Лариса Петровна всегда считала себя женщиной исключительно терпеливой. Как говорила её покойная мама: «Терпение и труд всё перетрут, Ларочка». Правда, мама забыла уточнить, что именно перетрётся первым — проблемы или Ларочкины нервные клетки. К пятидесяти пяти годам Лариса Петровна начала подозревать, что второе.
Утро началось не с кофе, а с эсэмэски от банка. «Списание 15 000 руб. Ozon. Спасибо за покупку». Лариса нахмурилась, поправила очки и посмотрела на спящего мужа. Витя храпел так, будто пытался заглушить совесть, но карта была привязана к её телефону, а пользовался ей сыночка, Дениска.
«Ну, может, учебники какие, — успокаивала себя Лариса, шлепая на кухню ставить чайник. — Или, может, резину зимнюю купил. Хотя какая резина в июле?»
Денису было двадцать шесть. Возраст такой, когда пора бы уже самому наполнять холодильник, а не опустошать родительский. Но Дениска пока преуспел только в создании долга по кредитке и выборе невесты по имени Милана.
Милана была девушкой воздушной. Настолько воздушной, что земное притяжение на неё не действовало, особенно когда речь заходила о работе или уборке. Она «искала себя» в дизайне ногтей, потом в астрологии, а сейчас, кажется, переключилась на блогерство.
Звонок телефона прервал размышления о тщетности бытия и высокой стоимости гречки. Звонила сватья. Ну, как сватья — потенциальная. Мама Миланы, Ирина Витальевна, женщина плотная и громкая, как полковой оркестр.
— Ларисочка! Доброе утречко! — прогремело в трубке. — Ну что, поздравляю нас! Детки-то заявление подали!
Лариса чуть не уронила бутерброд с сыром «Российский», который по акции урвала вчера в «Пятерочке».
— Подали? — переспросила она, чувствуя, как внутри холодеет. Не от радости, нет. От предчувствия расходов. — А мне Денис ничего не сказал.
— Ой, ну что вы, молодежь! У них же любовь, гормоны, им не до нас! — захохотала Ирина Витальевна. — Слушай, мы тут с Миланочкой ресторан присмотрели. «Золотой Павлин». Шикарно, богато! Зеркала, лепнина!
— Ирина, подожди, — Лариса попыталась вставить слово. — Какой «Павлин»? У Дениса зарплата сорок тысяч, у Миланы… ну, у Миланы блог.
— Так мы же поможем! — радостно отрезала сватья. — Свадьба же раз в жизни! Надо, чтобы все как у людей. Чтобы не стыдно перед родней. У меня тетка из Сызрани приедет, троюродный брат из Тюмени… Человек шестьдесят наберется.
Лариса села на табуретку. Шестьдесят человек. В «Золотом Павлине». Это ж сколько надо смен отработать в бухгалтерии?
— Ир, мы сейчас не потянем, — честно сказала Лариса. — У нас ремонт на даче недоделан, крыша течет. Витя на лекарства много тратит.
— Ой, Лариса, вечно ты прибедняешься! — голос сватьи стал жестче. — Единственного сына женишь! Можно и кредит взять. Или заначку потрясти. В общем, смета такая: ресторан — триста тысяч, ведущий — полтинник, платье Миланочке — ну, тут мы скромно, за восемьдесят нашли… Итого полмиллиона. С вас — двести пятьдесят.
— Двести пятьдесят? — эхом отозвалась Лариса.
— Ну да, пополам же! Мы честные люди.
Лариса положила трубку и посмотрела в окно. Там, во дворе, дворник уныло мел асфальт, поднимая пыль. «Вот бы и мне так, — подумала она. — Взять метлу и вымести всё это из жизни».
Вечером состоялся семейный совет. Денис пришел с Миланой. Невеста сидела, уткнувшись в телефон, и лишь изредка томно вздыхала, поглядывая на свои свежесделанные когти цвета «бешеной фуксии».
— Мам, пап, — начал Денис, ковыряя вилкой котлету. — Мы решили пожениться.
— Слышали уже, — буркнул Виктор, не отрываясь от телевизора. — Ирина Витальевна уже доложила обстановку.
