Дмитрий предупредил меня за неделю:
— Мама зовёт в гости на выходных. Говорит, хочет на тебя посмотреть. Ты не против?
Я засомневалась. Мы встречались всего два месяца, рано вроде. Но Дима так ждал моего согласия, что я кивнула:
— Хорошо, схожу.
Купила цветы — розы, нейтральные. Оделась просто, но аккуратно — джинсы, блузка, пиджак. Мне тридцать девять, я понимаю, что это смотрины. Но не ожидала, что будет именно так.
Первые полчаса всё было хорошо
Квартира на Беговой, трёшка, чистая, немного старомодная. Валентина Петровна открыла дверь — женщина лет шестидесяти пяти, ухоженная, приветливая. Улыбнулась, приняла цветы:
— Ой, какие красивые! Проходите, проходите. Димочка столько рассказывал, я уже заждалась.
На кухне был накрыт стол — салаты, горячее, пироги. Мы сели, начали есть. Валентина Петровна расспрашивала меня — откуда я, где училась, где работаю. Всё вежливо, по-доброму. Дима рядом улыбался, подкладывал мне еду. Я расслабилась, подумала: ну вот, всё нормально, зря переживала.
А потом начались вопросы.
Сначала про работу. Потом про квартиру. Потом про зарплату
— А работа у вас стабильная? — спросила Валентина Петровна между делом, накладывая мне салат.
— Да, три года в одной компании, — ответила я.
— Это хорошо, — кивнула она. — А то сейчас молодёжь по работам скачет, сегодня тут, завтра там. Надёжности никакой. А вы на какой должности?
— Менеджер по работе с клиентами.
— Ого, менеджер, — она посмотрела на меня внимательнее. — Наверное, хорошо платят?
Я почувствовала лёгкий дискомфорт, но ответила:
— Нормально. Средняя зарплата по рынку.
— А это сколько примерно? — спросила она как бы невзначай. — Просто интересно, я в этих ваших офисах не разбираюсь.
Дима вмешался:
— Мам, ну зачем тебе?
— Да я просто спросила, — она пожала плечами. — Что тут такого? Мы же разговариваем по-человечески.
Я промолчала. Съела кусок пирога. Валентина Петровна продолжила:
— А квартира у вас своя или съёмная?
— Снимаю однушку.
— Понятно, — она кивнула задумчиво. — А почему не купили? В вашем возрасте уже пора о жилье думать.
Дима снова попытался сгладить:
— Мам, ну не все могут позволить купить квартиру.
— Я не осуждаю, — быстро сказала Валентина Петровна. — Просто интересуюсь. Наташа умная девушка, наверняка копит на первоначалку?
Я кивнула неопределённо. Она продолжила:
— А родители не помогают? У меня вот Димочке на квартиру половину дала, сама денег не жалела.
— Родители в Воронеже живут, на пенсии, — ответила я.
— Ах да, конечно, — она вздохнула. — Ну ничего, главное — что вы работящая. Это видно.
Потом начались намёки
Мы перешли к чаю. Валентина Петровна достала семейный альбом, стала показывать фотографии Димы — детсад, школа, институт. Комментировала каждую:
— Вот здесь ему пять лет, такой был шустрый! Одна я его растила, отец ушёл, когда Диме два года было. Тяжело, конечно, но справилась.
Она посмотрела на меня:
— Вы замужем были?
— Да, развелась пять лет назад.
— Дети есть?
— Нет.
Валентина Петровна на секунду замолчала, потом осторожно спросила:
— А почему не было? Не получилось или не хотели?
Дима дёрнулся:
— Мам, это личное!
— Димочка, я не со зла, — она положила руку ему на плечо. — Просто ты хочешь детей, ты мне говорил. Вот я и уточняю, вдруг Наташа тоже хочет. Это же важно обсуждать заранее, правда?
Я сидела и чувствовала, как нарастает напряжение. Формально она ничего плохого не говорила. Но каждый её вопрос был проверкой — подхожу я или нет.
А потом случилась фраза, которая всё изменила
Мы собирались уходить. Я помогала убирать со стола, Валентина Петровна мыла посуду. Дима вышел покурить на балкон. Мы остались вдвоём на кухне. И она сказала, как бы между делом:
— Знаете, Наташа, я рада, что Димочка нашёл вас. Он долго один был, переживала за него. Только вот что я хочу сказать — мой сын заслуживает женщину, которая ему ровня. Понимаете, о чём я?
Я посмотрела на неё. Она улыбалась, но глаза были холодные.
— Не совсем, — ответила я.
— Ну, у него квартира, машина, хорошая работа. А вы снимаете жильё, зарплата, я так понимаю, небольшая. Я не хочу, чтобы Дима потом разочаровался, понимаете? Лучше сразу всё честно обсудить.
Я положила тарелку в раковину и сказала спокойно:
— Валентина Петровна, я встречаюсь с Дмитрием два месяца. Мы ещё даже не обсуждали серьёзные планы. Мне кажется, рано об этом говорить.
— Я просто предупреждаю, — она пожала плечами. — Димочка добрый, может не заметить. А я как мать должна о нём позаботиться.
Дмитрий всё слышал. И промолчал
Мы вышли из кухни. Дима стоял в коридоре, явно слышал разговор. Я посмотрела на него — он опустил глаза. Валентина Петровна обняла сына:
— Спасибо, что пришли! Наташа, приходите ещё. Будем знакомиться дальше.
Мы вышли. Спустились в лифте молча. Сели в машину. Дима завёл мотор и сказал:
— Извини за маму. Она немного... ну, ты понимаешь. Переживает за меня.
Я посмотрела на него:
— Дим, она сказала, что я тебе не ровня. Ты слышал?
Он кивнул:
— Слышал. Но она не то имела в виду. Просто выразилась неудачно.
— А что она имела в виду?
Он замялся:
— Ну... она хочет, чтобы у меня всё было хорошо. Чтобы женщина была надёжная, понимаешь?
— То есть я ненадёжная, потому что снимаю квартиру?
— Нет! — он схватил меня за руку. — Наташ, ну не бери в голову. Мама всегда такая. Она ко всем моим девушкам придиралась.
Я поняла главное: он не защитит меня. Никогда
Мы ещё встречались две недели после того вечера. Но что-то сломалось. Я видела, что Дмитрий — хороший человек. Добрый, заботливый, внимательный. Но он не способен противостоять матери.
Когда она сказала, что я ему не ровня, он не возразил. Когда она начала выяснять мою зарплату, он пытался сгладить, но не остановил. Когда она намекала, что я охочусь за его квартирой, он списал это на "переживания".
И я поняла: если мы будем вместе, я всегда буду на втором месте после мамы. Каждое решение будет проходить через неё. Каждая покупка, каждый шаг. И Дима будет оправдываться: "Она волнуется", "Не обращай внимания", "Она хочет как лучше".
Я не выдержала бы. Поэтому ушла. Спокойно, без скандалов. Просто сказала, что мы не подходим друг другу. Дима пытался понять почему, но я не стала объяснять. Бесполезно.
Он до сих пор не женат. Мама ждёт идеальную невестку. Которой, наверное, не существует.
Должна ли мать проверять девушку сына на "надёжность" или это вмешательство в личную жизнь?
Может ли "маменькин сынок" в 38 лет измениться или это уже навсегда?
Правильно ли я ушла сразу или стоило дать Дмитрию шанс научиться защищать меня?