Через два дня Ленька вышагивал по заснеженному Барнаулу. Официально, для всех он уехал в командировку на семенную станцию. Только Алексей знал, что кроме семян у Лёньки в городе есть другой интерес, более важный.
Чтобы приехать в город пораньше, они выехали с Гришкой по темну. Можно сказать, что была еще ночь. Хотя все равно придется ночевать в городе. Одним днем не управишься. А ночью по степи раскатываться не дело. Как начнется пурга, передует дорогу, сбиться с пути нет ничто. Вешки, что понаставлены в темноте не больно то и увидишь.
- А ты с утра в темень выехал, не боишься сбиться.
Гришка только хохотнул в ответ.
- Часа полтора да и сереть начнет. С утра тихо. Так что до свету снега не будет. Ну а по светлу то уж не страшно..
Друзья ехали, болтали про жизнь. Лёнька все же решил рассказать о Кате. Дорога длинная, монотонная. Что еще делать то, как не душу другу открыть.
Гришка слушал, не перебивая. А когда Лёнька закончил говорить, повернулся к нему, поглядел так, что Лёньке не по себе стало.
- Эх ты, друг. Вот уж не думал, что ты таким окажешься. Испортил девку, а сам в кусты. Нет бы ее в охапку, да с собой сюда, на целину. А ты ее год оставил дожидаться в деревне. Да мало того, еще и письма ей не писал.
Гришка лепил ему правду в глаза. С детства у друзей было заведено говорить правду, какой бы она не была. А сейчас он разошелся не на шутку. С одной стороны было ему жалко Лёньку. Видно ведь, что переживает парень. А с другой, так бы и наподдавал ему подзатыльников, чтоб мозги на место встали.
- Ладно, Гриш. Я уж и сам себя виню на чем свет стоит. Я ведь и подумать не мог, что с одного разу ребенок может получиться. Думал год пролетит быстро, приеду и женюсь сразу. А может это и к лучшему, что так получилось. Я то думал, что по нужде придется жениться. А теперь понял, что не только дитя, но и сама Катя у меня в сердце сидит. Понял что люблю я ее. Только видно боялся всегда этой любви, а вот как чуть не потерял ее, так и встало все на свои места. Только бы встретить мне ее теперь, да прощения попросить. Ох, Гришка, женская то натура совсем другая оказывается, не то что у нас, у мужиков.
Лёнька переживал, что не сможет он сейчас забрать Катю к себе. Куда он ее с животом то повезет. Жилья нет. В поселке больницы нету, одна Анна Петровна. Видно придется ей пока здесь жить. Ну а он уж по мере возможности, будет приезжать. Мечтали друзья, чтоб скорее дорогу сделали, чтоб машины ездили и не боялись увязнуть в сугробах. А уж если бы железную дорогу провели, так и вовсе хорошо было бы.
Мечтали и понимали, что еще долгое время все будет так и оставаться только в мечтах. Сколько дыр надо заткнуть, сколько переделать всего. Еще после войны хозяйства не восстановлены.
В городе Гришка поехал на базу за железками. Но решил, что сперва зайдет в Дом колхозника. Займет места для ночевки себе и другу. Иначе если к вечеру придешь, то придется куковать в коридоре на стуле. Все занято будет. Они договорились, что там и встретятся вечером. Потом разошлись друзья по своим делам.
Лёнька решил, что семена подождут. В первую очередь надо разыскать Катю. Листочек с адресом лежал во внутреннем кармане. Но он и не нужен был парню. Лёнька выучил его наизусть. Оказалось, что и идти до этого роддома не очень то уж и далеко. Можно было добраться и на автобусе. Но разве для деревенского парня три остановки большое расстояние. Пока автобус ждешь, дойдешь быстрее.
Увидев приземистое двухэтажное здание с табличкой “Родильный дом №2 “ Лёнька остановился, чтоб перевести дыхание. Сердце было готово выпрыгнуть из груди.
- Только бы она была здесь, - подумал он и шагнул по дорожке к зданию.
Он открыл дверь. В нос пахнуло едким запахом хлорки и какими то лекарствами. Тесный коридор, несколько стульев вдоль стены. За стеклянной перегородкой женщина в белом халате. Ленька подошел к окошечку. С удивлением подумал, что язык у него стал словно чужим. Любитель поговорить, он подбирал слова, чтобы спросить эту женщину.
Та, увидев его замешательство, решила сама прийти на помощь.
- Ну что, папаша, кого нужно?
Слово “папаша” эхом отозвалось где то в голове.
- Нет, я не папаша, забормотал он. Я ищу Катю, Катю Иванову.
- Ну вот, а говоришь не папаша. Она что, родила уже или только собирается.? Да ладно, я сейчас сама журнал поступивших посмотрю. Совсем бедолага растерялся от радости.
