Интервью проводится с ведущим научным сотрудником отдела этнографии русского народа Татьяной Зиминой (Т.З.). Беседует заведующая отделом цифровых проектов, автор проекта «Формула костюма» Мария Хартанович (М.Х.).
М.Х.: Татьяна, широкая аудитория прекрасно знакома с донскими казаками. Терские, а еще и в скобках гребенские, казаки, кто они?
Т.З.: Терские казаки – одна из групп казачества южных территорий Европейской России. Жителям предкавказья и Северного Кавказа она хорошо известна. Для обозначения этой группы в ХХ веке и в наше время чаще используют название «терские казаки», сами казаки называют себя «терцы». Это название происходит от реки Терек, по которой располагались казачьи поселения, и от Терского казачьего войска, которое было сформировано в 1861 г. на основе Кавказского линейного казачьего войска, а его история исчисляется с 1577 г. Название «гребенские» казаки известно с XVIв. – так называли казаков, проживавших в предгорьях восточной части Большого Кавказа, т.е. по «гребню»/«гребням» (горам), позднее они переселились в среднее течение реки Терек и основали здесь 5 станиц (Щедринская, Червленая, Старогладковская, Новогладковская, Курдюковская). В XIX – начале ХХ в., а иногда и позже жителей этих и некоторых других станиц по Тереку продолжали называть гребенскими казаками, или гребенцами. Одновременно они являлись и представителями терского казачества, так как жили по Тереку (терские люди, терские жители) и составляли Терское казачье войско. Считается также, что гребенские казаки – это старожильческая часть терского казачества, потомки населения первых казачьих городков, возникших здесь в XVI в.
М.Х.: Этот оригинальный костюм ярко свидетельствует о географической точке проживания своей хозяйки.
Т.З.Традиционная культура терских казаков (как и донских) формировалась на протяжении длительного времени в зоне активного соприкосновения различных этнических сообществ. И потому в женском костюме этой группы русского населения прослеживаются традиции ближайших соседей – и донских казаков, и народов, населявших степные и горные районы Северного Кавказа. Специфичным в костюмном комплексе казачек является распашная плечевая одежда типа платья, приталенная, с узким лифом, застегивающимся спереди на пуговицы или крючки, широкой юбкой и рукавами. У донского казачества эту одежду называли «кубелёк»/ «кубилёк», а в среде терских казачек – «бешмет»; при схожести силуэтов, они имеют значительные отличия в деталях. Можно сказать, что костюм терских казачек – это уникальный пример женского народного костюма, в котором гармонично соединились элементы одного из ярких явлений материальной культуры (к которым относят одежду и костюм) разных этносов – русских, представителей горского и степного населения северокавказского региона.
М.Х.: При первом взгляде на этот костюм он покажется совсем не русским, и хорошо известными предметами женской одежды русского народа у этого костюма довольно мало общих черт. Зато сходство с одеждой народов, населявших степные и горные районы Северного Кавказа, несомненно. А что же от традиционного русского костюма?
Т.З.: При внимательном и детальном изучении костюма терской казачки, кроя и особенностей конструкции одежды и деталей в него входящих (главным образом, на основе экспонатов Российского этнографического музея), сравнивая реальные предметы с историческими изображениями, можно отметить характерные особенности типично русской одежды (нередко довольно архаичные), например, крой рубахи, головной убор с рогатой кичкой, способы повязывания головного платка, пояс, нагрудные украшения с крестом. Наиболее подробное рассмотрение предметов одежды (с учетом самых маленьких нюансов) сопровождает обыкновенно работу реставратора, главная цель которого сохранить исторический предмет, и реконструктора, желание которого – сшить «настоящий костюм».
М.Х.: Этот костюм как долго находится в музее? Как удается сохранить тонкую шелковую ткань, её цвет? Может быть, и другие элементы костюма только кажутся очень крепкими, но и они требуют осторожного, тщательного обращения?
Т.З.: Костюм хранится в музее уже более 100 лет. Он поступил в 1904 году, когда собрание Этнографического отдела Русского музея императора Александра III только начало формироваться. Небольшая коллекция из 15 предметов, среди которых костюм, собрана Константином Александровичем Иностранцевым, одним из крупнейших востоковедов XIX–XX вв., хранителем Этнографического отдела, в ходе его экспедиции. По сообщению самого собирателя, он останавливался в «притеречных» гребенских станицах, где и приобрел «бытовые предметы Гребенского казачества», как гласит музейная опись.
Костюм из коллекции К.А. Иностранцева 1904 г., действительно хорошо сохранился. Вероятно, (хотя подробности бытования данного костюмного комплекса не были зафиксированы) в XIX веке он использовался исключительно как праздничный или ритуальный; этим можно объяснить его великолепную сохранность к моменту приобретения. Чтобы костюм и дальше радовал всех нас своим первозданным видом, необходимо приложить усилия разным службам нашего музея, прежде всего хранителям фондов. Соответственно, и от посетителей, допущенных к старинным образцам народной культуры, требуется очень аккуратное и деликатное обращение с музейными памятниками.
М.Х.: Безусловно, музей – это не только физическая сохранность. Как музей популяризирует наследие в современном открытом, информационно насыщенном обществе?
Т.З.: Отдел этнографии русского народа (как и другие региональные отделы музея) довольно часто принимает реконструкторов, желающих изучить, а затем и воспроизвести костюмы разных территорий и времен, или отдельные составляющие костюмов, как например, девичьи и женские головные уборы. Работа реконструктора весьма кропотлива. Ведь исторические описания и иллюстрации не дают необходимой информации о том, как, например, крепится нитка, проложена тесьма и заложены складки, как идет линия плеча и обработан край изделия и т.д. Поэтому особенно ценным для реконструктора становится именно вещевой, этнографический, материал, который можно тактильно прочувствовать. Внимательное изучение памятника, выявление даже незначительных на первый взгляд нюансов позволяет воссоздать с относительной точностью предмет одежды или костюм определенной исторической эпохи, этнической традиции или социальной группы.
