, здесь будут жить другие люди, а мы с тобой – в квартире в городе. Тебе понравится!
- Ко мне уже подходила Люба Копанева, соседка. Ее племянница вышла замуж, со свекрухой жить не хочет, собираются отойти от родителей. Завтра придут смотреть.
Саша обнял жену:
- Ты не расстраивайся! Я тебе обещаю, что в нашей квартире будет не хуже, чем в твоем доме.
- Я родилась здесь, мама говорила, что в этой комнате. Пока фельдшерица пришла, я уже кричала вовсю, - грустно сказала Вера. – А вот тут стоял стол, где я уроки учила. Мама ставила керосиновую лампу, и я сидела, писала, читала...
Она подошла к фотографии родителей на стене.
- Ну вот, мама, папа, уезжаю я отсюда. Простите меня, бросаю я наш дом, но вас я заберу с собой.
Она провела рукой по фотографии, вздохнула. Потом вскинула голову:
- Нужно собираться! А у меня нету чемодана, Саша! Не в узлы ж собирать свое!
- Ну, во-первых, мы не будем брать все, а только самое необходимое, без чего не обойтись. Собирай личные вещи, но старое не бери – мы купим там все, что тебе будет нужно. Обязательно возьми фотографии, а все остальное оставь здесь, может, новым хозяевам пригодится. А чемодан нужно съездить в район и купить.
Вера посмотрела, что осталось от свадьбы – готовить ли обед – и принялась выкладывать из сундука вещи, раскладывая в кучки: что нужно, а что нет.
А Маша с Виктором готовились к своей свадьбе. Вернее, готовились их родители, Пелагея. Она заказала Нюрке, продавщице, пять метров красивой клеенки, чтоб накрыть столы, договорилась с Дуськой, Ниной, Раисой, что возьмет у них посуду для стола: тарелки, рюмки, миски, ложки, вилки.
- Надо, чтоб все было красиво, по-городскому! – говорила она.
- А ты откуда знаешь, как это – по-городскому? – улыбался Андрей.
- Знаю! – убедительно говорила Пелагея. – Ой, чуть не забыла: нужно ж заказать цветы для гостей и булавок купить, чтоб прикалывать эти цветы! Сбегаю сегодня к тетке Тоське на тот край! Андрюша, сколько гостей будет, ты не считал? Надо ж знать, сколько цветков заказывать.
Андрей с улыбкой смотрел на жену: ему нравилось, как она принялась хлопотать по этой свадьбе, будто это ее дочка выходит замуж. Он готовил свой «Москвич» для того, чтобы отвезти молодых в сельсовет, а потом в клуб. С начала зимы машина стояла в гараже, но теперь Андрей решил вывести ее, тем более что подморозило, грязи стало меньше.
Вечером Пелагея принесла целую картонную коробку бумажных цветов, сделанных из гофрированной бумаги: розовых, красных, оранжевых.
- Представляешь, у нее были уже сделаны эти цветы. Она говорит, что знала, что я приду, поэтому заранее накрутила их и взяла недорого.
Пелагея была довольна, что она принимает такое участие в свадьбе Маши, больше, чем Анна Васильевна. А ведь это ее сын женится! Но Пелагея понимала: Анна Васильевна не знает здешних обычаев и порядков, не знает, где и что можно взять. Поэтому она просто помогает ей.
В субботу Маша с утра пришла к отцу, туда же пришла Татьяна, завпочтой, ее Маша попросила быть свидетельницей, а старшина Горбунов пришел к Виктору, чтобы быть его свидетелем. Вера осталась дома – она должна была прийти прямо в клуб.
Когда Маша оделась, Андрей посмотрел на нее, и вдруг в горле его защипало. Как она похожа на Ирину! Вот именно таким взглядом смотрела она на него, когда они собирались идти в ЗАГС... Как жаль, что мать не увидела Машу такой: красивой, счастливой.
Маша поняла, о чем подумал отец, подошла к нему, обняла и шепнула:
- Папочка, она всегда с нами, правда?
Андрей кивнул: правда!
Вера готовилась идти на свадьбу Маши и Саши, когда в дверь постучали. Она стояла у зеркала, поправляла прическу.
- Входите, открыто! – громко сказала она, не оглядываясь.
- Привет! – вдруг услышала она до боли в ушах знакомый голос и резко повернулась.
В комнате стоял Николай. Он был небрит, и это выглядело ужасно, потому что щетина клочками покрывала его лицо, и рубцы были видны еще сильнее. Вера от ужаса и страха замерла, не в силах пошевелиться. Хотела крикнуть «Саша!», но вспомнила, что он ушел к бабе Матрене, где жил Виктор.
- Не бойся, ничего я тебе не сделаю, - проговорил Николай, садясь за стол. – На свадьбу собираешься?
Вера кивнула. Николай сидел молча, Вера отметила, что он трезвый. Наконец он заговорил:
- А я ехал с Сашкой, смотрю – твой куда-то идет, значит, думаю, ты одна, вот и решил заглянуть.
Вера продолжала молчать. Ее сердце стучало так, что уши закладывало.
- Смотрю, твой во дворе прямо все поправил, настоящий хозяин. Говоришь, продаешь хату?
- Продаю, - выговорила Вера. – Племянница Любы Копаневой покупает, с мужем.
Николай опять замолчал. Потом встал, прошел по комнате, потрогал чемодан.
- Я чего пришел, - начал он уверенно, - ты это, не держи на меня зла. Не нужно было мне жениться на тебе. Да и ты тоже хороша: ты ж знала, что люблю Польку, чего ж шла за меня?
- Думала, что ты полюбишь, - тихо ответила Вера. – А я любила тебя.
- А потом бросила. А теперь этого любишь?
- Да, люблю, - с вызовом ответила Вера. – Очень люблю!
- Ну-ну. Как теперь твоя фамилия?
- Горбунова.
- Ладно, пошел я. Извиняться не буду – ты сама пришла ко мне, я не звал. А счастья тебе желаю.
Он повернулся и вышел из комнаты. Вера выдохнула, опустилась на стул. Она положила руки на стол и усмехнулась: они все еще дрожали. Ей даже стало жалко Николая: довел себя до такого состояния, как теперь жить будет?
Она глубоко вздохнула и стала опять собираться на свадьбу.
Когда Маша и Виктор со свидетелями вошли в клуб, их встретили аплодисментами, Анна Васильевна и Андрей подали им каравай на вышитом рушнике Молодые, как положено, отломили по кусочку, пригубили с солью, а Дуся, Раиса и Нина Иванькова, которые помогали готовить, накрывать столы, теперь запели под баян:
Как ходила Маша по крутой горе,
Увидела селезня на тихой воде.
Плыви, плыви, селезень, по воде,
Приведи миленочка ты ко мне!
Сидевшие за столами подхватили, проводили песней молодых за стол. Сначала за столом было спокойно, сдержанно, но через полчаса уже все пели и плясали, в кругу звучали такие частушки, что если бы их слышали ученики, то никогда не поверили бы, что это поют их учителя! Дуська, как обычно, заводила всех, а Нину, начинавшую своим прекрасным голосом любую песню, которых она знала много, поддерживали все.
Свадьба гудела почти до утра, Анна Васильевна не переставала удивляться и восхищаться тем, как здорово умеют праздновать в селе! Вера сидела, конечно, рядом с мужем, счастливыми глазами глядя на всех. О приходе Николая она решила Саше не говорить.