— Ну вот, — Денис замялся. — Короче, нам нужны деньги.
— Сынок, — Лариса налила себе чаю, стараясь, чтобы руки не дрожали. — А вы не хотите просто расписаться? Ну, посидим дома, шашлыки пожарим. Куда нам этот «Павлин»?
Милана оторвалась от телефона. Взгляд её был полон вселенской скорби.
— Лариса Петровна, вы хотите лишить меня мечты? Я с пяти лет мечтала быть принцессой. У меня даже рилс уже смонтирован под выход невесты. Что я подписчикам покажу? Шашлык на мангале? Это не эстетично.
— Эстетично — это жить по средствам, милочка, — не выдержала Лариса. — А кредит брать на салат «Оливье» за такие бешеные деньги — это глупость несусветная.
— Мама! — вскрикнул Денис. — Не начинай! Мы молодые, мы хотим праздника!
— Хотите — заработайте, — отрезал отец.
— Вы нас не любите! — всхлипнула Милана. — Моя мама готова последнее отдать, а вы… Вы только о деньгах и думаете!
Она выбежала из кухни. Денис бросил на родителей уничижительный взгляд и побежал за ней. Дверь хлопнула так, что с холодильника упал магнитик «Анапа-2010».
— Ну и ладно, — сказал Виктор. — Перебесятся.
Но они не перебесились. Неделю Денис не звонил. Лариса места себе не находила, пила валерьянку и перемывала и без того чистую посуду. Материнское сердце — штука такая, оно болит, даже когда ребенок ведет себя, мягко говоря, некрасиво.
Через неделю позвонила Ирина Витальевна.
— Лариса, ну что вы как неродные? Дети плачут, Миланочка на нервах, похудела на два килограмма! Мы тут подумали… Ладно, давайте так. Вы оплачиваете только ресторан. Сто пятьдесят тысяч. Остальное мы берем на себя. И ведущего, и фотографа.
Лариса вздохнула. Сто пятьдесят — это не двести пятьдесят. Заначка была. На «чёрный день». Видимо, свадьба сына и есть этот самый день.
— Ладно, Ира. Будет вам сто пятьдесят. Но это всё. Больше ни копейки.
— Золотой ты человек, Лариса! — пропела сватья. — Переводи мне на карту, я задаток внесу.
Лариса перевела. Скрепя сердце, под проклятия внутренней жабы, но перевела. Мир в семье дороже.
Подготовка к свадьбе шла полным ходом. Денис иногда звонил, спрашивал, как дела, но в основном разговор сводился к «Мам, скинь тыщу на бензин». Про детали торжества Лариса узнавала от сватьи, которая бомбардировала её фотографиями в мессенджере.
Лариса купила себе новое платье. Скромное, синее, чтобы скрывало то, что наела за годы стресса, и подчеркивало то, что осталось от былой красоты. Виктору достали старый костюм, проветрили от нафталина — сойдет.
За три дня до даты «Х» Лариса позвонила сыну.
— Дениска, а во сколько начало-то? Нам к ЗАГСу подъезжать или сразу в ресторан?
В трубке повисла тишина. Такая плотная, что её можно было резать ножом.
— Мам… — голос Дениса звучал странно. — Тут такое дело…
— Какое дело? — сердце ухнуло куда-то в район пяток. — Неужели Милана передумала?
— Нет, не передумала. Просто… Мы решили сделать молодежную свадьбу.
— Это как? — не поняла Лариса.
— Ну… Без родителей. Формат такой. «Только друзья». Чтобы раскованно было, без тостов этих скучных, без «Горько!». Мы с Миланой почитали — это сейчас тренд. Камерная вечеринка.
Лариса села. В голове шумело, как в старом радиоприемнике.
— Подожди, сынок. То есть, нас с папой не будет?
— Ну, вы же понимаете… Вы люди другого поколения, вам будет неинтересно. Там музыка клубная, конкурсы специфические. И мамы Иры тоже не будет, не переживай. Мы чисто своей компанией.
— А тетка из Сызрани? Брат из Тюмени? — тупо спросила Лариса.
— А, их мы отменили. Сэкономили, так сказать.