М.Х. : Как вы познакомились с исследователями-реконструкторами, как состоялась ваша первая встреча?
Т.З.: Работу по рекострукции костюма терской казачки инициировала Валерия Анатольевна Веселова. В 2018 г. она обратилась музей, чтобы познакомиться поближе с костюмным комплексом терской казачки, который экспонировался в залах Российского этнографического музея на выставке «Часовые Отечества» (2005-2006 гг.) и был опубликован в каталоге к этой выставке, а затем на основе этого старинного образца изготовить полноценную копию. Интерес Валерии к костюму неслучаен: она происходит из терских казаков, занималась изучением фольклорных традиций терского казачества, в том числе под руководством Ю.Е. Чиркова, выдающегося специалиста в области терского фольклора, президента Фонда казачьей культуры, одного из создателей и руководителя известного фольклорного ансамбля «Братина», участвовала в экспедициях. В студии «Казачьей песни» Ю.Е. Чиркова Валерия освоила казачью лезгинку и уже передает свои знания в этой области. Понятно, насколько велико было желание исследователя изготовить аутентичный наряд терской (гребенской) казачки для себя. Позднее, создав в соцсетях группу «Гребенской наряд. Этнография и реконструкция», Валерия определила основной девиз своей работы: «История и реконструкция терского костюма. Без заблуждений, без подмен, без подтасовок и фантазий».
Для того, чтобы сделать качественную копию этнографического костюма, необходимо было привлечь профессионала в области кроя и шитья одежды. А найти такого профессионала сложно, так как этнографическая одежда нередко обладает особой спецификой в крое и конструкции, которую не каждый «профи» может увидеть, оценить и передать. Именно это удалось сделать Инне Евгеньевне Хлопковой, художнику, имеющему подтвержденную квалификацию мастера исторического и театрального костюма. Слаженная работа исследователей-реконструкторов и сотрудников музея, хранителей фондов привела к рождению трех новых костюмов на основе старинного. О своем отношении к музейным раритетам реконструкторы написали в группе «Гребенской наряд. Этнография и реконструкция»: «Думается, что без практической отработки имеющихся теоретических материалов, очень трудно создать реальный этнографический костюм. У нас, Валерии Веселовой и Инны Хлопковой, за годы работы над восстановлением и возвращением к жизни наряда терской/гребенской казачки накопились знания, практический опыт, наблюдения и даже немаленькие открытия. Работа не только с фотографиями, а вживую с оригиналами – это бесценный опыт, который нельзя ничем заменить. Мы знаем каждый из сохранившихся предметов буквально постежочно, пониточно. И то уверены, что многое остается незамеченным».
М.Х.: Легко ли было работать с музейной коллекцией в таком необычном для неё жанре: это ведь не стационарная выставка? Предметы дотошно измеряют, очень внимательно разглядывают, обсуждают.
Т.З.: Для сотрудников нашего музея, хранителей фондов данная работа не является первым опытом работы с реконструкторами по воссозданию народных костюмов. С костюмными комплексами и отдельными предметами одежды, с головными уборами и украшениями в фондах Российского этнографического музея работали: студия традиционного костюма «Русские начала» (Москва), этнологический клуб «Параскева» (Санкт-Петербург), фольклорно-этнографический клуб «Василиса» (г. Пушкин) и т.д., а также индивидуальные исследователи-реконструкторы. Работа по изучению костюма терской (гребенской) казачки представляет особый интерес, т.к. материалов и по этнографии терского казачества, и по их костюмам очень мало, а реальных этнографических экспонатов оказалось еще меньше. Возможно, что костюм Российского этнографического музея единственный сохранившийся с конца XVIII – начала XIX вв. относительно полный костюмный комплекс данной группы казачества.
М.Х.: Теперь этот музейный костюм продолжает жить «в народе»?
Т.З.: Мы очень надеемся, что разработками реконструкторов воспользуются любители традиционного русского костюма, потомки терских казаков при создании современных вариантов женского терско-гребенского казачьего костюма. На просторах интернета можно найти разные версии «терских» костюмов, но все они ориентированы на северокавказский тип женского костюма; тогда как известный памятник Российского этнографического музея демонстрирует нам костюм терской казачки – как костюм северокавказского региона, но с ярко выраженными характеристиками русской одежды. Интересен опыт омского мобильного театра «Раёк», представившего в рамках молодёжного фестиваля «На Сретение» спектакль-мистерию «Сказка русского Кавказа», погружая зрителей в атмосферу станичной жизни терских казаков. Полноценное знакомство с традициями и культурой терских казаков произошло и благодаря песням, обрядам и пляскам, и благодаря костюмам. А костюмы для представления шили, опираясь на материалы рекострукторов костюмного комплекса Российского этнографического музя (группу Вконтакте). Даже несмотря на видимые ошибки конструкции и кроя, авторы сценических костюмов смогли предложить именно русский вариант северокавказского типа женского костюма, создателями и носителями которого были терские (гребенские) казачки; и такой вариант очень удачно соединил все составляющие терской традиции и был оценен зрителями.
М.Х.: Приходите в Российский этнографический музей, посещайте наши открытые цифровые ресурсы и смотрите «Формулу костюма» Российского этнографического музея!