Женщина взяла толстую тетрадь, открыла ее и начала водить пальцем, поднимаясь вверх и называя фамилии себе под нос.
Лёнька наконец собрался. Понял, что надо прояснить ситуацию, а не мямлить, как двоечник у доски.
- Нет, вы не так меня поняли. Катя Иванова. Она работает здесь в роддоме санитаркой. Вот я ее и разыскиваю. - он замолчал , а потом добавил. - Хотя она тоже беременная, но родить еще никак не должна.
Женщина захлопнула тетрадь.
- Что же ты мне голову то тут морочишь тогда. Я ведь думала жена у тебя здесь лежит. А Катюшку как же, знаю ее. Недавно здесь работает. Такая приветливая. И правильно говоришь, беременная она. А ничего, с животиком своим бегает, с работой справляется. Хотя что тут справляться то. Не мешки в деревне с картошкой таскать. Швабру в руки и знай намывай полы, да пыль вытирай. Вот недавно тут мыла. Сегодня на смене с утра. Позвать тебе ее что ли?
Лёнька даже ответить не смог. В горле все пересохло от волнения. Он только качнул головой. Женщина поднялась со своего места, и пошла по коридору, потом свернула в одну из дверей. Лёнька услышал, что женщина где то в глубине помещения кричит довольно громко для такого учреждения.
- Иванова, к тебе пришли.
А потом голос Кати.
- Кто?
- Не знаю. Парень какой то.
Голоса замолчали. Сперва обратно вернулась женщина из за перегородки, уселась снова на свое место.
- Сейчас придет, - бросила она коротко и занялась своими делами. Она и подумать не могла, что в этот самый момент решалась судьба этого парня и Кати.
Лёнька уставился в ту сторону откуда должна была прийти Катя. Он смотрел не мигая и когда в коридоре появилась Катя, он сперва и не признал ее. В белой косынке, в белом халате, завязанном на спине. Только когда она подошла поближе и всплеснулись голубые озера на ее лице, Лёнька замер. А потом шагнул вперед. Увидел, как разом побледнело ее лицо, Лёнька испугался и бросился навстречу своей любви. Он успел подхватить обмякшее тело девушки.
- Катя, Катя, что с тобой, - бормотал он, удерживая ее в своих руках.
Женщина быстро поднялась ему на помощь. Но Катя уже открыла глаза.
- Лёня, приехал. Не поверил чужим наветам, - чуть слышно прошептала она.
- Давай ее сюда, на стулья неси, - скомандовала женщина.
В это время в помещение вошел молодой мужчина. Женщине пришлось оставить этих двоих, вернуться отвечать на вопросы новоявленного папаши. А Лёнька теперь мог шептать Кате слова любви не стесняясь любопытных ушей. Катя все еще не верила, что это все не сон. Сколько раз она представляла эту встречу. Но вот так, чтоб Лёнька обнимал ее и целовал от души, а не по принуждению, она даже в самых своих смелых мыслях не представляла.
Им казалось, что время остановилось. Катя и про работу свою забыла. Лёнька, ее любимый просил у нее прощения. А она то боялась, что он не поверит ей. Сейчас Катя была самой счастливой на свете, слушая признания в любви от человека, которого любила всей душой. Она взяла Лёнькину руку и положила на свой живот.
- Слышишь, как он радуется, что мы наконец то встретились. Я ведь ему всегда говорила, что папка его не бросит.
Лёнька держал руку на животе и глупо улыбался. Он никак не мог понять, что он должен услышать этой рукой. Ладно бы ухом. А тут лежит рука на животе и все. И вдруг случилось невероятное. Под халатом, внутри он почувствовал, как новая жизнь ворохнулась у него под рукой. Ребеночек словно сердился на отца, что тот долго не появлялся. Он ворочался, а потом начал пинаться. Счастливая Катя смотрела, как меняется Лёнькино лицо.
- Ну что, слышишь?
- Слышу. Катя, а тебе не больно. Он же пинается.
- Иногда больно бывает. Но в основном не очень. Он же маленький. Ему же еще два месяца там расти да расти.
Катя вздохнула. Она понимала, что Лёнька не сможет остаться тут у нее в комнатке. И дела у него. Ей тоже работать надо. Оставила там посредине коридора ведро и швабру. Начальство увидит, ругаться будет.
- Я завтра с утра свободна буду. Ты придешь?
- Приду, конечно. Мы после обеда поедем. Надо будет все обговорить с тобой. Сейчас то я не могу тебя забрать. Сама понимаешь. Куда в степь с животом. Подождать придется.
Катя покорно кивнула. Столько времени ждала, конечно, она еще подождет. Теперь то ждать легче ей будет.
Они долго не могли расстаться. Но деваться некуда. Пришлось переступить через себя. Одно утешало обоих., что завтра с утра увидятся снова.
Благодарю неизвестного почитателя моего труда за донат. Спасибо. Очень приятно.