— Я не знаю насчёт мужа, извините. Но вы обязательно к кардиологу сходите. Что‑то с сердцем у вас неважно. Не пугайтесь только. Это может быть и ничего серьёзного, но провериться стоит.
— Спасибо, — женщина явно восприняла слова Карины всерьёз. — Я обязательно теперь схожу.
— А про мужа вообще ничего не видно?
— Нет. Но детишки у вас здоровые, дорога для вас безопасна и будет лёгкой. Вот и всё, что я могу сейчас сказать.
Женщина кивнула, заплатила Карине и ушла.
После этого к ней ещё подходили люди, привлечённые предыдущими клиентами. Кого‑то Карина отправляла к врачу, видя их проблемы со здоровьем, кому‑то советовала не торопиться с поездкой — в дороге их ждали неприятности.
Дар, который так пугал всех в её деревне, здесь считался благом. Люди говорили Карине приятные слова, платили ей деньги.
К приезду поезда у неё набралась уже приличная сумма — её хватило бы на аренду квартиры на целый месяц.
Шла посадка в вагоны, а Карина всё не торопилась к проходу. Она сидела на перроне и размышляла.
«Может, и не стоит ехать в деревню? Вон сколько денег сегодня заработала — всего лишь за час. Понятно, всегда так вести не будет, но на жизнь‑то точно хватит.
И не нужно возвращаться туда, где тебя не любят, даже боятся. Где тебя обвиняют во всех смертных грехах и считают цыганским отродьем. Очень неприятно чувствовать себя кем‑то вроде ходячей плохой приметы. Люди в глаза‑то и смотреть не хотят, здороваются сквозь зубы.
Лучше уж я останусь в городе. Буду помогать людям — пока что так, а потом, может, и в больницу удастся устроиться по специальности».
И Карина осталась.
Прошло несколько лет. Карина, как и мечтала когда‑то, работала теперь медсестрой в больнице. Пациенты её любили за весёлый нрав и лёгкую руку. По утрам очередь на уколы выстраивалась именно к ней.
— Всех клиентов у нас отбиваешь, — шутили другие медсёстры.
А ещё к Карине прислушивались врачи. В больнице уже легенды ходили о её интуиции.
— Ну и чуйка у тебя, — восхищался Пётр Сергеевич, заведующий отделением. — Тебе нужно в медакадемию поступать обязательно. Замечательный врач получится.
Карина не исключала такой возможности. Но пока не хотела отрываться от своих пациентов даже ради учёбы. Всё боялась, что без неё кому‑нибудь здесь помочь не смогут.
Всё же у Карины был редкий дар — и его нужно было использовать по назначению.
Ей по‑прежнему снилась темноволосая женщина с чёрными глазами. Правда, теперь это случалось реже, чем в детстве. После каждого такого сна Карина вставала воодушевлённой, полной сил. Эта женщина будто бы подпитывала её энергией, ободряла.
Карина привыкла к ней и скучала, если та долго не появлялась. Но всегда знала: пройдёт время — и она снова придёт, никуда не денется.
Жаль только, что женщина не говорила. Карина хотела бы задать ей множество вопросов… Но и сама Карина в этих снах не могла ей ничего рассказать. Вернее, она‑то говорила — но слова её оставались неслышными для женщины.
Девушка понимала: это не просто сновидение, это что‑то большее. А что? Возможно, кто‑то из её табора и мог бы объяснить ей. Но где их теперь искать? Да и нужно ли?
Цыгане ведь бросили её посреди поля в надежде на то, что она погибнет.
Гадалкой Карина больше не подрабатывала. Это занятие помогло ей продержаться на плаву в городе до тех пор, пока она не нашла работу. Но гадание отнимало много сил и времени. Да и люди попадались разные: кто‑то прислушивался к её словам, кто‑то смеялся над ними. Для кого‑то это всё и вовсе было просто развлечением.
Но несколько серьёзных трагедий Карине всё же удалось предотвратить.
Однажды она заметила предынсультное состояние у женщины, путешествовавшей с двумя маленькими детьми, и вызвала ей скорую прямо на вокзал. Страшно подумать, что было бы, случись всё в дороге: молодую женщину бы не спасли, и её дети остались бы круглыми сиротами — ведь мать растила их одна.
В другой раз Карина строго‑настрого запретила девочке‑подростку садиться в попутку. Она увидела её будущее, если это произойдёт: девочку вряд ли потом нашли бы. Хорошо, что эта юная особа не могла видеть того, что предстало перед мысленным взором Карины.
Пугающая, просто ужасающая картина. Но девочке хватило и поверхностного описания.