— Сэкономили… — повторила Лариса. — Денис, а мои сто пятьдесят тысяч? Они на что пошли?
— Мам, ну ты чего мелочишься? На ресторан и пошли. Там же депозит. Зато у нас будет лучший диджей города! И фотозона с живыми цветами! Мы вам потом фотки скинем, красивые!
Лариса молчала. Перед глазами стояла пелена. Она вспомнила, как не купила себе зимние сапоги, потому что Денису нужен был новый телефон. Как они с Витей пять лет не были на море.
— Мам? Ты слышишь? Ты только не обижайся, ладно? Мы же потом к вам приедем, тортик поедим.
— Слышу, — тихо сказала Лариса. — Я всё слышу, Денис.
Она положила трубку. Виктор вопросительно смотрел на неё поверх газеты.
— Что, опять денег просят?
— Нет, Витя. Нас на свадьбу не позвали.
— В смысле? — Виктор опустил газету, брови его поползли вверх.
— В прямом. Формат не тот. Мы старые, скучные. Испортим им «вайб».
Виктор хмыкнул, снял очки и начал протирать их краем рубашки.
— Ну и леший с ними. Баба с возу — кобыле легче. Сэкономим на подарке.
— Витя, — голос Ларисы зазвенел сталью. — Я им перевела сто пятьдесят тысяч на банкет.
Виктор замер. В кухне стало очень тихо...
— А они?
— А они будут гулять на эти деньги с друзьями. Без нас.
Лариса встала. Внутри неё, где-то в районе солнечного сплетения, закипала холодная ярость. Это была не истерика, нет. Это было прозрение.
— Знаешь что, Витя, — сказала она пугающе спокойным тоном. — Собирайся.
— Куда?
— Мы едем в «Золотой Павлин». Прямо сейчас.
Виктор уже потянулся за ключами от машины, когда телефон Ларисы на столе коротко звякнул. Уведомление из соцсетей. «Милана_Star только что опубликовала историю».
Лариса, сама не зная почему, машинально разблокировала экран. На видео, снятом дрожащей рукой, был зал того самого ресторана. Камера скользнула по столам, украшенным белыми розами, и остановилась на центре зала. Там, размахивая руками, стояла Ирина Витальевна.
— И вот здесь, — громко командовала сватья на видео, — поставьте стул для тети Любы! А сюда — для дяди Толи! Мы хотим, чтобы старшему поколению было удобно смотреть на молодых!
Милана за кадром хихикнула и подписала видео: «Финальная репетиция с мамулей! Лучшая поддержка!».
Лариса застыла. Телефон чуть не выпал из рук.
— Витя, — голос Ларисы упал до шепота, от которого у мужа по спине побежали мурашки. — Подойди сюда.
Виктор заглянул в экран.
— Так Денис же сказал… формат «без родителей»? — растерянно пробормотал он. — Молодежная вечеринка?
— Нет, Витя. — Лариса медленно подняла на мужа глаза. В них больше не было ни слез, ни обиды. В них горел холодный огонь, страшнее которого может быть только взгляд бухгалтера в период налоговой проверки. — Это не вечеринка «без родителей». Это свадьба без нищебродов. Без нас с тобой.
Она сунула телефон в карман пальто и так сильно сжала кулаки, что побелели костяшки.
— Значит, Ирина Витальевна там «лучшая поддержка», а мы — спонсоры этого цирка, которых стыдно людям показать? — Лариса хищно улыбнулась. — Заводи машину, Витя. Я только что вспомнила, что карта привязана к моему телефону, но договор с рестораном… договор-то оформлен на меня.
— И что ты сделаешь? — Виктор с опаской посмотрел на жену.
— О, я ничего не сделаю, — Лариса распахнула дверь ногой, выходя в подъезд. — Я просто еду туда не как мама жениха. Я еду туда как единственный законный заказчик банкета. И поверь мне, Витя, сейчас в «Золотом Павлине» начнется такая «развлекательная программа», которой не было ни в одном сценарии...
Что сделала Лариса, ворвавшись в ресторан, и как на это отреагировала наглая сватья — читайте во второй части. Развязка 👇