Карина сама вызвала ей официальное такси и даже денег за гадание не взяла — предложила девочке оплатить ими поездку на проверенном транспорте. А девочка эта всего лишь хотела узнать, поступит ли она в театральный или провалится. Этого Карина ей сказать не могла. Зато беду страшную, неминуемую увидела, едва коснувшись её рукава.
Карина часто уставала от этого своего дара. Видеть чужие судьбы — иногда тяжёлые, иногда трагичные — и не иметь возможности в большинстве случаев спасти человека… Это тяжело. К такому невозможно привыкнуть.
Потому Карина старалась без нужды не смотреть людям в глаза и не трогать их вещи — иначе эмоциональный перегруз неизбежен.
Постепенно, год за годом, Карина училась обращаться со своим даром так, чтобы он не причинял ей самой вреда.
Это произошло субботним утром. Карина почему‑то не смогла долго спать, хотя накануне просидела с подружками в баре допоздна. Девушка думала, что проваляется в кровати как минимум до обеда. Но нет — какая‑то неведомая сила оторвала её от подушки и погнала на улицу.
Такое случалось иногда, и почти всегда это заканчивалось тем, что Карина вытаскивала кого‑то из серьёзной беды. Как и всегда в таких ситуациях, немного зудело родимое пятно в виде Африки на плече — то самое, которое девушка отчего‑то не любила показывать.
Карина вздохнула, надела длинный лёгкий сарафан — лето же. Волосы собирать не стала, так и пошла с распущенными: некогда прихорашиваться.
Погода для прогулки была не особенно подходящей. Небо хмурилось — скоро начнётся дождь, возможно, даже ливень. А Карина зонтик не захватила.
«Вернуться домой за ним? Нет, некогда уже», — подумала она.
Сила продолжала гнать девушку вперёд. Карина понимала: она должна торопиться. Спорить с невидимой силой было бесполезно. Иногда Карина пыталась противостоять ей, но не получалось. В итоге всё равно срывалась с места, бросала все дела, которыми пыталась себя отвлечь, и мчалась на безмолвный, но очень сильный зов.
Иногда девушка задумывалась: что это вообще такое? Может, её использует в своих целях сама судьба? Интересно, есть ли ещё такие люди на земле? Вот бы встретить коллегу по дару…
Людей на улицах было немного.
Ещё бы — субботнее утро, погода пасмурная. На пути Карины встречались редкие прохожие. Они кидали на девушку заинтересованные взгляды, но тут же быстро отводили глаза.
Карина понимала: выглядит она очень экзотично. Внешность цыганки, распущенные чёрные волосы, да ещё и сарафан в пол… Эдакая цыганочка из фильма. Некоторые наряды и причёски подчёркивали необычную наружность Карины, потому в повседневной жизни она предпочитала джинсы и футболки — чтобы не особо выделяться.
Но сегодня получилось одеться именно так. Влекомая таинственной силой, Карина не всегда успевала обдумывать свои поступки. Вот и сейчас выскочила из дома в том, что первым под руку подвернулось.
Девушка шла через парк. Вдали уже слышались глухие раскаты грома.
«Отлично, — подумала Карина, — ещё и в летнюю грозу попасть не хватало».
С неба начала накрапывать вода. Пока это был слабенький дождик, на который можно не обращать внимания. Сразу стало свежее, даже задышалось легче — запахло мокрой листвой и асфальтом.
Карина вдохнула полной грудью, хотела было остановиться, оглядеться вокруг. Она любила природу во время дождя, а в парке было так красиво…
Но с силой спорить невозможно. И вот девушка уже уверенным шагом спешит дальше. В такие моменты Карина не ощущала усталости и не чувствовала времени.
Она отметила, что оставила позади уже центр города. «Это же минут двадцать на автобусе добираться, как минимум, — пронеслось в голове. — В обычном своём состоянии я уже валилась бы с ног от усталости. Столько километров ногами отмахать… Но не сейчас».
И вот, наконец, Карина достигла площади перед городским ЗАГСом.
Асфальт был уже усыпан лепестками роз — наверное, с утра здесь прошло несколько регистраций. На парковке теснились машины, многие из них были украшены лентами и шарами — типичные свадебные кортежи. Тут и там стояли группки напряжённых и весёлых людей — гости и родственники молодожёнов. Они разговаривали, смеялись, выпивали. Повсюду царило ощущение праздника.
На какое‑то мгновение Карина прониклась этим настроением. Даже почти забыла, зачем она здесь.
«Когда‑нибудь и у меня это будет, — мечтательно подумала она. — Белое платье, красивый жених, а потом уютная семейная жизнь, дети…»